— Для тебя, Картан, есть еще один аргумент. Но, господа, это уже последний.

Ф-фух! Полыхнувший дымный луч уперся в наместника, сейчас же что-то лопнуло и поднялось облако зловонного пара. Вспыхнул багровый шар, и на скамье, где сидел наместник Ар-хода, неохотно горели черные останки, исходя смрадным дымом.

Оба соседа Картана, порядком обожженные, мгновенно скатились со скамьи.

Воцарилось недолгое молчание. Но эти ребята не зря были лидерами в своем мире — никто не завопил, никто даже не дернулся. Наместник Северной провинции, худой высокий человек, брезгливо сморщил аристократический нос:

— Господа мои, вам не кажется, что здесь дурно пахнет? Отчего бы нам не перебраться в более благопристойное место и не обсудить сложившуюся ситуацию?

Он прикрыл выпуклые глаза истончившимися веками, потер торчащий подбородок и, улыбнувшись, сказал:

— В конце концов великий Кумат сам выбирает себе орудие.

Группа живописно расположилась у стола в рабочем кабинете императора. На лицах было сдержанное оживление. Отлично, превосходно, дело шло к торгу. О, Алекс сторгуется с ними, безусловно. Голосом глубоким и значительным он произнес:

— Господа наместники, прежде всего я хочу вас поблагодарить за ваш высокий вклад в дело процветания Астура. Мне прекрасно известно, скольких трудов вам стоит нынешняя мощь государства. Паршивая овца, единственная в этом благородном обществе, с божьей помощью устранена. Я человек безусловно государственный, — он жестко и внимательно прошелся взглядом по лицам собравшихся, — а интересы государства требуют от меня считаться с интересами самых важных персон в этом государстве.

О, мальчик говорил совершенно на их языке. Располагая огромной и непонятной силой, он тем не менее шел на разумный компромисс. Ну-ка, ну-ка, что скажет этот любопытный паренек?

Жизненный опыт не подвел их, они поняли, что мальчишка этот никакой не фокусник — фокусники так не думают и не разговаривают.

— Итак, господа, я глубоко сожалею, что подобным образом вторгаюсь в жизнь страны. Но такова воля Вышних. Вы можете в них верить или не верить, это ваше право. Но считаться с их силой вам придется безусловно.

Великий боже, сколько в нем открылось актерского дарования! Никогда он даже помыслить не мог, что способен на такое.

Алекс «держал паузу». Он пронизывал взглядом каждого до самых сокровенных глубин души. О, это был миг триумфа, бесконтрольные властители человеческих судеб, ужасные и беззаконные тираны отводили глаза от этого сопляка, у которого и борода-то, кажется, не росла.

Алекс уперся в столешницу, взгляд его врывался в святая святых этих алчных людишек, вычитывал в них чудовищную и бесконечную жажду власти. Намеренно фальшиво улыбаясь, он медленно цедил:

— Вышние создали вас по своему образу и подобию, они ничем от вас не отличаются. Ваши помыслы мне открыты.

Он тяжело уперся взглядом в белесые выпуклые глаза наместника Северной провинции.

— У всех у вас сейчас одна мысль: можно ли меня убить? Можно. Но для этого потребуются не ваши ничтожные силы. И даже если меня убьют, вы, как люди государственные, должны понять — вас не оставят в покое. — Алекс сделал резкий жест рукой, остро улыбнулся: — Вас будут убивать. Не всех сразу, Вышние прекрасно понимают, что страну нельзя оставить без руководства. А так, выборочно. Несогласных. Причем не так грубо, как я вам сегодня продемонстрировал. Поверьте, все будет гораздо тоньше. — Голос его стал жестким: — Нам отлично известны решительно все персоналии, от которых хоть в какой-то степени зависит судьба страны. И при надобности мы беспощадно уберем любого, кто нам станет ненужным.

Охо-хо, мальчишке приходилось верить — с тем, что произошло совсем недавно, невозможно было не считаться. Расшифрованный наместник Северной провинции смущенно покряхтел, слегка прокашлялся, скрывая легкое замешательство. Совсем другим тоном, почтительнейшим и благожелательнейшим, сказал:

— Мы верим, что ты действительно Посланник, — он усмехнулся, — аргументы оказались действительно очень вескими. Мы готовы признать тебя императором.

Он требовательно повел орлиным носом в сторону коллег, те согласно закивали.

— Но оставим эмоции, мы не простолюдины. Давайте перейдем к насущнейшим государственным делам. Первое, — в глазах его вспыхнул алчный огонек, — кто будет управлять Архо-дом? Второе — какие шаги собирается сделать в первую очередь наш новый император?

Ага, вот и начался торг. Какие прекрасные результаты принес обычный блеф. Алекс откинулся в кресле, уложил вытянутые руки на матовую черную поверхность и забарабанил ногтями веселенький марш, с удовольствием глядя на длинную холеную физиономию негласного вожака.

— Кто будет управлять Арходом — решать вам.

Наместники переглянулись удовлетворенно.

— Но у меня, как вы понимаете, есть кое-какие требования к новому избраннику. — Алекс поднял палец левой руки, этот жест он уже выучил: — Прежде всего в течение недели найти все деньги, украденные Картаном, и собрать их в одном месте. Распределятся они следующим образом: на уплату государственных долгов, выплату жалованья военным и чиновникам — треть. На ремонт оборонительных сооружений — а они наверняка в безобразном состоянии — треть. Из оставшейся трети две части пойдут в казну, а одна в качестве поощрения и платы за труды пойдет новому наместнику.

Лидеры оживленно загомонили — это было хорошо, справедливо, грамотно. Девятая часть от награбленного Арходом — отличный куш, да и на другом тоже можно потянуть кой-чего. Но Алекс разочаровал их в тайных надеждах:

— За всей этой процедурой посмотрит мой казначей, — он покосился на раздувшегося от важности Корсу, — а если с ним попытаются сговориться, я прикажу сварить его живьем.

Корсу посерел и захныкал:

— Как ты мог такое подумать, о великий. Я твой единственный и вернейший друг… — Тут он поперхнулся и зажал рот руками.

Алекс холодно взглянул на него:

— Вот, ты уже набиваешься ко мне в друзья.

Корсу забормотал:

— Прости, прости, великий, вырвалось…

Алекс встал из-за стола, сцепил руки за спиной, стал не спеша прохаживаться вдоль стены.

— Кроме того, новому наместнику переходит в собственность вся недвижимость Картана.

О-о, это было уже совсем отлично. Подарок воистину императорский. Хотя мальчик был странным — лично себе ничего не взял, а поживиться было чем.

— Что до моих первых шагов, извольте. Первым делом я полностью выплачу задолженности военным и повышу жалованье десятникам и сотникам. Кроме того, введу небольшие пенсии для каждого, кто уже не в состоянии нести воинскую службу. Всем без исключения. В случае смерти воина эти деньги будет получать его семья, если она есть.

Вздох изумления пронесся среди наместников: такого никогда не бывало. Хотя планы сопляка были гениальными: армия привязывалась к нему неразрывными связями. В случае чего солдаты и на командиров наплюют, только бы мальчишка был рядом.

Живой, веселый, хитрый наместник восточного Серенса растерянно сказал:

— Но, Посланник, для этого потребуются огромные деньги, где их взять? Придумывать новые налоги? Их и так уже около семидесяти, больше брать просто нечего.

Алекс выбросил палец:

— Первое — суды переполнены, зачастую судятся по совершенным пустякам. Отныне обращение в суд писать только на специальном пергаменте с изображением государственного герба. Этот лист будет стоить дорого, гораздо дороже того, что он стоит на самом деле. Весь доход пойдет в казну. Кожевникам и художникам денег за работу не платить, а внести ее стоимость в счет уплаты их налогов. Я отменяю все налоги, от которых нет прибыли государственной казне. Это произведет хорошее впечатление на народ, нам же не будет стоить ни гроша. В дальнейшем я оставлю пять-шесть видов налогов, не больше. Но тот, кто станет увиливать, отправится прямиком на плаху.

Алекс выбросил второй палец:

— Я создаю почту — доставку писем и посылок. Стоимость пересылки будет невысока, но почтовые сборы будут огромны — людей в стране много. Третье и самое главное — я создаю государственный банк. Я беру на сохранность деньги у всех желающих, плачу им за это небольшой процент — чем больше сумма вашего вклада, тем выгоднее хранить ее. Кроме того, в пределах Империи вам незачем будет возить с собой крупные суммы, подвергая свою жизнь и благосостояние опасности. Я заведу отделения банка во всех крупных городах, и каждый состоятельный человек сможет в любой момент получить деньги со своего счета. И это, господа, только начало.