– Не хрюкай, – сказала Алиса, – это невежливо.

Ребёнок хрюкнул снова, и Алиса с тревогой посмотрела на его лицо. Ребёнок всхлипывал (или хрюкал, было невозможно сказать, что именно), и они молча продолжили свой путь.

– И что я буду делать с этим ребёнком, когда вернусь домой? – сказала Алиса, когда он снова хрюкнул. Она пристально посмотрела на его лицо. Ошибки быть не могло: это был поросёнок, и нести его дальше было бы весьма нелепо.

Поэтому она опустила поросёнка вниз, и тот спокойно направился в лес.

– Это ужасно уродливый ребенок, – сказала она себе, – но думаю, что это красивый поросёнок.

И она начала вспоминать знакомых детей, из которых бы получились хорошие поросята.

– Но как их в них превратить?

Вдруг она увидела Чеширского Кота. Кот сидел на ветке дерева. Кот улыбнулся, когда увидел Алису. Она подумала, что он выглядит добродушным, но у него были очень длинные когти и много зубов.

– Чеширский Кот, – начала она робко, а Кот только немного шире улыбнулся. – Скажите мне, пожалуйста, куда идти?

– Это зависит от того, куда ты хочешь пойти, – сказал Кот.

– Мне всё равно, куда, – сказала Алиса.

– Тогда не имеет значения, по какой дороге идти, – сказал Кот.

– Я хочу куда-нибудь добраться, – добавила Алиса в качестве объяснения.

– О, ты это сделаешь, – сказал Кот, – если будешь идти достаточно долго.

Алиса попробовала сменить тему.

– Что за люди живут здесь?

– В этом направлении, – сказал Кот, – живёт Шляпник, а в том направлении живёт Мартовский Заяц. Навести их: они оба безумны.

– Но я не хочу видеть безумных людей, – заметила Алиса.

– О, мы все здесь безумны, – сказал Кот. – Я безумен. Ты безумна.

– Откуда вы знаете, что я безумна? – спросила Алиса.

– Конечно, это так, – сказал Кот, – ты же здесь.

– А откуда вы знаете, что вы безумны? – продолжала она.

– Пёс не безумен, – сказал Кот, – согласна с этим?

– Допустим, – сказал Алиса.

– Хорошо, – продолжал Кот, – пёс рычит, когда сердится, и виляет хвостом, когда радуется. Я же рычу, когда я радуюсь, и виляю хвостом, когда я сержусь. Поэтому я безумен. Ты играешь сегодня с Королевой в крокет?

– С радостью бы, – сказала Алиса, – но у меня нет приглашения.

– Ты меня там увидишь, – сказал Кот и исчез.

Алиса не очень удивилась этому. Пока она смотрела на место, где был кот, он внезапно снова появился.

– А что случилось с ребёнком? – сказал Кот, – забыл спросить.

– Он превратился в поросёнка, – спокойно сказала Алиса.

– Ну конечно, – сказал Кот и снова исчез.

Алиса немного подождала, но Кот не появлялся, и через минуту или две она уже шла в направлении, где жил Мартовский Заяц.

– Я видела шляпников, – говорила она себе, – Мартовский Заяц поинтереснее.

Сказав это, она посмотрела вверх – а там снова был Кот. Он сидел на ветке дерева.

– Ты сказала в поросёнка или в гусёнка? – спросил Кот.

– Я сказала в поросёнка, – ответила Алиса, – вы можете появляться и исчезать не так быстро, пожалуйста?

– Хорошо, – сказал Кот и на этот раз исчез очень медленно. Он начал исчезать с кончика хвоста, а закончил улыбкой. Его улыбка некоторое время висела в воздухе.

– Ого! Я видела кошек без улыбки, – подумала Алиса, – но улыбка без кошки! Как любопытно!

Она пошла дальше и увидела дом Мартовского Зайца. Печные трубы походили на уши, а крыша была покрыта мехом. Это был большой дом, она съела немного гриба и выросла примерно на два фута.

Глава VII

Безумное чаепитие

Под деревом перед домом стоял стол, Мартовский Заяц и Шляпник пили чай, Мышь-Соня сидела между ними и крепко спала. Мартовский Заяц и Шляпник использовали её как подушку. Они опёрлись на неё локтями и разговаривали через её голову.

– Очень неудобно для Сони, – подумала Алиса, – но она спит, поэтому, я предполагаю, ей всё равно.

Стол был большим, но все сидели вместе в одном углу:

– Мест нет! Мест нет! – крикнули они, когда увидели Алису.

– Тут много места! – сказала с негодованием Алиса и уселась в большое кресло на конце стола.

– Выпей вина, – сказал Мартовский Заяц.

Алиса осмотрела стол, но на нём не было ничего, кроме чая.

– Я не вижу вина, – заметила она.

– А его и нет, – сказал Мартовский Заяц.

– Почему же вы тогда предлагаете? Это не очень вежливо с вашей стороны, – сердито сказала Алиса.

– Не очень вежливо с твоей стороны сидеть здесь: никто тебя не приглашал, – сказал Мартовский Заяц.

– Я не знала, что это ваш стол, – сказала Алиса, – тут много чашек.

Шляпник очень широко раскрыл глаза и сказал:

– Чем ворон похож на конторку?

– Думаю, что могу отгадать! – громко сказала Алиса.

– Ты имеешь в виду, что думаешь, что можешь ответить? – спросил Мартовский Заяц.

– Именно так, – сказала Алиса.

– Тогда ты должна сказать, что ты имеешь в виду, – продолжал Мартовский Заяц.

– Я это и делаю, – торопливо ответила Алиса, – по крайней мере… по крайней мере, я имею в виду то, что я говорю – это одно и то же, знаете ли.

– Совсем не одно и то же! – сказал Шляпник. – Ты можешь сказать, что «я вижу то, что ем» – это всё равно что «я ем то, что вижу»!

– Ты можешь сказать, – добавил Мартовский Заяц, – что «люблю то, что имею» – это то же, что «имею то, что люблю»!

– Ты можешь сказать, – добавила во сне Соня, – что «я дышу, пока сплю» – это то же самое, что и «я сплю, пока дышу»!

– Для тебя это одно и то же, – сказал Шляпник, и на этом разговор прервался, и они молча посидели в течение минуты.

– Какое сегодня число? – спросил Шляпник. Он вынул из кармана свои часы. Он смотрел на них, тряс и подносил к уху.

Алиса немного подумала, а затем сказала:

– Четвёртое.

– Отстают на два дня! – вздохнул Шляпник. – Послушай: нельзя их смазывать сливочным маслом! – он сердито посмотрел на Мартовского Зайца.

– Это было лучшее масло, – кротко ответил Мартовский Заяц.

– Да, но там были крошки, – проворчал Шляпник, – ты пользовался хлебным ножом.

Мартовский Заяц взял часы и уныло посмотрел на них: потом он опустил их в свою чайную чашку и снова посмотрел на них.

– Знаешь, это было лучшее масло, – опять сказал он.

Алиса с некоторым любопытством заглядывала ему через плечо.

– Какие забавные часы! – отметила она. – Они показывают число, а не время!

– И что? – пробормотал Шляпник. – Твои часы показывают, какой сейчас год?

– Конечно, нет, – с готовностью ответила Алиса, – потому что мой год тянется так долго.

– Но мой год также долог, – сказал Шляпник.

– Я не совсем вас понимаю, – сказал Алиса.

– Соня снова спит, – сказал Шляпник и плеснул ей на нос горячего чая.

Соня покачала головой и сказала:

– Конечно, конечно; я только что собиралась это сказать.

– Как насчёт загадки? – спросил Шляпник.

– Сдаюсь, – ответила Алиса, – каков ответ?

– Понятия не имею, – сказал Шляпник.

– Я тоже, – сказал Мартовский Заяц.

– Который час? – спросила Алиса.

– Теперь всегда шесть часов, – ответил Шляпник, – всегда время чаепития, а посуду мыть нет времени.

– Вы ведь двигаетесь по кругу, как я предполагаю? – сказала Алиса.

– Именно так, – сказал Шляпник.

– Но что происходит, когда вы снова доходите до начала? – спросила Алиса.

– Давайте сменим тему, – прервал беседу Мартовский Заяц. – Юная леди расскажет нам одну историю, верно?

– Боюсь, что не знаю ни одной, – сказала Алиса.

– Тогда Соня нам что-нибудь расскажет, – закричали Шляпник и Мартовский Заяц. – Соня, просыпайся!

И они одновременно ущипнули её.

Соня медленно открыла глаза.

– Я не спала, – сказала она хриплым, слабым голосом, – я слышала каждое слово.

– Расскажи нам историю! – сказал Мартовский Заяц.

– Да, пожалуйста, расскажите! – взмолилась Алиса.