– Смотрите, летит! – воскликнул Кудряш, показывая пальцем в небо.

Венди действительно была уже почти у них над головой, и до них доносились её жалобные крики, но ещё отчётливее слышался пронзительный визг Медного Колокольчика. Ревнивая фея отбросила притворство и атаковала свою жертву со всех сторон безжалостными щипками.

– Привет, Динь! – поздоровались удивлённые мальчишки.

Динь не удостоила их ответом, лишь злобно прозвенела:

– Питер хочет, чтобы вы её застрелили.

Простодушные мальчишки не задавали лишних вопросов, когда что-то Питер приказывал.

– Надо сделать так, как хочет Питер! Тащите луки и стрелы.

Все устремились к своим дуплам, кроме Балабола, потому что лук и стрелы были у него всегда с собой. Динь, заметив это, потёрла ручонки и сказала:

– Давай, Балабол, быстрее! Питер будет доволен.

– Отойди, Динь! – Балабол торопливо натянул тетиву и выстрелил.

Венди упала на землю, пронзённая стрелой в грудь.

Маленький дом

Глупый Балабол с победным видом стоял над телом Венди, когда вооружённые мальчишки попрыгали из своих деревьев.

– Вы опоздали! – заявил он, выпятив грудь. – Я застрелил эту Венди. Питер будет мною доволен.

Над его головой Медный Колокольчик прокричала «дурак» и поспешно скрылась. Ужасная тишина повисла над лесом. Если бы сердце Венди билось, мальчишки наверняка услышали бы.

Малыш испуганно произнёс:

– Это не птица. Мне кажется, это леди.

– Леди? – переспросил Балабол, задрожав от страха.

– А мы её убили, – прохрипел Задавала.

Они обнажили головы.

– Теперь я понял: Питер послал её к нам, сражённый горем, – заявил Кудряш и бросился на землю.

– Послал к нам леди, чтобы кто-то наконец стал о нас заботиться, – проговорил один из Близнецов, – а ты её убил.

Они жалели Балабола, но себя ещё больше, и когда он направился было к ним, мальчишки от него отвернулись.

Балабол побледнел, но с достоинством, которого не наблюдалось раньше, задумчиво произнёс:

– Так и есть. Когда во сне ко мне приходили леди, я говорил: «Мама, милая мама», но вот она пришла наяву, а я её застрелил.

Он медленно побрёл прочь, но мальчишки закричали, жалея его:

– Не уходи!

– Я должен, – дрожащим голосом сказал Балабол. – Питер меня не простит.

И именно в этот трагический момент они услышали звук, заставивший их сердца почти выпрыгнуть из груди: кукареканье.

– Питер! – выдохнули они разом, потому что именно так он всегда подавал им сигнал о своём возвращении.

– Давайте спрячем её, – зашептались мальчишки и торопливо столпились вокруг Венди.

Один лишь Балабол остался стоять в стороне.

Опять раздалось звонкое кукареканье, и перед ними приземлился Питер.

– Привет, ребята!

Они машинально ему салютовали, а затем вновь воцарилась тишина.

Он нахмурился и взволнованно произнёс:

– Я вернулся. Почему же вы не кричите «ура»?

Они открыли было рты, но не смогли произнести ни звука, однако Питер так спешил сообщить им сногсшибательную новость, что, не обратив на это внимания, воскликнул:

– Прекрасные новости, ребята! Наконец-то я нашёл вам маму.

Стояла такая тишина, что звук, который произвёл рухнувший на колени Балабол, был подобен грому.

– Вы её видели? – спросил Питер, почувствовав внезапное беспокойство. – Она летела сюда.

– Боже мой! – раздался чей-то голос, и ему вторил другой:

– О, какой ужасный день!

Балабол встал с коленей и спокойно сказал:

– Питер, я покажу тебе её. – А когда остальные всё ещё пытались заслонить Венди, приказал: – Отойдите, Близнецы, пусть он всё увидит.

Мальчишки посторонились, и Питер, увидев девочку, с тревогой произнёс:

– Она мертва? Наверное, ей страшно…

Ему пришло на ум, что нужно как-нибудь смешно ускакать отсюда, чтобы не видеть её, и никогда больше не возвращаться на это место. Мальчишки с радостью последовали бы за ним.

Но стрела… Питер вынул стрелу из сердца Венди и, повернувшись к своему отряду, сурово произнёс:

– Чья стрела?

– Моя, – отозвался Балабол.

– О трусливая рука! – воскликнул Питер, замахиваясь стрелой, как кинжалом.

Балабол не отступил, а, напротив, обнажив грудь, твёрдо потребовал:

– Ударь меня, Питер!

Дважды заносил Питер стрелу, и дважды его рука опускалась. В конце концов он произнёс со страхом:

– Не могу, что-то останавливает мою руку.

Мальчишки удивлённо уставились на него – все, кроме Задавалы, который по счастливой случайности посмотрел на Венди и вдруг закричал:

– Это она, леди Венди! Посмотрите на её руку.

Невероятно, но Венди подняла руку. Задавала склонился над ней, благоговейно прислушиваясь, а потом прошептал:

– Мне послышалось, она сказала: «Бедный Балабол».

– Она жива, – бросил Питер.

Малыш тотчас завопил:

– Леди Венди жива!

Присев возле девочки, Питер обнаружил свою пуговицу из жёлудя, которую Венди повесила на цепочку и надела на шею.

– Смотрите, стрела попала в поцелуй, который я ей подарил. Он спас ей жизнь.

– Я помню поцелуи, – тотчас вмешался Малыш, – дайте взглянуть. Точно, это поцелуй.

Но Питер, не слушая его, умолял Венди поскорее прийти в себя, чтобы он мог показать ей русалок.

Конечно, она была ещё слишком слаба, чтобы ответить ему, а вот сверху в ответ раздались какие-то причитания.

– Это Динь плачет, – сказал Кудряш, – потому что Венди жива.

Им всё пришлось рассказать Питеру, и никогда в жизни они не видели его таким неумолимым, когда он крикнул:

– Послушай, Медный Колокольчик, я больше тебе не друг. Убирайся и постарайся не попадаться мне на глаза.

Моля о пощаде, Динь опустилась ему на плечо, но он стряхнул её.

Лишь когда Венди снова пошевелила рукой, Питер смягчился:

– Хорошо, пусть не навсегда, но на целую неделю – точка.

Вы думаете, Медный Колокольчик была благодарна Венди за то, что та шевельнула рукой? Ничего подобного: никогда ещё ей так сильно не хотелось ущипнуть девочку. Феи – странные существа, и Питер, хорошо их понимавший, частенько задавал им трёпку.

Но что же делать с Венди?

– Давайте отнесём её вниз, в дом, – предложил Кудряш.

– Точно, – отозвался Малыш, – именно так всегда поступают с леди.

– Нет-нет, – вмешался Питер, – не нужно до неё дотрагиваться. Это неуважительно.

– Так я и думал, – сказал Малыш.

– Но если она останется тут лежать, – обеспокоился Балабол, – то умрёт.

– Точно, умрёт, – согласился Малыш, – но ничего не поделаешь.

– Придумал! – воскликнул Питер. – Давайте построим маленький дом вокруг неё.

Все обрадовались, и капитан скомандовал:

– Быстро! Пусть каждый принесёт сюда всё самое лучшее, что сможет найти в нашем доме. Шевелитесь!

Прошла секунда, и все были при деле: кто-то помчался вниз за постелью, кто-то вверх за дровами, и пока все сновали туда-сюда, кто бы, вы думали, появился на поляне? Конечно, Джон и Майкл. С трудом переставляя ноги, они засыпали на ходу, останавливались, просыпались, но сделав шаг, снова погружались в сон.

– Джон, а Джон, – захныкал Майкл, – проснись же! Где Нана, Джон, где мама?

Джон протёр глаза и пробормотал:

– Это правда, мы точно летели?

Вне всяких сомнений, они обрадовались, увидев Питера, и поздоровались.

– Привет, – вежливо ответил тот, хотя совершенно про них забыл.

В этот момент он был чрезвычайно занят, измеряя Венди шагами, чтобы выяснить, какого размера строить дом, разумеется, с учётом места для стола и стульев.