О, бездна богатства и премудрости и ведения Божия! Как непостижимы судьбы Его и неисследимы пути Его! (Рим. 11, 33).
Не забудем о Промысле Божием и сегодня, в наши дни, дорогие мои, не отойдем от единственно правильной настроенности восприятия жизни, и тогда вселится в сердца наши покой, и внутренний наш человек всегда и во всем станет покорен воле Божией. Помните, что сердце человека обдумывает свой путь, но Господь управляет шествием его (Притч. 16, 9).
Я же сегодня, болезнуя о тех, чье сердце поражено смущением, приоткрою для вас, дорогие мои, некую тайну, данную святым людям давно, которую знаете и вы, но о которой ныне забыли. Исходить в осмыслении происходящих в мире событий надо только из постижения Божественного Промысла и сакраментальных дат, известных одному Богу, но со временем приоткрывающему Свои тайны и людям.
В жизни нет ничего случайного. Смущаясь ныне скоротечностью избрания нового Патриарха[3], люди вспоминают прошлое, начиная от кончины ныне святого Патриарха Тихона и его последователей. Чинно, спокойно, во времени. Но кто из смутившихся вспомнил и весь строй той жизни, того времени, когда это происходило? А вот мы, люди более старшего поколения, должны об этом напомнить и засвидетельствовать, что с тех пор изменился и строй жизни, и ее ритм.
Мы, очень многие, помним, как существовали лет шестьдесят тому назад границы во времени: было утро, полдень, день, вечер. Всему было свое время, будто кто-то медленно, тихо, благоговейно вращал стрелку времени по циферблату часов. Где это все ныне? Теперь этого нет! Встаем чуть свет, отходим в полночь ко сну – и всегда должниками в том, что мы не исполнили и малой части того, что нам надлежало исполнить.
Кто в этом виноват, кому предъявить счет? Себе? Но мы трудимся не покладая рук. Часам? Но и их стрелки никто видимо не подводит. Но почему они бегут? А не надо ли нам сегодня, дорогие мои, вспомнить об обещанной к концу времен скоротечности времени, когда ради избранных будут сокращены дни земного странствования живущих. И год тогда будет как месяц, месяц – как неделя, неделя – как день, день – как час и час – как минута.
Слова об этом были сказаны давно как пророчество о последних временах (см. Мф. 24, 22). Не убедились ли мы в истинности каждого слова Священного Писания сегодня, когда эти слова стали уже жизнью?
Не ищите виновников того, что происходит ныне все не так, как мнится вам, но бойтесь стать судьями над Промыслом Божиим.
Уже 1000 лет Господь зовет Русь в жизнь вечную Своим спасительным словом – Евангелием, Своими великими делами, показав дни благоденствия духовного жизни в Боге Родины нашей.
А кто мы? Каждый сам себе ответь на этот вопрос. Что мы – званные, это ясно, но верующие ли? Так приятно и читать, и слышать убедительные слова: Ибо вы тверды в вере, это составляет нашу радость апостольскую, которая перекликается с радостию вашею (см. 2 Кор. 1, 24).
Как сказать вверенным нам пасомым эти слова? Мы не дерзаем, не осмеливаемся – оснований к этому нет… Ведь можно числиться среди верующих, под общим их именем, но без веры. Можно ходить в церковь, но оставаться вне ее, и тогда двери Царства Небесного будут закрыты перед нами. «Не вем вас», – скажет Господь. Иные совсем не думают о вере, словно и нет ее, и они в среде отказавшихся. Иные кое-что ведают о вере, но кружатся в бестолковом кружении, иногда вздыхая и ахая, но не хотят вырваться из оков неправды и опереться на Бога, и они еще в одежде порока.
А святитель Феофан Затворник говорит нам так: «Если ты веруешь, разбери, сообразны ли с верою чувства твои, дела твои, одеяние души – ради которых Бог видит тебя брачно или небрачно одетым. Можно знать веру хорошо и ревновать по ней – а в жизни работать страстям, одеваться в срамную одежду души грехолюбия… На языке: “Господи, Господи!”, – а внутри: “Имей мя отреченна”».
После этого сам собою встает вопрос пред каждым из нас и пред всеми нами вместе: так кто же мы?
Кто же мы?
Други наши! Будем возделывать ду-ши свои, будем почаще отвечать себе на вопросы:
«Есть ли у нас живая вера во Христа?»
«Творим ли мы дела для Бога, ради Бога и во славу Божию? Или работаем страстям и самости своей?»
«Исправляем ли, очищаем ли жизнь свою Христом?»
«Есть ли в нас ревность и решимость быть со Христом вовеки?»
Эти благочестивые размышления долж-ны почаще касаться струн нашей души и нашего сердца, чтобы все евангельские притчи, а их много, чтобы именно они могли растрогать нас, чтобы они заставили нас глубоко призадуматься над истинным смыслом жизни, особенно в наше смутное время и в наши чрезвычайно тревожные дни.
Можно много говорить, и красноречиво, и пространно. Можно давать всякие объяснения, имеющие, быть может, некоторые основания, но все же мы с вами живем в дни апокалиптические!
И когда мы с вами почаще будем себе напоминать об этом, тогда это будет ближе нашей душе, нашему сердцу. И тогда мы сможем проверить, в брачной ли мы одежде или в срамном одеянии грехолюбия.
Поспешим же на зов Божией любви. Потрудимся, чтобы быть не только званными, к числу которых мы принадлежим, но и избранными.
Ради чего мы живем на земле? Ради того, чтобы наследовать нескончаемую вечную жизнь.
Вслушайтесь внимательно, дорогие мои, в слова святого пророка Божия Исаии, вслушайтесь и вдумайтесь в откровение этого ветхозаветного богослова. Не о нас ли, не о нашем ли времени говорит пророк, живший за 759 лет до Рождества Христова?
Земля опустошена вконец и совершенно разграблена… Сетует, уныла земля; поникла, уныла вселенная; поникли возвышавшиеся над народом земли. И земля осквернена под живущими на ней, ибо они преступили законы, изменили устав, нарушили вечный завет. Зато проклятие поедает землю, и несут наказание живущие на ней; за то сожжены обитатели земли, и немного осталось людей… злодеи злодействуют, и злодействуют злодеи злодейски… Земля сокрушается, земля распадается, земля сильно потрясена; шатается земля, как пьяный, и качается… и беззаконие ее тяготеет на ней; она упадет, и уже не встанет (Ис. 24, 3–6. 16. 19–20).
Да, эти слова – о нас! Это мы преступили закон Божий! Это мы нарушили Его завет! Это мы забыли Бога! И наша матушка-кормилица земля уже рождает одни терния и волчцы от злобы живущих на ней. И небо, когда-то дарившее людям светлый дождь жизни и плодоносную росу, сеет на наши головы химическую отравляющую влагу, и ветер Чернобыля обжигает мир своим смертоносным дыханием. И разгул зла, лукавства и вражды идет по земле. И нет молитвы, чтобы залить этот пожар зла, нет духовной силы, чтобы предотвратить грядущую гибель.
Неужели все это сотворил человек?!
Нет, дорогие мои, возможности человека ограничены, и срок жизни его – семьдесят, от силы восемьдесят лет. Иногда он не успевает даже и осознать своего назначения на земле, как уже сходит в могилу. Нет у него ни времени, ни могущества, ни воображения посеять столько бед и зла, чтобы хватило на все человечество.
Все то малое зло, которое успеваем натворить мы, грешные люди, приводит в совокупность великий дирижер – сатана, тот, кто сеет в нас малое. Он сеет малое и выращивает малое в большое. И это называется «тайной беззакония». И тайна беззакония восходит от силы в силу именно потому, что вконец ослабело наше сопротивление ей, оскудело наше понятие о ней.
Мы в своем обольщении забываем Бога, забываем небо, забываем вечность. На этой почве полного погружения людей в плотскую жизнь разрастается всепоглощающий разврат.
Младенцы, зачатые в беззаконии, появляются в мир больными, от рождения одержимыми духом злобы, часто они лукавством превосходят взрослых. Отроки, не зная детского простодушия, играют во взрослых, в одуряющих химических веществах они ищут особых видений и ощущений, зачастую находя в них смерть. Юноши и девушки, не зная самого понятия невинности и чистоты, погружаются в болото такой грязи, о которой помыслить страшно и срамно глаголати. Наркотический угар для многих становится единственно реальной жизнью. А грохот бесовского шума, ворвавшийся в дома наши с телевизионных экранов, оглушил, одурил всех от малого до большого, вовлек всех в водоворот адского кружения, поработив души насилием.
