С Тамерланом я уже малость свыкся. Опять же, показал он себя хорошо. Хоть и хакер, а человек решительный, боевой. И Ирку любит, не зря же на след Сколопендр сразу напал и врагов не побоялся. Вроде как свой уже.

Драма между тем набирала обороты.

– Как ты мог позабыть о Диле?!

– Дядя, я видел её всего лишь раз в жизни и…

– И нечего тебе на неё смотреть до свадьбы!

Снова дядя Булат прошёл по краю. Первый же комментарий в адрес Иры или какое-нибудь сравнение, и ему бы не поздоровилось. Однако тут:

– Хватит! – заорал Тамерлан. – Замолчи!

– Да как ты смеешь?!

– Смею!

То, что у мальчонки есть яйца, я понял уже давно – поступки говорили сами за себя – однако всё равно остался под впечатлением.

– Это моя невеста! – заорал Тамерлан, указывая на Иру. – Хотите вы того или нет! Если не примете её, то я отрекусь от семьи! Уеду, но на сей раз навсегда! Совсем! И имя возьму другое! И фамилию! Стану Тимур Батхуягов!

– С таким именем в стенд-ап хорошо пойти, – ни к месту вставила шаманка, явно заворожённая действом, и добавила ещё: – Хы-хы.

Наступила тишина.

Стол позади нас тоже смолк. Музыканты взяли паузу, да и барышни с огненными жезлами неловко молчали, ожидая, чем разрешится ситуация. Дядя Булат смотрел на Тамерлана. Тамерлан смотрел на дядю Булата.

– Любишь её, да? – наконец, разродился последний.

– Люблю!

И тут… всю мрачность пузатого как ветром сдуло. Широко улыбнувшись, он начал медленно хлопать в ладоши.

– Ай молодец, Тамерланчик! – присоединился Аймурат.

Ещё секунда, и грянули овации. Громкие, радостные, со свистом и имитированием волчьего воя.

– Ах-ха-ха-ха! – дядя Булат крепко обнял Тамерлана. – Диля уже три года как замужем! Проверяли мы тебя, племяш… ну а теперь, – пузатый отлип от хакера и взглянул на меня. – Теперь свататься будем!

Во как.

А я уж думал, что наше согласие не требуется.

– Ну что, Скуф-Батыр?! Родниться будем?! Благословишь моего племянника?!

Я в ответ лишь улыбнулся и протянул Тамерлану руку. Не смог удержаться, чтобы не сжать её побольнее – вместо тысячи слов о том, что думаю на весь этот счёт.

– Уай-я-я-я-я! – чуть ли не на ухо заорал мне Аймурат, вытащил из кармана пульт и тыкнул на большую красную кнопку.

Грянул салют.

– Ир, – шепнул я сестре на ухо спустя пару минут, когда, наконец, сумел протолкаться к ней сквозь родню Тамерлана. – Ты же не будешь брать его фамилию?

– Конечно же нет, – шепнула в ответ сестра.

Всё хорошо, что хорошо заканчивается, – подумал я…

***

Светило солнце. На юг улетал клин журавлей. Где-то вдалеке на разные голоса орали карликовые козлы, а Кузьмич рубил лопатой головы кротам.

Удалёнка.

Ну наконец-то, чёрт возьми! Наконец-то я дома!

Даже не знаю, сколько прошло времени с событий в Атырау – совсем потерялся в днях – но не меньше недели точно. Пускай обратно мы добирались самолётом – шпицы в багажном отделении охренели от соседства с Мишаней – я всё равно принял решение отдыхать.

Любое движение группы «Альта» обязательно приводит к остросюжетным последствиям, а потому пускай не двигаются хоть какое-то время совсем.

И хотя отдых немного затянулся, я всё равно ни о чём не жалею.

Передышка была нужна.

Да и потом! Передышка не есть бездействие. Мир не тормознул по моей прихоти, и события в нём продолжили происходить, да притом вскачь.

Господа министры – вот, например, почти закончили полигон. На днях должны сдать в эксплуатацию; вот тогда-то мы тренировки и возобновим. Не терпится уже раскрыть потенциал Смертиной или Стекловой.

Последняя, впрочем, и без меня справляется. С утра до ночи пропадает с Михеевым… у них там дел невпроворот, и всё нужно успеть до зимы. И звёздный кактус, и арбузы, и виноград, и мало ли что ещё.

М-м-м… Дальше:

Ира с Тамерланом выкупили тот злополучный дом, посредством которого на нас нападали вот уже два раза, так что теперь – ну я, блин, очень на это надеюсь! – оттуда угрозы ждать не стоит. Сестра так загорелась идеей совместных разработок с Шестаковой, что решила переехать в Удалёнку. Лабораторию свою перетащила, наработки все, компьютеры.

Пришлось, правда, с председателем договариваться о проведении дополнительной линии электроснабжения. Всё-таки для нормальной работы ребятам нужен бесперебойный источник энергии – а в идеале вообще автономный.

Яковлевич сперва артачился, но за деньги, как говорится, да.

Плюс несколько дизельных генераторов на всякий случай закупили, чтобы уж наверняка. Во-о-от…, а тестировать новейшую охранную систему было решено на моём доме. Ну… Раз уж старая перегорела без права на реабилитацию, то почему бы и нет?

Так что Шестакова у меня теперь тоже при деле.

Как и Чертанова: покуда в закрытии трещин образовался перерыв, она договорилась со своей демоницей на ежедневные уроки. Уходила в лес рано по утру, а возвращалась к ужину. Довольная, усталая и неизменно провонявшая дымом.

Невольно задумаешься о том, что правильная работа высокого начальства заключается в том, чтобы загрузить работой других. И пока что я прекрасно справляюсь!

Так…

Что ещё?

Уладили вопрос с Женькой Даниловым. Раз уж сингапурские инвесторы оказались пшиком, то есть ведь на этот случай и русские. Я вот, например.

Да-да-да, заводу быть, а я отныне владелец половины всех активов новоиспечённого бренда «Jack Daniels». Бабки, вырученные после авантюры с Несвицкими, пошли на благое дело. Женька счастлив, да и я тоже рад.

Работать решили в строгом пополаме, без контрольного пакета акций.

А чтобы спустя много-много поколений семьи Скуфидонских и Даниловых вдруг не решили всё это дело переиграть и не наломали дров по дороге, был составлен договор. Не абы кем, а Иммануилом Абрамовичем Куцевичем – тот прописал всё так, что передел имущества практически невозможен.

Ну и наконец…

– Звали, Василий Иванович?

– Звал-звал, – улыбнулся я. – Проходи, Ксюш, садись.

Шаманка подозрительно сощурилась, открыла калитку и двинулась к беседке в мою сторону. Оглядывалась по дороге, как какой-то мелкий грызун, и явно ожидала подвоха. Ну оно и понятно, на самом деле. До сих пор мы встречались с Шестаковой тет-а-тет только для того, чтобы я выписал альтушке щедрых звиздюлей.

Но не сегодня!

Сегодня повод самый что ни на есть радостный.

– Садись, – я указал шаманке на скамейку напротив, а сам взялся за телефон. – Алло, Степан Викторович, здорова! Включаю громкую связь, Шестакова рядом.

– Э-э-э, да, – сперва замялся Стёпка. – Ксения Константиновна, здравствуйте!

– Здравствуйте, – Шама выпучила на меня глаза.

Выпучила и беззвучно спросила, мол, что за дела? Я так же беззвучно попросил её слушать внимательно.

– Ксения Константиновна! Во-первых, хочу выразить восхищение тем, как стойко вы перенесли все невзгоды плена и…

– Стёп, давай к основному, – попросил я.

– Хорошо. Ксения Константиновна, от лица Его Величества я хочу поблагодарить вас за содействие в поимке опасной преступной группировки, а также неоценимый вклад в технологическое развитие Империи…

– Чиво? – шёпотом уточнила у меня Шама.

– Чертежи, – объяснил я. – Наверху в курсе про вашу с Ирой работу.

– …я чрезвычайно рад, что именно мне выпала честь сообщить вам эту новость! Ксения Константиновна, указом Его Величества вам возвращается титул, утраченный вашим отцом ввиду трагических обстоятельств.

– Чиво-о-о-о-о?!

– Отныне вы – баронесса Шестакова! Поздравляю вас, Ваше Благородие!

– Ваше… Благо… чиво-о-о-о-о?

Татуированное Благородие с розовыми волосами пучила на меня глаза и хватала ртом воздух.

– Это ещё не всё, – подмигнул я.

– Так же уполномочен сообщить, что отныне ваш титул является наследным, – продолжил Стёпка. – Так что через неделю мы ждём вас в Кремле с тем, чтобы торжественно вписать ваше имя в Родословный Сборник Фамилий Российской Империи.