— А что было потом, мы находим детей в подземелье? — спускаться туда, где Оркус содержал своих пленников, Таисии не хотелось. Там всегда кто-то рано или поздно умирал, и пахло разложением плоти. Вообще, весь этот замок был наполнен эманациями смерти, и отсюда хотелось как можно быстрее сбежать.
— Нет, не смотрел, мы там сразу покидали эти развалины. Но если Кассандра узнает, что мы могли, но не освободили пленных детей, она заставит меня снова сюда тащиться, — у кицунэ архимаг похитил когда-то сестру, чтобы провести над ней эксперимент, который не удался и закончился гибелью очередного ребенка.
Чувство тревоги по-прежнему не покидало Таисию, она внимательно осматривалась по сторонам, выискивая взглядом ловушки. То, что они были в замке, она знала об этом. Но пока жила с архимагом, те никогда не срабатывали.
На этом этаже как раз находилась лаборатория Оркуса, где он проводил страшные эксперименты, а вот камеры с пленниками как раз находились ярусом ниже. Но чтобы добраться до них, нужно было пройти вдоль коридора, обходя лабораторию по периметру.
Когда Оболенский, идущий впереди, прямо на её глазах провалился сквозь землю, причем в буквальном смысле этого слова, Тень запаниковала. Плита под ним резко отъехала в сторону, а потом точно так же встала на место. Это означало одно, все ловушки были сейчас активированы и, по-хорошему, стоило отсюда валить, но теперь девушка уже не могла бросить парня в беде. У неё с собой были лишь небольшие кинжалы, являющиеся оружием для ассасина-убийцы. Но ими было невозможно поддеть каменную плиту, тем более её разрушить. Для этого необходимо найти нечто более увесистое и тяжёлое, например, молоток, а ещё лучше кувалду. Или отыскать скрытый механизм, приводящий ловушку в действие. Таисия выбрала последний вариант, став внимательно осматривать стены и пол под ногами. Та, отъехавшая плита, когда она решила последовать за Оболенским в ту же ловушку, больше не желала срабатывать. Таисия на ней даже попрыгала, но пол казался сейчас монолитным. Когда план А не сработал, механизма, отпирающего ловушку, не обнаружилось, тогда она решила идти дальше, чтобы найти хоть что-нибудь подходящее.
Вот только далеко у Таисии уйти не вышло, она ощутила, как острый шип впивается в шею. Это была ещё одна ловушка, выстреливающая ядовитыми дротиками. У девушки закружилась голова, появился во рту странный сладковатый привкус, ей сильно захотелось прилечь и больше никуда не бежать.
— Надо попытаться себя исцелить, ведь я же теперь маг-целитель, — через силу Тень поднялась и начала бороться с распространяющимся ядом. Ещё через десять минут она осознала одну хреновую вещь, что просто не успевает купировать отравление тканей и органов. Если в ближайшее время не примет противоядие, то её уже ничто не спасет. Искать его в этом треклятом замке, полным смертельных ловушек, смысла не было. Оболенский, когда давал ей артефакт последнего шанса, сказал, что у него в хранилище есть эликсир, исцеляющий от всех ядов, и каждый может им воспользоваться в случае крайней необходимости.
Эликсир там, а она здесь, телепорт заперт в антимагической ловушке, иначе бы Псих уже давно появился рядом. А значит, если Таисия не спасет себя, то и у Оболенского шанса на спасение не будет. Поэтому она должна во что бы то ни стало успеть себя исцелить и снова вернуться за парнем. Приняв единственно верное решение, она начала перемещаться сквозь тень во второе отражение, где при помощи портала можно будет сразу рвануть в поместье Оболенского. Сейчас происходила борьба девушки не с теневыми тварями, ни со своими эмоциями, а с ядом, распространяющимся довольно быстро. Таисия шла одна в серой мгле, полностью сосредоточившись на самоисцелении. Теперь всё зависело от времени, успеет она добраться до эликсира или проиграет яду, отнимающему у неё жизнь. Если бы не азы целительства, которым её научила Клавдия, то шанса у девушки не было бы. А так ей удавалось тормозить и исцелять отдельные ткани и органы, но яд распространялся во всех направлениях, и она ему все же проигрывала.
Чем отличается перемещение сквозь тени от перемещения обычного человека или путешественника? Если простой человек может двигаться с различной скоростью из пункта А в пункт В линейной плоскости, что можно изобразить обычным листком бумаги, то теневик движется сквозь тени, что отбрасывает свернутое пространство. Это можно хорошо представить, если вы листок бумаги сожмете в комок. Расстояние, отмеченное заранее на гладком листе бумаги от точки А до точки В, в скомканном варианте окажется намного меньше. А многочисленные грани измятого листа будут отбрасывать тени, сквозь которые сейчас и двигалась Таисия. Как же тогда перемещается путешественник? Он совершает моментальный переход между двумя этими точками, складывая пространство гладкого листа пополам таким образом, что одна точка находится чётко над другой, после чего совершает прокол в мироздании, перемещаясь в нужное место или измерение. Вот только это могут делать лишь путешественники, обладающим таким вот удивительным даром.
Спустя сутки, в сильно изможденном состоянии Таисия смогла проложить путь по изнанке во второе отражение, оказавшись в той самой гостинице в городе змей. Именно в императорском дворце в сокровищнице был установлен портал, куда мог добраться лишь Абрамович. Именно им Тень и решила воспользоваться. Для неё не существовало преград с тем, чтобы оказаться в сокровищнице, надо лишь было от гостиницы добраться как можно скорее до дворца. Но сил у девушки уже практически не было, да и маны тоже, чтобы продолжать себя исцелять. Таисия лежала на полу в комнате, раскинув руки, не в силах больше подняться и сделать хотя бы шаг…
На краю обрыва 1 отражение
Когда архимаг возник на краю обрыва возле пропасти с лавой, первым делом он окинул взглядом всех здесь присутствующих, после чего им улыбнулся. Эту встречу он уже давно запланировал, понимая, что рано или поздно высшие демоны узнают о своей оплошности и захотят её исправить, снова его убить. А когда пропала связующая нить с несколькими печатями подчинения, догадался, что демоны обязательно вернутся, чтобы ему отомстить. Так что к этой встречи он был готов, а вот высшие демоны снова недооценили своего врага.
Хоть Оркус и видел перед собой лишь трех демонов, но предполагал, что ещё несколько скрываются рядом, дабы ударить ему в спину. Он даже не стал ставить непробиваемый щит, позволив Воланду напасть со спины. А ещё ощутил, что кто-то ненавязчиво копается у него в голове, вот этого уже он позволить не мог, приложив наглеца ответным ментальным ударом. В него разрядились несколько смертоносных техник, но он лишь наблюдал, как рассыпаются камушки в длинных четках. Архимаг создал себе не один артефакт последнего шанса, а целые четки, обмотанные несколько раз вокруг руки. За тысячу лет он стал лучшим артефактором, возможно, во всех нижних мирах. В нулевом он ни разу не был, поэтому мог с уверенностью сказать лишь за остальные отражения. После того как первый обмен атаками завершился, ударил уже сам Оркус. В демонов полетели три сплетенные техники, специально заготовленные для такого случая.
Секрет тройного заклинания был в следующем. Одно из них было привязано к свету, так как солнечные лучи проходили сквозь любой защитный барьер, иначе бы никто ничего не смог видеть. Второе — носило структуру проклятья, направленного на высших демонов, так что должно было прицепиться ко всем собравшимся. Третье — это было проклятье забвения, приправленное толикой божественной благодати. Шансов у демонов против такого тройного удара не было, они попались на это проклятье, мягко окутавшее всех пятерых. Демоны замерли. Воланд остановился с занесенным кинжалом, Астарот перестал швыряться смертельными заклинаниями, а Люцифер на какое-то мгновенье ослабил барьер, мешающий сбежать архимагу.
— Финита ля комедия, — Оркус, помахав ручкой на прощанье, просто испарился, словно его и не было. А демоны остались стоять на месте, по-глупому улыбаясь. Их охватила беспричинная эйфория или ощущение присутствия Бога. Неземная благодать проникла в их сердца, наполняя тихой светлой радостью. Они вспомнили, чьими детьми все же являются, но при этом начали забывать все с ними до этого происходившее.
