До дома добираемся быстро.

Помогаю Юле выбраться из машины, но после ее попытки подвернуть ногу из–за высоких шпилек, понимаю, что действовать надо радикально.

Беру ее на руки и заношу в квартиру, как ценную добычу.

– Где мы, ой… – из-под пушистых ресниц стреляет смущенный взгляд Юльки.

– У меня дома, все нормально. Ты в безопасности.

Говорю максимально простыми фразами. Без подробностей. Сейчас Юле надо прежде всего выспаться и прийти в себя.

Штормит ее очень серьезно. Но временами вполне ясное осознание ситуации. Абсент коварен, тем более на фоне того стресса, который она пережила.

Есть подозрение, что крепкий алкоголь лег на сотрясение мозга. Хотя, может и ошибаюсь. Это надо проверить.

– Макар… – заплетающимся языком выдавливает Юлька… – Андреевич… ой, извините… Я должна ехать домой… вызовите мне такси, пожалуйста.

Дышит часто-часто, как загнанная птичка.

– Юль, утром я сам отвезу тебя домой. Сейчас ночуешь у меня.

Все. Не обсуждается.

– У вас? – ресницы растерянно делаю взмахи вверх и вниз.

– Да.

Коротко и емко.

– Мне очень нехорошо. Я хочу умыться. Где у вас ванная?

С учетом того, что эта толпа ублюдков полчаса назад пыталась сделать с Юлей, решаю не оставлять ее в ванной одну.

На всякий случай. Чтоб потом не пришлось останавливать венозное кровотечение…

– Пойдем, покажу.

Шаткой походкой Юля идет со мной в ванную и едва ли не плюхается лицом в раковину. Злость просто разрывает изнутри – вернуться бы сейчас в клуб и лично добить уродов.

Успеваю удержать Юлю и подсаживаю ее на мраморную столешницу, рядом с раковиной. Чуть прижимаю бедром, чтоб Юлька не сползла. И придерживаю одной рукой ее за талию.

– Простите, пожалуйста, – снова смущенно бормочет Юля.

– Юль, тебе не за что извиняться. Эти ублюдки не имели права к тебе прикасаться. Ты сопротивлялась. Ты сделала все, что могла. Даже больше. Ты – молодец.

Истерики пока нет и это не очень хорошо. Значит, накроет позже.

И это надо иметь ввиду.

А еще неплохо бы перестать списывать со счетов очевидный факт. Юля мне очень дорога. Как влюбленный идиот, стараюсь не показывать своих чувств к ней. И уж тем более – не сейчас.

Но меня самого штормит, не слабо так, в ее присутствии. Теряю самообладание и готов разорвать любого, кто ее обидит. Так и будет.

– Водичка, о-ой, хорошо как … – пьяно выдыхает Юля, как только включается кран.

Смачиваю полотенце водой и сначала аккуратно прикладываю к Юлиному лбу. Потом вытираю подтеки туши и какой-то хитроумной косметики с ее лица.

Осторожно, не торопясь.

Отключаю все ощущения и эмоции, когда стираю мокрым, теплым полотенцем остатки помады с ее губ. Пухлые, чуть искусанные… это плен, откуда нет дороги обратно.

Ничего не чувствовать. Сейчас это приказ.

Юля немного покачивается, но в целом сидит на столешнице довольно устойчиво. Вода приносит немного облегчения. Но ей еще очень нехорошо.

– Макар Андре..ее…вич.

– Можно просто Макар.

Тормози, идиот. Но уже поздно.

– Макар… – задумчиво повторяет Юля и смотрит мне в глаза, – спасибо тебе.

– Я поступил так, как должен был.

– М-мм… а как в клубе оказался?

Вопрос с подвохом, но лучше – правда, чем попытки скрыть очевидное.

– Я видел, что в машине тебе писал Соболевский и решил проследить за тобой. Почувствовал, что ты можешь попытаться вывести его на чистую воду.

– Ты прочитал его сообщения?

В голосе Юльки задумчивость, но нет злости. Уже хорошо. Хотя, пьяная истерика сейчас была бы куда логичней.

– Да. Прочел.

Понимаю, мудак. Не имел права.

– Спасибо…

Юля тяжело выдыхает и глаза наполняются слезами.

– Если бы ты не поехал за мной, дело бы закончилось бедой. Для меня.

– Да.

Простые ответы – порой самые лучшие.

Отмечаю, что Юля незаметно перешла на ты. Черт, надо бы остановиться. Но, как идиот, кайфую от этой доверительности, которая сейчас между нами. Как будто так и должно быть. Юля – доверчивая и нежная, только моя.

Точно уверен, что ничего не будет. Никаких поцелуев, ни тем более чего-то большего. Нельзя. Не в том состоянии, в котором пока Юля.

Но сейчас Юля – это мое море. В котором, мой корабль прямо в эту минуту стремительно терпит крушение.

Доверчивый взгляд цвета морской волны стреляет на поражение.

Понимаю, что сейчас же должен прекратить то безумие, которое разыгрывается пока что только в моей голове.

– Макар…

Стараюсь не дышать. Не отрываю своего взгляда от ее лица. Откладываю полотенце в сторону и уже собираюсь уводить Юлю из ванной.

– Мне нравится, как ты на меня смотришь… – доверчиво признается Юля и в ее голосе чувствуется возбуждение, – так хорошо… Продолжай.

Сейчас доболтаемся. Вот этого уж точно нельзя допустить. Нам нельзя.

– Проверяю зрачковый рефлекс, – глухо бормочу и делаю полшага назад, помогая Юле слезть со столешницы.

Идиотское оправдание. Но это лучше, чем несвоевременная правда. И кстати, сотрясения мозга нет. Это – хорошо.

– Ты врач?

Секундная задержка. Но раз уж начал говорить, глупо теперь идти на попятную.

– Да. Военно–медицинская академия в Питере, спецфакультет по подготовке врачей для иностранных армий.

Мысленно усмехаюсь. Вот так, выложил ей то, что обо мне знают единицы. С Юлей мне впервые за очень долгое время хочется просто быть собой.

– Интересно, – задумчиво произносит Юля, но сейчас не лучшее время для задушевных разговоров.

Осторожно веду ее в спальню. Вроде шатает чуть поменьше. Но все равно девочку штормит знатно.

И еще у нас серьезная проблема прямо по курсу. Юлино платье. Блестки царапаются так, что вряд ли она сможет в нем спать. Без плеч и с открытой спиной, платье все время норовит соскользнуть с ее точеной фигурки.

– А ты? – глаза цвета морской волны удивленно распахиваются, – где ты будешь спать?

– В гостинной, на диванчике. Там тоже удобно.

Юля недоверчиво поглядывает в сторону дверного проема. Диванчик в гостинной – маленький, в сравнении с сексодромом в моей спальне. Но других вариантов нет.

И еще с платьем разбираться.

Совершенно несвоевременно ловлю себя на откровенно мешающей мысли. Интересно, Юля спит без одежды или в пижаме? И почему-то мне до безумия хочется, чтоб это был именно первый вариант.

Открываю шкаф и протягиваю Юле одну из своих футболок. Как раз для ее точеной фигурки это будет, как платье или ночная рубашка.

– Вот, переоденься. В таком платье и пяти минут не проспишь спокойно, – бурчу я и Юля с интересом забирает мою футболку.

Черт, мне уже мерещится… Юля едва заметно втягивает носом воздух, пытаясь уловить запах моей футболки?

Бл..дь, да так и тронуться недолго, если и дальше дать волю своим фантазиям.

– Так, все, – с показательной бодростью отчитываюсь перед уходом, – выключатель здесь. Переодевайся и ложись спать.

Шаг назад.

– Макар…

– Да?

– Спасибо.

Сглатываю слова, застревающие в горле. Быстро на выход.

– Юль, спокойной ночи.

Коротко киваю ей и выхожу, прикрывая за собой дверь в спальню.

На всякий случай блокирую входную дверь электронным ключом. Я должен быть уверен, что у Юли не получится тихо сбежать, пока буду спать.

Маришке отписываюсь, что домой не приеду. Дела, встречи, работа.

Не включая свет, захожу на кухню.

Легонько бьюсь лбом о прохладную дверцу холодильника. Мне самому надо остыть. И больше не пытаться представить, как в паре метров от меня, засыпает нежная девочка. В моей футболке.

Тело до предела напряжено и остро требует разрядки. Раздраженно отметаю мысль о «скоростреле» под душем. Не то, не хочу так.

Затягиваюсь сигаретой и чувствую, что немного отпускает.

Колючий дымок приятно царапает легкие, до самого основания. Напряжение уходит.