По словам Бубнова, президент Калмыкии Кирсан Илюмжинов любил смотреть матчи уралановских дублеров:
«Сам приходил, с нами смотрел, стоял. Мы ему: «Садитесь, пожалуйста». Он: «Нет-нет, я постою». Основа как-то должна была ехать в Ирак, а он в итоге нас взял. 55 градусов жары – ужас просто! Приехали в девять вечера, пошли на тренировку, но еще светло было. В 21.00–45 градусов! Пробежали круг по стадиону, и у двоих ребят кровь носом потекла. Спрашиваю: «Как будем играть, Лёнь?» – «Ничего, через два дня адаптируемся». И ведь адаптировались, и гоняли этих иракцев…»
Но, когда Илюмжинов уже вроде как определился с кандидатурой Слуцкого, к нему обратился его приятель, тогдашний министр спорта России Вячеслав Фетисов – и предложил кандидатуру Игоря Шалимова. Илюмжинов согласился не сразу, а лишь после личного общения с Шалимовым, которого «выдернул» к себе поздно вечером.
То, что бывшая звезда «Спартака» и «Интера» согласилась приехать в постпредство Калмыкии чуть ли не в час ночи и беседа продолжалась до четырех утра, явно впечатлило Илюмжинова, и тот согласился с характеристикой министра спорта: «Российский тренер с западным менталитетом». О роли Фетисова в шалимовском назначении Илюмжинов открыто сказал несколько дней спустя в интервью «Спорт-Экспрессу».
Слуцкий же вспоминает:
«Учитывая, что я в «Уралане» два года достаточно успешно работал с дублем, меня попросили повезти основной состав на первый сбор. Дзодзуашвили, который заканчивал предыдущий сезон, уже убрали, Шалимова еще не назначили. И уже прямо там, на этом сборе, мы получили весть о том, что новым главным тренером стал Шалимов, а я возвращаюсь в дубль. Никаких вопросов у меня не возникло. Я был готов к любому развитию событий».
• • • • •
Павлов, с зимы 2016 года главный тренер тульского «Арсенала», ушел из «Уралана» еще летом 2002-го. Сам. Команда шла в середине таблицы премьер-лиги, хоть и была ее новичком, – так что турнирных поводов для отставки не просматривалось. По словам Бубнова, руководство хотело его оставить, но… «Он гордый человек и если видел, что что-то происходит вопреки прежним договоренностям, то уходил, и без всяких просьб о компенсации. Так было и в «Уралане», и в «Сатурне». Хотя его настойчиво оставляли».
Сам Павлов свой уход объясняет так:
«С Илюмжиновым мы работали очень хорошо, у меня не было с ним проблем. Проблемы были общие, трудно ему было содержать команду. Тем не менее, если бы я не уехал на чемпионат мира в составе сборной России, результаты были бы другие. В первой половине сезона мы играли очень мощно.
А пока меня не было, внутри команды возникла неправильная ситуация. После того что я увидел по возвращении, надо было или убирать большую группу игроков, или уходить самому. Я рассудил, что ребят, многих из которых сам и приглашал, трогать не надо, лучше уйти самому. В такие моменты я решительный».
Вдаваться в то, что произошло тогда внутри «Уралана», Павлов не стал. Но, говорят, он заподозрил группу футболистов в сдаче одного из матчей – и работать дальше не посчитал возможным.
К тому, что Слуцкий и Бубнов, которых Павлов приглашал в «Уралан», остались в клубе, он отнесся нормально. Не задать такой вопрос было нельзя, потому что зачастую, приводя своих людей, главный тренер ожидает от них, что и уйдут они вместе с ним. Но это был не тот случай.
«Я им всем сказал: «Работайте!» — вспоминает Павлов. – Во-первых, сам я не знал в тот момент, куда пойду, уходил в никуда. А во-вторых, в конце концов, не Лёнька же главным остался на моем месте. У них была самостоятельная работа в дубле, она и осталась. А в первую команду тогда Резо (Дзодзуашвили. – Прим. И. Р.) пригласили, а после сезона Шалимов с Писаревым пришли.
Это потом уже, в 2004-м, все рухнуло, когда Лёня главным был, – но его вины в том никакой нет. Там работать непросто, республика своеобразная. Немножечко не заладилось – начальники и подостыли сразу, окружение Кирсану что-то нашептало. Руководство пустило все на самотек и, по сути, отказалось от команды. Результат – это слагаемое не только работы тренера. Везде, но в России – в наибольшей степени. Ох как многое влияет на эти 1:0 или 0:1…»
Что ж, всему свое время. Может, возглавь Слуцкий основной «Уралан» уже осенью 2002-го – и самолет его тренерской карьеры взорвался бы уже на взлете. Ко всякому повороту в карьере нужно быть готовым.
Бубнов уедет из «Уралана» в середине 2003 года – ему предложат возглавить в подмосковном Егорьевске школу «Мастер-Сатурн». Илюмжинов, узнав, пригласит его к себе: «Почему вы хотите уходить?» – «В Егорьевске новая школа строится, меня туда позвали. А уйти хочу из чисто практических соображений. Понятно, что в премьер-лиге мы в этом году не останемся, и дубль расформируют». – «Как не останемся?» – «Посчитайте. Мы сыграли 10 туров, у нас три очка. Как можно в следующих 20 турах набрать 30 очков? Нереально. А там предлагают стабильную работу».
Шахматист Бубнов просчитает все верно и будет долго руководить «Мастер-Сатурном». А Слуцкий – единственный из тренеров других клубов премьер-лиги – приедет к нему на мастер-класс для ребятишек уже как главный тренер «Москвы». Его коллег будут привозить туда для пиара – чтобы просто поглазели да поцокали языками, как красиво в Егорьевске все отгрохали. А Леонид Викторович этим не ограничится и проведет с мальчишками полноценное занятие.
Потом он останется поиграть в теннис – и тут новый гендиректор «Сатурна», военный человек Борис Жиганов, зайдет, увидит это и, по словам Бубнова, раскричится: «Что тут тренер другой команды делает? Чтобы убирался и больше сюда не приезжал!» Тут Бубнов поймет, что и его дни в «Мастер-Сатурне» сочтены.
Малая серебряная медаль турнира дублеров 2003 года нашла Владимира Николаевича сразу после сезона, хоть он уже полгода в «Уралане» и не работал. Но Слуцкий позаботился.
Не забывает главный тренер сборной о ветеране и поныне. Бубнов, в отличие от некоторых других, – человек деликатный, лишний раз напоминать о себе не будет. Разве что, будучи творческим человеком, после иных матчей шлет Слуцкому эсэмэсками четверостишия, эпиграммы о нем.
Слуцкий это ценит. Обязательно звонит Бубнову по праздникам с поздравлениями. В нужный момент занял ему денег, когда Бубнов решил поменять «трешку» в Егорьевске на «однушку» в спальном районе Москвы – такова разница в ценах между областью и городом. Владимир Николаевич с женой и в гости к Слуцкому в «Алые паруса» приезжали.
Людмила Николаевна была им только рада – ведь знакомы они еще с Элисты. Когда-то Слуцкий с Бубновым ехали оттуда в Волгоград. Бубнову надо было домой в Волжский, но Леонид его уговорил: «Пока у нас не пообедаете – не отпущу!» С тех пор они с мамой Слуцкого, как выражается Владимир Николаевич, – душа в душу. По его словам, от нее к сыну передалась справедливость и бережное отношение к людям: «Как они за каждым из «олимпийцев» следят! Человека сразу видно по культуре общения…»
«Лёня – очень добрый парень. Если его глубоко не обидеть, – резюмирует Бубнов. – Элемент обидчивости у него есть, но только в случае большой несправедливости. Он никогда не «звездил» – и, кстати, как называл меня в «Уралане» по имени-отчеству, так называет и теперь…»
• • • • •
То, что в Элисте Слуцкий стал окончательно сформировавшимся специалистом, – неправда. Но самое парадоксальное, что этого нельзя сказать и сейчас! И сам тренер, и все его окружение подчеркивает, что он не прекращает учиться каждый день.
Сильное впечатление на меня произвели слова президента ЦСКА Евгения Гинера в беседе для этой книги:
«Вижу, что Слуцкий меняется. Хоть он и взрослый человек, но часто приходит ко мне, когда какие-то вещи ему непонятны. Он сталкивается с чем-то – и не понимает, почему это произошло. Ему хочется взгляда со стороны. Он приходит ко мне как к старшему товарищу, а не руководителю, и спрашивает: «Почему так?» Он взрослеет, становится опытнее и мудрее. И меня это радует».
