– А почему вы оказались в этой черной комнате? Ведь вряд ли вы сами выбрали такое место?
– Ты очень проницателен, мой мальчик. Действительно, не я решил провести долгие годы в этом месте в полной темноте. Поэтому я и говорил об услуге, которую ты можешь мне оказать.
Я трепетал от возбуждения.
– То есть я когда-нибудь смогу вас увидеть? Увидеть духа… это… это должно быть супер!
– Договорились, мой дорогой Эдгар. Мы придумаем способ сделать это. Но давай сейчас поговорим о той небольшой услуге, которую я бы хотел, чтобы ты мне оказал?
Я вновь почувствовал в голосе духа черной комнаты намек на нетерпение, какое-то раздражение. Но сделал вид, что ничего не заметил, – уж очень не хотелось портить себе впечатление.
Он душераздирающе вздохнул.
– Давным-давно одна колдунья, одна злая колдунья, которая…
– Постойте! То есть и колдуньи существуют? Невероятно!
– Да. Так вот, одна злая колдунья…
– И у них есть метлы? В смысле, они летают на метлах?
В темноте заскрежетали зубы. Дух тяжело задышал. Воздух с шумом вырывался из его ноздрей. Как будто дышали дельфины.
– Ну нет, мой дорогой Эдгар… Помилуй, метлами они подметают, как все. Так вот, я говорил, что эта злая колдунья…
– А как тогда они летают?
– Заткнись! Заткнись, мерзкий мальчишка! Замолчишь ты или нет? Дашь мне слово вставить?
Дух нервничал, и голос его стал пронзительным. Это было одновременно забавно и тревожно. Я не знал, что сказать; просто замолчал и стал ждать. Спустя какое-то время (мне показалось – довольно долгое) мой компаньон вновь заговорил. На этот раз – плаксивым тоном.
– Прости меня, мой мальчик, у меня сдают нервы. Темнота, одиночество – сам понимаешь…
И он заплакал горючими слезами:
– Я больше так не могу! Это слишком несправедливо! Слишком жестоко!
Вообще-то я не против, когда все считают, что я плохо воспитанный, дерзкий и недисциплинированный. Но что бы там ни говорили, я добрый малый. Рыдания духа черной комнаты так меня тронули, что я тут же забыл про его злобные крики. Конечно, своими стенаниями он того и добивался.
– Можно я продолжу свою историю? – спросил он слащаво.
– Да, да, продолжайте! Простите меня.
– Я лесной дух. Представь, как мне плохо в этом крошечном…
– Вы больше не будете рассказывать про колдунью? Ой, простите. Молчу. Больше ни слова. Клянусь!
Дух покашлял и несколько раз глубоко вздохнул, чтобы успокоиться. Наконец он заговорил скороговоркой:
– Я лесной дух. Я люблю леса. На меня напустила порчу злая колдунья. Из-за нее я заперт здесь, да еще в темноте. Но если ты прочтешь вслух одно заклинание, ты сможешь меня выпустить. Я вернусь в леса к своим друзьям-духам – это будет прекрасный день! – мы все будем счастливы, а ты станешь героем.
– Значит, в леса? Ну нет! Нет, нет, нет! Я хочу оставить своего духа в черной комнате!
Мне показалось, что в темноте зарычала разъяренная собака. Я отступил назад и ударился о стену. Но тут зажегся свет, и дверь открылась.
Это был отец.
– Привет, сын! Освобождаю тебя – пора делать уроки.
Еще два дня назад я стал бы жаловаться, что меня из карцера отправляют в рабство. Но сейчас я покорился.
Я никак не мог прийти в себя. Даже собирался рассказать про духа папе, потому что очень испугался. Чего это он так зарычал?.. Но я ничего не сказал. Все-таки у меня впервые была своя тайна, да еще такая…
Глядя невидящим взглядом в тетрадку по грамматике, я размышлял. Получается, все эти духи и колдуньи существуют взаправду? Невозможно поверить! Дело осложнялось тем, что я ни разу не видел своего духа – понятно почему. В какой-то момент я вдруг подумал: а не подшучивает ли кто надо мной? Но нет, это исключено: как живое существо могло бы бесследно исчезнуть?
А ведь я дотронулся до него. Я даже чувствовал его фиалковое дыхание. Он настоящий. А его манеры – это его дело.
Глава 6
Этой ночью я лежал допоздна и не засыпал, собираясь навестить духа. После свирепого рева, которым завершилась наша прошлая беседа, я был полон дурных предчувствий. Но поскольку я шел с хорошими новостями, то надеялся, что буду принят благосклонно.
– Месье дух! Я согласен, я прочитаю ваше заклинание. Месье дух! Вы здесь?
– О-о-о, спасибо, Эдгар! Это так любезно с твоей стороны!
Маленький обитатель потемок был совершенно очарователен. Сердечность из него так и выплескивалась.
– Ты – добрая душа. Хороший мальчик. Я буду вечно тебе благодарен. В наше эгоистичное время редко встретишь доброту. Знаешь, я так тронут!
– Да, только у меня есть одно условие.
– Ну конечно!
– Вы будете ко мне иногда приходить и рассказывать про колдуний и всякое такое.
– И все? Ну конечно, я буду к тебе приходить, мой дорогой друг, мой дражайший маленький Эдгар!
– Ну тогда давайте вашу бумажку, и я ее прочитаю в своей комнате.
– Нет. Я должен быть рядом. Не дальше чем в трех локтях от тебя.
– Но вы же не можете выйти из черной комнаты!
– Совершенно справедливо! Поэтому читать надо здесь, в… Ах, фея-расфея! Если ты зажжешь свет, я исчезну.
Прошло какое-то время, прежде чем мы придумали решение: читать заклинание не обязательно, достаточно произнести его вслух. Так что просто нужно было выучить его наизусть.
– Держи, – сказал дух из черной комнаты.
Я наугад протянул руку и взял листок шершавой бумаги, который он мне протягивал.
– Давай, Эдгар, скорее выучи это. Но никому его не показывай, это наш с тобой секрет.
– Скажите… А почему вы сами не прочитаете заклинание и не освободитесь? Или почему вы мне просто не скажете его, а я повторю?
– Потому что это запрещено Кодексом. Ну и… хороший же ты мальчик!
– Вы опять нервничаете.
– Вовсе нет! Что ты! Вовсе нет, совершенно! Ну давай-давай! Гоп-гоп, отправляйся учить заклинание!
– А что такое Кодекс?
– У нас будет время поговорить об этом. Хо-хо-хо!
Ну и фальшиво же звучал его смех! Он явно предвещал катастрофу. Но я, глупый как пробка, просто ответил:
– Пойду учить заклинание. Скоро увидимся.
Вернувшись в спальню, я стал рассматривать волшебную бумажку при свете ночника. Похоже, это был кусок пергамента, вырванный из старинной книги. Разбирать буквы, напоминающие готические, было сложно. К тому же текста было больше, чем я ожидал.
«Вот увидите: умение запоминать тексты наизусть очень полезно», – утверждала учительница. Я не верил, что все эти лисы, которые лето красное пропели, но все равно в музыканты не годятся, когда-нибудь понадобятся мне: зачем учить басню наизусть, когда ее всегда можно найти в интернете? Но вот этот день настал. Не зря я тренировал свою память. Но справится ли мой мозг?
«Так Моекузо Лэктонг Сото Бабёльбабёль Шиане Дагульдагуль Иях Шамшауи Ульуль Багада Пёпё Усс Пенсют Лагалагалага Ясме».
И все это – наизусть. Те, кто думает, что это не очень много, пусть попробуют выучить сами. За этим занятием я заснул.
Ночной сон часто позволяет взглянуть на вещи по-новому. Накануне я хотел как можно скорее отправиться в черную комнату и произнести волшебное заклинание. Но наутро я задумался. В моем кармане лежал кусочек пергамента, который делал это приключение совершенно взаправдашним.
Глава 7
Все утро в школе я продолжал думать, додумывать и снова думать. Увы, в этом деле качество важнее, чем количество. А поскольку я изначально ничего никому не говорил – шансов прийти к блестящим умозаключениям у меня не было. Мои мысли двигались в неверном направлении, мой мозг можно было сравнить с Пизанской башней, стоящей на плохом фундаменте. Я беспокоился, например, о том, какой характер у духа. Он был какой-то… какой-то злой. Я был всего лишь мальчиком, но, чтобы почувствовать злость, не обязательно быть взрослым. За его лестью чувствовалось что-то мрачное, устрашающее…
