- Вот, - сказал он, протягивая телефон Дому.

При виде фото у Дома перехватило дыхание, и он понял, что мужчина пытается сдержать эмоции. Крупные пальцы на мгновение задержались на фотографии, прежде чем Дом потянулся через стол и передал телефон Вину.

- Он сказал что-нибудь еще? - спросил Дом.

Конечно, но это не то, чем Кейд собирался делиться.

- Думаю, он сразу же меня раскусил. Тебе следует попросить Дейзи проверить, не были ли взломаны файлы персонала.

- Она все еще пытается разобраться с последним взломом, - сказал Вин, возвращая телефон Кейду.

- Что он получил на этот раз? - Спросил Кейд.

Дом опять встал, его волнение снова было в центре внимания. Вин заговорил первым.

- Он получил информацию, которую Дом собрал о Логане и его друзьях. И материал о Саванне.

Кейд вздохнул, осознав, о чем говорит Вин. Логан и его лучшие друзья, Шейн и Гейб, несколько лет работали в профессиональном эскорте высокого класса, и среди их клиентов были люди из высшего общества Сиэтла. Ущерб, который Раф мог нанести не только непосредственно им троим, но и их бывшим клиентам, был ошеломляющим. Не говоря уже о подробностях личной жизни каждого из них. Очевидно, даже жестокое изнасилование Саванны отцом Мии, не было чем-то запретным для безжалостного молодого человека.

- А Рен? - Спросил Кейд, имея в виду четвертого брата, которого нашли живым на Ближнем Востоке через год плена и пыток, после того как его команда спецназа попала в засаду.

Вину удалось вернуть пострадавшего мужчину домой, но его психическая устойчивость стала настолько серьезной проблемой, что Рен снова ушел, не желая рисковать причинить боль окружающим. Но только после того, как убил человека, преследовавшего Мию.

Вин и Дом хранили молчание, что было равносильно их утвердительному ответу.

- Что, черт возьми, мы будем делать? - Пробормотал Дом.

Кейд допил остатки своего напитка, прежде чем встать.

- Мы подождем. Чего бы он ни хотел, он только начал.

***

- Дом, пожалуйста, не позволяй ему забрать меня!

- Мы скоро при дем за тобой, Раф . Клянусь!

- Дом, пожалуйста! Винни!

- Будь храбрым, Раф !

Раф резко проснулся и сел на кровати, запутавшись ногами в постельном белье. Он попытался отдышаться, откинул одеяло и неуверенно поднялся на ноги. Он, спотыкаясь, подошел к оконному кондиционеру, который забыл включить перед тем, как погрузиться в сон, и нажал пальцем на кнопку. Несколько секунд его обдувал прохладный воздух, прежде чем по его гладкой коже заструился холодный. Закрыв глаза, он стал мысленно представлять себе строки кода, цифры и буквы идеально ложились на свои места, пока его пальцы скользили по клавиатуре. По мере того, как появлялись строчки за строчками, его дыхание начало замедляться, и он почувствовал, что стеснение в груди ослабевает. Он взглянул на тусклые цифры на часах в номере мотеля и увидел, что уже больше двух часов ночи. Он проспал меньше часа.

Раф еще несколько минут постоял под холодным потоком, затем пошел в ванную и включил душ. Он собрался с духом и встал под холодные струи, закрыв глаза, когда ледяная вода полилась на него дождем. Он почувствовал облегчение, когда его разгоряченное тело стало приходить в норму, и прислонился головой к грязному кафелю душевой кабины.

Будь храбрым, Раф. Эти слова произнес Вин, пока они с Домом наблюдали, как Гэри Прайс тащит Рафа к ожидавшей его машине. Это последний раз, когда он слышал свое имя, так как Гэри сменил его. Слишком экзотично, сказал Гэри. Ему нужно было американское имя. Но он так его и не получил. Нет, вместо этого Гэри просто называл его «Мальчик», и поскольку планы Гэри на его счет не требовали настоящего имени, Раф держал его при себе и ждал, пока не придут братья, чтобы забрать его домой, и он снова станет Рафом Барретти.

Прошло двадцать лет, а у него все еще не было настоящего имени. По крайней мере, ему больше не нужно отзываться на «Мальчика». Он убедился в этом, когда ему было четырнадцать. Возможно, ему не стоило утруждать себя и оставлять имя Раф в качестве первого, но это была последняя связь с матерью, которую у него отняли, и отказаться от имени, что она ему дала, было чертой, которую он не смог переступить. Несколько раз, когда он даже задумывался об этом, в его голове звучал голос матери с рассказами о любимом дедушке, в честь которого его назвали, и он отказался от мысли быть кем-то другим, кроме как Рафом.

Но Барретти больше не было. И другой фамилии тоже не было. Только людям с семьями нужны фамилии.

Когда напряжение постепенно спало с Рафа, он наклонился, изменил температуру воды и несколько долгих секунд ждал, пока теплая вода не окутала его. Он был так близко. Так охуенно близко. Он воплотил свой план в жизнь несколько месяцев назад, но теперь, наконец-то, сможет увидеть результаты воочию. Он увидит, как Дом и Вин теряют все, что для них было важно, а затем закроет эту главу своей жизни и начнет новую. Он все еще будет Рафом, но лучше. Рафом, который больше не ждет, что его братья сдержат свое обещание и вернут его домой.

Раф закрыл глаза, и его тут же окатило воспоминанием, как твердые губы ласкали его, а влажный язык обдавал теплом. Он обхватил пальцами свой наполовину затвердевший член и слегка потянул. Кейд Гэмбл. Пока что он был единственным препятствием в его плане. Великолепного черноволосого мужчину было трудно не заметить, когда Раф взломал личные дела, но он не беспокоился о том, что бывший наемник потенциально может оказаться тем, кого его братья отправят разобраться с ним. На самом деле, когда в первый день он заметил мужчину, шедшего за ним по пятам, его охватил трепет от осознания того, что ему предстоит встретиться лицом к лицу с человеком, олицетворяющим все, что Раф презирал. Доминирующий, агрессивный, высокомерный, с беру-что-захочу позицией. У парня все это было в избытке.

Но Гэмбл сумел удивить его, когда отказался от красавчика, которого он специально для него выбрал, и вместо этого обратил внимание на Рафа. Не то чтобы он беспокоился. Такие люди, как Гэмбл, настолько увлекались погоней, что совсем не понимали, кто на самом деле охотник.

Позволять Гэмблу сосать свой член не входило в его планы, но он проявил гибкость. Но был застигнут врасплох реакцией своего тела на мужчину, и Гэмбл сумел заставить его член болезненно затвердеть за считанные секунды, в то время как Джейми обрабатывал его добрых десять минут до прихода Гэмбла. Часть его хотела, чтобы все шло своим чередом, поскольку он никогда раньше не испытывал такого желания. Но, к счастью, здравый смысл победил, и ему удалось отыграться на мужчине, прежде чем он уступил своим низменным потребностям.

Когда он обхватил руками длинный, толстый член мужчины, в нем на мгновение вспыхнуло вожделение, но затем, к счастью, Гэмбл открыл рот и заговорил.

Раф несколько раз сильно провел рукой по члену и вспомнил, как держал Гэмбла за горло. От него не ускользнула вспышка вожделения, промелькнувшая в зеленых глазах мужчины, когда Раф грубо обошелся с ним. Более крупный мужчина, как минимум на три дюйма выше его шестифутового роста и имевший дополнительные пятьдесят фунтов мускулов, мог бы легко вырваться на свободу, но он предпочел этого не делать, потому что хотел того, что Раф мог ему дать. Он хотел, чтобы Раф контролировал ситуацию. Перед его мысленным взором промелькнул образ Гэмбла, стоящего на коленях, с прижатыми к полу плечами и связанными за спиной руками. А Раф врезается в него.

- Блядь! - закричал Раф, когда его внезапно накрыло оргазмом, и он распластался по стене душа. - Черт, - пробормотал он, прислоняясь спиной к холодной плитке и позволяя воде смыть доказательство того, что он, возможно, не так уж невосприимчив к Кейду Гэмблу, как ему хотелось бы... как ему было нужно. Просто еще одно препятствие, которое нужно преодолеть, сказал он себе, выключая душ и потянувшись за полотенцем. Он делал это всю свою ебаную жизнь.