The author's reception.

Прием, оказанный автору.

The food of the Houyhnhnms.

Пища гуигнгнмов.

The author in distress for want of meat. Is at last relieved.

Затруднения автора вследствие отсутствия подходящей для него пищи и устранение этого затруднения.

His manner of feeding in this country.

Чем питался автор в этой стране

Having travelled about three miles, we came to a long kind of building, made of timber stuck in the ground, and wattled across; the roof was low and covered with straw.

Сделав около трех миль, мы подошли к длинному низкому строению, крытому соломой и со стенами из вбитых в землю и перевитых прутьями кольев.

I now began to be a little comforted; and took out some toys, which travellers usually carry for presents to the savage Indians of America, and other parts, in hopes the people of the house would be thereby encouraged to receive me kindly.

Здесь я почувствовал некоторое облегчение и вынул из кармана несколько безделушек, которыми обыкновенно запасаются путешественники для подарков дикарям-индейцам Америки и других стран; я надеялся, что благодаря этим безделушкам хозяева дома окажут мне более радушный прием.

The horse made me a sign to go in first; it was a large room with a smooth clay floor, and a rack and manger, extending the whole length on one side.

Конь знаком пригласил меня войти первым, и я очутился в просторной комнате с гладким глиняным полом; по одной ее стене во всю длину тянулись ясли с решетками для сена.

There were three nags and two mares, not eating, but some of them sitting down upon their hams, which I very much wondered at; but wondered more to see the rest employed in domestic business; these seemed but ordinary cattle.

Там были трое лошаков и две кобылицы: они не стояли возле яслей и не ели, а сидели по-собачьи, что меня крайне удивило. Но я еще более удивился, когда увидел, что другие лошади заняты домашними работами, исполняя, по-видимому, обязанности рабочего скота.

However, this confirmed my first opinion, that a people who could so far civilise brute animals, must needs excel in wisdom all the nations of the world.

Все это окончательно укрепило меня в моем первоначальном предположении, что народ, сумевший так выдрессировать неразумных животных, несомненно, должен превосходить своею мудростью все другие народы земного шара.

The gray came in just after, and thereby prevented any ill treatment which the others might have given me.

Серый конь вошел следом за мной, предупредив, таким образом, возможность дурного приема со стороны других лошадей.

He neighed to them several times in a style of authority, and received answers.

Он несколько раз заржал повелительным тоном хозяина, на что другие отвечали ему.

Beyond this room there were three others, reaching the length of the house, to which you passed through three doors, opposite to each other, in the manner of a vista.

Кроме этой комнаты, там было еще три, тянувшиеся одна за другой вдоль здания; мы прошли в них через три двери, расположенные по одной линии в виде просеки.

We went through the second room towards the third. Here the gray walked in first, beckoning me to attend: I waited in the second room, and got ready my presents for the master and mistress of the house; they were two knives, three bracelets of false pearls, a small looking-glass, and a bead necklace.

Во второй комнате мы остановились; серый конь вошел в третью комнату один, сделав мне знак обождать. Я остался во второй комнате и приготовил подарки для хозяина и хозяйки дома; это были два ножа, три браслета с фальшивыми жемчужинами, маленькое зеркальце и ожерелье из бус.

The horse neighed three or four times, and I waited to hear some answers in a human voice, but I heard no other returns than in the same dialect, only one or two a little shriller than his.

Конь заржал три или четыре раза, и я насторожился в надежде услышать в ответ человеческий голос; но я услышал такое же ржание, только в немного более высоком тоне.

I began to think that this house must belong to some person of great note among them, because there appeared so much ceremony before I could gain admittance.

Я начал думать тогда, что дом этот принадлежит очень важной особе, раз понадобилось столько церемоний, прежде чем быть допущенным к хозяину.

But, that a man of quality should be served all by horses, was beyond my comprehension.

Но чтобы важная особа могла обслуживаться только лошадьми - было выше моего понимания.

I feared my brain was disturbed by my sufferings and misfortunes.

Я испугался, уж не помутился ли мой рассудок от перенесенных мною лишений и страданий.

I roused myself, and looked about me in the room where I was left alone: this was furnished like the first, only after a more elegant manner.

Я сделал над собой усилие и внимательно осмотрелся кругом: комната, в которой я остался один, была убрана так же, как и первая, только с большим изяществом.

I rubbed my eyes often, but the same objects still occurred.

Я несколько раз протер глаза, но передо мной находились все те же предметы.

I pinched my arms and sides to awake myself, hoping I might be in a dream.

Я стал щипать себе руки и бока, чтобы проснуться, так как мне все еще казалось, что я вижу сон.

I then absolutely concluded, that all these appearances could be nothing else but necromancy and magic.

После этого я окончательно пришел к заключению, что вся эта видимость есть не что иное, как волшебство и магия.

But I had no time to pursue these reflections; for the gray horse came to the door, and made me a sign to follow him into the third room where I saw a very comely mare, together with a colt and foal, sitting on their haunches upon mats of straw, not unartfully made, and perfectly neat and clean.

Не успел я остановиться на этой мысли, как в дверях снова показался серый конь и знаками пригласил последовать за ним в третью комнату, где я увидел очень красивую кобылу с двумя жеребятами; они сидели, поджав под себя задние ноги, на недурно сделанных, очень опрятных и чистых соломенных циновках.

The mare soon after my entrance rose from her mat, and coming up close, after having nicely observed my hands and face, gave me a most contemptuous look; and turning to the horse, I heard the word Yahoo often repeated betwixt them; the meaning of which word I could not then comprehend, although it was the first I had learned to pronounce.

Когда я вошел, кобыла тотчас встала с циновки и приблизилась ко мне; внимательно осмотрев мои руки и лицо, она отвернулась с выражением величайшего презрения; после этого она обратилась к серому коню, и я слышал, как в их разговоре часто повторялось слово "еху", значения которого я тогда еще не понимал, хотя и изучил его произношение прежде других слов.

But I was soon better informed, to my everlasting mortification; for the horse, beckoning to me with his head, and repeating the hhuun, hhuun, as he did upon the road, which I understood was to attend him, led me out into a kind of court, where was another building, at some distance from the house.