Оби-Ван. — Цель. Смысл. Дать понять, что они не виноваты. Сказать об этом. И, Баки…

Ты ни в чѐм не виноват. Виноваты те, кто делал из тебя вещь. Они. Не ты. — Спасибо, —

пробормотал Баки, отводя взгляд. — Я… Спасибо. — Им надо услышать, что их генералы их не винят, — скорбно вздохнул Оби-Ван. — Я им скажу. — Они услышат? — Да.

«Лусанкия» висела над планетой, и Баки просто чувствовал панику, ужас и отчаянное желание дать отпор, доносящиеся сквозь Силу. Он сел в катер и помчался вниз, и жалкая планетарная оборона не смогла его остановить: бешеные перегрузки, полѐт, сходу выдавший, что за штурвалом Одарѐнный… Катер приземлился прямо на главную площадь, на которую высыпали жители: поголовно в доспехах, пусть и старых, с оружием… Первым по трапу спустился Оби-Ван, сияя нестерпимым голубовато-белым светом, и поселение накрыла жуткая мертвенная тишина. Один из клонов, хромая, вышел вперѐд, содрал с себя шлем и рухнул на колени. — Генерал, — выдохнул он, умоляюще протянув пустые руки. — Генерал Кеноби! — Здравствуй, Коди, — тепло улыбнулся призрак. — Рад тебя видеть. Он опустился на колени рядом с пожирающим его безумным взглядом клоном, обнял, и тот буквально завыл, трясясь. Баки смотрел на эту сцену с трапа. И молчал. Клоны собрались вокруг Оби-Вана, и каждый старался коснуться его.

Почти все они плакали. Но слѐзы — это хорошо. Это правильно. Со слезами легче. Сам

Баки не замечал, но по его лицу тоже текли тихие слѐзы.

Слова Оби-Вана что-то стронули в нѐм, и теперь со слезами из него словно выходил тот стылый ужас, что сопровождал его годами. Становилось… легче. Баки прекрасно отдавал себе отчѐт в том, что он не станет тем легкомысленным красавчиком из Бруклина. В конце концов, Кулаком Гидры он пробыл куда дольше, чем гражданским. Но винить себя за прошлое Баки не собирался. Хватит. Он услышал от отца — а Оби-Вана он совершенно неожиданно начал воспринимать именно так — что тот его ни в чѐм не обвиняет. Именно то, чего он не дождался там, в той реальности. Клоны не могли прийти в себя долго. Они плакали, каждый старался коснуться Оби-Вана, убедиться, что пусть и призрак, он им не мерещится. Кеноби их утешал, заверял, что не держит зла, что они не виноваты, что он скучал, что сделал всѐ, чтобы восстановить справедливость, что… Увидев, что клоны не в силах сдвинуться с места, он вздохнул и позвал Баки. — Коди, господа… Знакомьтесь, мой сын. Люк Кеноби. Они в едином порыве повернулись, уставившись на спустившегося по трапу Баки. — Точно Кеноби, — первым сказал Коди. — Рад знакомству. Вы… Вы же к нам по делу? — По делу, — кивнул Баки. — Мы угнали «Лусанкию», но управлять ею вдвоѐм утомительно. Вот, собираем команду. Желаете присоединиться? Сила вспыхнула шоком, радостью, ностальгией. — Вы ещѐ спрашиваете, сэр! — воскликнул какой-то клон. — Я первым выберу койку! — Каюту, — с улыбкой поправил его Оби-Ван. — Для каждого из вас есть каюта, Прыгун. — Вы меня помните, генерал?! — пролепетал клон, спешно сдирая с себя шлем. — Конечно, помню, — заверил его призрак. — Как я могу вас всех забыть? Коди замер рядом с ним с таким видом, что сразу становилось ясно: даже если его убить, восстанет и продолжит идти за своим генералом. От такой преданности становилось жутко. — Так что, господа, — лучезарно улыбнулся Оби-Ван. — Кто-то хочет присоединиться ко мне? — У вас есть план, генерал, — утвердительно произнѐс

Коди. — Разумеется, дорогой, — подмигнул призрак, и клоны просто растаяли под его взглядом. — Палпатин мѐртв. Окончательно и бесповоротно. Мы убедились в этом с моим сыном лично. У нас есть корабль, из розыскных списков нас вычеркнули, так что мы летим на Набу. — Почему туда? — удивлѐнно спросил кто-то. — Там моя родня по матери, — ответил Баки. — Семья Наберрие. — Наш генерал трахнул королеву! —

завопил кто-то, и напряжение взорвалось гиканьем и восторженными криками. Кеноби молча закрыл лицо ладонью. Коди фыркнул, но постарался сделать рожу кирпичом. Баки хохотнул, оглядывая толпу: клоны выглядели мощными, сильными, невзирая на седину и морщины, избороздившие смуглые лица. На вид им было под пятьдесят. — Так что, все летят? — Баки завертел головой. Сотни три, не больше. Всѐ, что уцелело от нескольких миллионов. — Разумеется, — прожѐг его взглядом Коди. — Генерал от нас никуда не денется. А это, — он мотнул головой на похожие на бараки домишки, — не жизнь. —

Тогда слушай мою команду, — заговорил Оби-Ван, и клоны вытянулись, пожирая его взглядами. — Ценное собрать, погрузить на корабли, переместиться на «Лусанкию». —

Дурацкое название, генерал! — проворчал Коди. — Я знаю, — мягко произнѐс Оби-Ван.

— Выберем новое. Исполнять! — Есть, сэр! — гаркнули клоны и разбежались во все стороны. — Мы назовѐм его «Переговорщик», — уверенно заявил Коди и пошѐл собираться под полным ностальгии взглядом призрака. — Ну хоть не «Миротворец», —

хмыкнул Баки. В Силе повисло недоумение. — Потом объясню, — пообещал он.

Часть 23. В гости к бабушке

Баки смотрел, как привычно заселяются клоны, и улыбался. «Переговорщик» сразу же наполнился жизнью, перестав напоминать летающий мавзолей. Оби-Ван был прав: каждый из них был огнѐм в Силе, яркой индивидуальностью. Клонов оказалось не так много — триста четыре человека. — Как помочь им со здоровьем? — спросил Баки. —

Они же не должны выглядеть так? — Камино разрушена, — помолчав, ответил Оби-Ван, задумчиво наблюдающий за суетой. Коди, командующий своими братьями, наконец раздал все приказы и бодрым шагом целеустремлѐнно приближался к ним. Вид у клона был решительный и жѐсткий. — Но нам вообще-то может помочь любой высококлассный медицинский центр. — Набу подойдѐт? — осведомился Баки. Коди, как раз подошедший и замерший возле Оби-Вана, поднял брови. — Набу… — Оби-Ван повернулся к Баки, внимательно его рассматривая, — подойдѐт. Но ты понимаешь последствия такого шага?

— Понимаю, — кивнул Баки. — Исард слюной захлебнѐтся от радости. Нас она из списков убрала после бомбардировки Бисса. Оби-Ван кивнул. Он тоже проверил новости, когда они покинули Бисс, и тоже увидел изменения. — Значит, возвращаемся на Набу, —

решительно заявил Баки. — Денег на обследование и лечение экипажа нам хватит. —

Республика? — прищурился призрак. — Лея? Остальные? Что с ними? Хан? Баки задумался. — Хан поймѐт, — наконец заявил он. — Лея… Если честно, ты был прав.

Сейчас вот я тоже думаю, что что-то внешнее было. На остальных плевать. На Лею особенно. Кто она мне? Да никто. Нет, соратник она хороший… Это мне ещѐ предстоит обдумать. И он бросил на Оби-Вана короткий взгляд. — Тогда уходим к Набу, —

согласился Оби-Ван, понимающе смежив на миг веки: о родстве Люка и Леи они никого информировать не собирались. — Предупреждать будешь? — Неа, — заухмылялся Баки.

— Сделаю бабушке сюрприз. — Откачают, если что, — дѐрнул плечом Оби-Ван. — Коди.

— Генерал? — вытянулся клон, поедая призрака преданным взглядом. — Курс на Набу.

— Слушаюсь! — сверкнул глазами Коди. — Люди! Вы слышали генерала! Курс на Набу!

— Ойя! — рявкнули клоны. Баки улыбался, глядя за них, буквально купаясь в тех эмоциях, что заливали корабль. Да, хорошая была идея, ничего не скажешь. — Как вы выжили, Коди? — неожиданно мягко спросил Оби-Ван. — Я знаю, что ты был в отряде

Чистки. И Вейдер курировал вас лично. Лицо клона закаменело, от него плеснуло дикой болью. — Генерал… — выдохнул он, умоляюще уставясь на Кеноби. — Я… — Ты не виноват, Коди, — тут же заверил его Оби-Ван, взяв за плечи. — Я никого из вас не виню.

Никого. Я жалею лишь об одном: не увидел, не уследил. Не принял меры. — Ты не вездесущ и не всесилен, — строго сказал ему Баки. — Ты сделал всѐ, что мог, и многое сверх того. И это все понимают. И вообще, люди, отставить чувство вины! Мы живы, у нас есть будущее. Как поняли? — Чѐтко и ясно, генерал! — гаркнули клоны, расплываясь в улыбках от облегчения. Коди моргнул, украдкой вытерев уголки глаз. — Спасибо, генерал, — проворчал он. — Вы всегда были слишком добры. Мы выжили. И… Вейдер действительно мѐртв? Он пытливо уставился в лицо призрака, а Баки неожиданно понял: Коди знает. Знает, что Вейдер — это именно Энакин Скайуокер. — Дарт Вейдер, он же