И по два, по три мы покинем город.

Мне места нет в Сицилии, я ваш.

Что не солгал, клянусь вам честью предков.

Но если захотите вы свидетельств,

Не стану ждать, не то погибну с вами —

Вы королем на смерть осуждены.

Поликсен

Тебе я верю. По его лицу

Я понял все. Отныне ты мой кормчий,

И жизнь пройдешь ты об руку со мной.

Уже два дня к отплытью мы готовы,

Суда под парусами, люди ждут.

Слепой безумец! Лучшему созданью

Не верит он. И тем сильнее ревность,

Что сам ревнивец так силен и горд,

Так несравненна прелесть королевы.

В безумной слепоте вообразив,

Что лучший друг нанес ему бесчестье,

Он ярости исполнился. Ужасно!

Да принесет нам счастье мой отъезд,

Невинной да поможет королеве.

Бежим, Камилло! Выведи меня,

И как отца тебя любить я буду.

Бежим!

Уходят.

АКТ II

СЦЕНА 1

Сицилия. Комната во дворце.

Входят Гермиона, Мамиллийи придворные дамы.

Гермиона

Ах, заберите шалуна! — Мамиллий,

Довольно прыгать, голова болит!

Первая дама

Пойдемте, принц, хотите, будем с вами

Во что-нибудь играть.

Мамиллий

Я не хочу.

Первая дама

Да неужели? Почему, мой принц?

Мамиллий

Так. Вы меня начнете целовать

И говорить со мною, как с ребенком.

(Второй даме.)

Вот вы мне больше нравитесь.

Вторая дама

Да? Чем же?

Мамиллий

Не думайте: не тем, что ваши брови

Черны как смоль, — хоть говорят, что брови,

Когда они изогнуты и тонки,

Как лунный серп, начерченный пером,

Должны быть черными.

Вторая дама

Кто вам сказал?

Мамиллий

Не помню кто. Я, сравнивая женщин,

Сам это понял. Ну, а ваши брови

Какого цвета?

Первая дама

Синие, мой принц.

Мамиллий

Вы шутите, у женщин только нос

Бывает синий, а совсем не брови.

Первая дама

Взгляните! Королева-мать полнеет,

Настанет время, новый принц придет,

И мы к нему поступим в услуженье.

А уж тогда придется вампросить,

Чтоб мы играли с вами.

Вторая дама

Пожелаем

Благополучных родов королеве.

По талии судя, подходит срок.

Гермиона

О чем это вы шепчетесь? — Мой мальчик,

Поди ко мне. Садись. Мне стало лучше.

Побудь со мной и расскажи мне сказку.

Мамиллий

Веселую иль грустную?

Гермиона

Любую.

Нет, самую веселую!

Мамиллий

Зачем?

Зиме подходит грустная. Я знаю

Одну, про ведьм и духов.

Гермиона

Хорошо.

Садись и расскажи как можно лучше,

Чтоб маму небылицей напугать.

Ведь ты умеешь.

Мамиллий

Жил да был на свете…

Гермиона

Нет, сядь сначала. Вот. Ну, начинай.

Мамиллий

Жил бедный человек вблизи кладбища.

Я буду шепотом, совсем тихонько,

Чтобы сверчка не напугать — он спит.

Гермиона

Да, да, ты на ушко мне говори.

Входят Леонт, Антигони придворные.

Леонт

Он в гавань шел? Со свитой? И с Камилло?

Первый придворный

Я встретил их за рощей и глазами

До кораблей за ними проследил.

Могу сказать, спешили наши гости!

Леонт

Как был я прав! Я видел их насквозь!

О, лучше бы не понимать, не видеть,

Я проклинаю правоту мою!

Когда паук утонет в винной чаше,

Ее любой осушит, не поморщась,

Но лишь увидит гадину на дне —

Вмиг тошнота, и судорога в горле,

И вырвет все, что с наслажденьем пил, —

Вот так лежал паук в моем бокале.

Им нужен трон мой, жизнь моя нужна,

И подлый раб Камилло помогал им.

Я прав во всем, во всех догадках прав!

Меня прислужник собственный им предал,

Предупредил ее и Поликсена,

И вот Леонт остался в дураках.

Для них я тут. Кто им открыл ворота?

Первый придворный

Камилло, — он и раньше это делал.

Его приказ был все равно что ваш.

Леонт

Мне это слишком хорошо известно.

(Гермионе.)

Ты сына мне отдашь. Я очень рад,

Что не твоею грудью был он вскормлен.

Хоть, спора нет, он на меня похож,

В нем слишком много материнской крови.

Гермиона

Что это? Шутка?