Он обошёл меня и встал передо мной.

— Ты не замечаешь, но сама отталкиваешь всех. Знаешь, почему Тейлор был на той вечеринке? Потому что ты ушла и не сказала ему, куда. Он спросил, как ты добралась домой, и сам не понял, о чём вообще говорит. Почему ты ему врёшь? Ты предпочитаешь ходить пешком по всему городу, чем позволить своему парню подвезти тебя. А потом говоришь, что я говорю неприятные правды. Может, именно это тебе и нужно — кто-то, кто наконец-то стянет тебя с пьедестала, на который ты сама себя поставила!

Я онемела.

Но сегодня был не тот день, чтобы со мной спорить.

— Этот пьедестал создали они. Знаешь почему? Потому что у них настолько нет своей личности, что им нужно на кого-то равняться. Что надела Ками? Куда она поехала в отпуск? Она ездит на велосипеде? Значит, и мне надо! Подстриглась? Почему она не улыбается? Она больше не встречается с самым популярным парнем в школе? Уже не одета по последнему слову моды? У неё нет машины? Тогда лучше её травить. Она больше не заслуживает внимания, потому что мы такие вот тупые.

Джулиан смотрел на меня сначала с удивлением, потом... с восхищением.

— Ты права, — сказал он, успокаиваясь и глубоко вздыхая. — Я думаю так же. Они живут в пузыре, где им важно только чужое мнение. Но ты — ты уже не часть этого мира. И именно поэтому ты мне нравишься, Кам. Поэтому я сразу на тебя обратил внимание. У тебя есть некая аура, особая, я же тебе говорил. И поэтому я захотел стать твоим другом…

— Никакой ауры нет, Джулиан.

Он взял меня за щёки, и мне пришлось сдержать желание отстраниться.

— Есть. У тебя она есть. А если другие этого не видят — ну и пусть.

Я глубоко вздохнула и отступила на два шага. У меня не было ни времени, ни сил на такие разговоры, особенно с ним. Что бы он ни говорил — он был на той вечеринке, пил, веселился и даже не подумал меня позвать… на вечеринку в собственном доме.

— Мне нужно вернуться на работу, — сказала я напоследок.

— Увидимся у костров?

— Не знаю, — был мой единственный ответ.

Мы закончили выпекать все торты, брауни, маффины и тысячи других вещей примерно в пять вечера. Миссис Миллс разрешила мне пойти домой, и когда я пришла, поняла, что один из моих любимых праздников больше не вызывает у меня прежнего восторга. Не буду врать — я скучала по своим подругам. Я скучала по Элли, которая была совершенно потерянной и посылала мне противоречивые сигналы каждый раз, когда я её видела. Я скучала по Кейт, да, даже по Кейт, потому что несмотря на её характер, у нас всегда были хорошие отношения... Я ужасно скучала по папе, с которым всегда проводила начало этого праздника, когда он бывал дома. Он рассказывал нам истории, пока мы смотрели на огонь. Моему брату это очень нравилось, и когда он засыпал, папа брал его на руки, возвращался домой, а я встречалась с друзьями...

Мы не разговаривали с тех пор, как он уехал, и меня это не удивляло. Папа всегда больше выражал чувства действиями, а не словами — он никогда не умел поддерживать с нами связь, когда уезжал по работе, и я знала, что ему будет очень трудно начать делать это теперь.

— Камила, спускайся! — крикнула бабушка снизу.

Я как раз одевалась. Узкие джинсы, мой любимый шерстяной свитер и чёрные зимние сапоги — лучший наряд для праздника у костров.

Я не была уверена, с кем туда пойду. Тейлор не писала мне с вчерашнего дня, и, по словам Джулиана, он понял, что я его обманула...

«Чёрт, почему у меня всё идёт наперекосяк?»

Я быстро отправила ему сообщение, пока бабушка снова не закричала мне, чтобы я спускалась.

«Где мы сегодня встретимся? У меня тут бабушка, и мне срочно нужен спасатель 😊».

Я добавила улыбающийся смайлик, чтобы немного разрядить обстановку, и спустилась вниз к маме, бабушке и брату.

Бабушка осмотрела меня с ног до головы, как это обычно делала мама, а затем кивнула. Похоже, мой наряд её устроил.

— Мы пойдём на праздник все вместе, чтобы показать городу, что мы по-прежнему единая семья, — сказала бабушка, надевая моему брату на голову вязаную шапку.

— Она чешется! — закричал он, сдёрнул её и бросил на пол.

— Кэмерон! — строго сказала мама, бросая на него взгляд, пока красила губы яркокрасной помадой.

— Я договорилась встретиться с друзьями, — соврала я, надевая пальто.

— Сначала пойдёшь с нами, — сказала мама.

Это была битва, в которую мне совершенно не хотелось ввязываться, поэтому мы все вчетвером сели в мамину машину и поехали в центр города.

Я посмотрела, стоит ли машина Ди Бьянко у их дома, и с грустью увидела, что нет.

Чёрт... Неужели Тейлор так сильно на меня обиделся?

Мы припарковались на одной из улочек, ведущих к городской площади, и услышали музыку и шум толпы ещё издалека.

— Можно мне сахарную вату? — спросил мой брат, схватив маму за руку и сияя от восторга от праздничной атмосферы, которая царила вокруг.

— Только одну, — ответила мама и направилась к площади. Бабушка шла рядом, в нарядных брюках и чёрном тёплом свитере. Она выглядела безупречно, как и мама, которая, казалось, слишком вырядилась для обычной прогулки по городу.

Мы гуляли, пили горячий шоколад и ели пирожные. Когда подошли к лавке миссис Миллс, она радостно мне улыбнулась и позвала моего брата, чтобы угостить сладостями.

Бабушка посмотрела на неё строго, нахмурившись.

— Это вы наняли мою внучку? — спросила она с надменным взглядом.

Миссис Миллс, всегда доброжелательная, улыбнулась тепло.

— Вы бабушка Камилы? О, она замечательная девочка! — сказала она, улыбаясь мне.

— Тогда вы её плохо знаете, — ответила бабушка с разочарованным взглядом в мою сторону.

К счастью, мне уже было совершенно всё равно, что думает бабушка, с тех пор как я выросла и поняла, что угодить ей практически невозможно.

— Миссис Миллс, можно мне тоже вот это печенье?!

— Конечно, дорогой, — ответила миссис Миллс, проигнорировав слова бабушки и улыбнувшись моему брату.

Мы попрощались с миссис Миллс и продолжили гулять по городу. Всё было красиво. Вокруг стояли прилавки, а в центре, на площади, горел один из костров. Он был не очень большим — места не хватало — но выглядел очень уютно. Снег с улиц убрали снегоуборочные машины, но крыши домов и магазинов всё ещё были покрыты снегом. Я обожала такую атмосферу... Это было так красиво...

Мне захотелось сесть на скамейку и начать рисовать, запечатлеть улыбки людей, попробовать передать огонь, отражающийся в глазах детей, изобразить холод и одновременно тепло, исходящее от пламени...

— Ками! — услышала я, как кто-то позвал меня сзади.

Я обернулась и увидела Джулиана, подходящего ко мне.

Я не знала, что чувствовала в тот момент после нашей ссоры. Мне совсем не хотелось знакомить его с мамой и бабушкой, но я ничего не могла сделать, когда он подошёл с широкой улыбкой, поцеловал меня в щёку и представился моей семье.

— Очень приятно, я Джулиан Мёрфи, — сказал он, протягивая руку.

Мама и бабушка пожали ему руку и тоже представились.

— Ты друг моей внучки? — спросила бабушка, оглядев его с ног до головы.

Джулиан не растерялся:

— Мы хорошие друзья, да, — сказал с улыбкой.

Мама бросила на него странный взгляд.

— Ты брат Кейт?

Улыбка с лица Джулиана исчезла.

— Не по своей воле. Мы сводные.

— Давно не видела Кейт у нас дома. Вы поссорились, Камила? — спросила мама, впервые за долгое время, проявив интерес к моей жизни.

— Нет, — соврала я. Мне не хотелось объяснять ей что-то, что её не интересовало вовсе. — Я уже пойду, ладно? — сказала я, воспользовавшись поводом уйти с Джулианом.

— Уже уходишь? — спросил мой брат, глядя на меня жалобным взглядом.

— Ненадолго, — сказала я, мечтая поскорее избавиться от этих двух женщин. — Увидимся позже.

Джулиан попрощался с моей семьёй, и мы направились в противоположную сторону от площади.

— Вечеринка у южного костра. Я отведу тебя, пойдём, — сказал он, взяв меня за руку и потянув, но я вырвалась.