А неплохо идём, строго по графику: пять минут остановка, от десяти до пятнадцати минут до очередного чек-пойнта. Можно, конечно, и ускориться, но нам тогда сильно хуже придётся, а эсбэшники не смогут столь же эффективно контролировать окрестности – система стабилизации у башенных скорострельных пушек отсутствовала как класс. А что это именно пушки, мне Хесус пояснил. Прототип – легендарная 2А42 Грязева и Шипунова. Калибр тридцать миллиметров, скорострельность – пять сотен выстрелов в минуту. Хочешь, осколочными, хочешь – бронебойными. Фугасных не предусмотрено. Но против здешней крупногабаритной живности бронебойные в самый раз. И не только против живности, да. Впрочем, на этот счёт распространяться бригадир не стал, отделался невнятным мычанием, дескать, сам увидишь, хотя не дай бог. И сосредоточился на управлении, дав тем самым понять, что и так уже лишнего сболтнул.
Огнестрел, надо же! Я за эти две недели вопросом вооружения так и не задался – и нужды особой не было, и других дел навалом. Зато теперь появилось время задуматься, а информации Сигизмунд наплакал. Опять же, почему мы, ремонтники, безоружны? Только ли из-за наличия охраны, или в траке где-то неприкосновенный запас заныкан? Спросить, что ли, у Хесуса? Но он на беседу не настроен, а док Санчес, она же Кэмерон, мне уже всю плешь проела одним и тем же советом: не докучай людям, если не хочешь нарваться на грубость. Даже подчинённым не докучай, потому что на Роксане к нарушениям субординации и рядовым конфликтам между сотрудниками относятся с гораздо большей терпимостью, чем на любой другой планете. В переводе это означало, что если Люпе и Серхио начистят мне морду, то их за это вряд ли уволят. Пожурят, оштрафуют, возможно, заставят дополнительно посещать психолога, но не более того. И раскидывать нас по разным подразделениям никто не станет, потому что это проблему не решит вообще никак. Учитесь общаться с окружающими и отстаивать свою позицию как словесно, так и физически, если надо – то и на кулачках. В идеальном же случае нужно уметь вовремя остановиться и никогда не забывать о том, что это не люди такие, а окружающая среда. Мы же не злимся на природу за… за дождь, к примеру? Или за ветер? Просто принимаем как данность. Помню, так прямо и сказала, да.
– То есть ты предлагаешь мне стать поху… отставить! – пофигистом? – уточнил я.
– Ну, не до такой степени, – улыбнулась Кэмерон, оценив шутку. – Просто не зацикливайся на обидах. Тем более что в большинстве своём они мнимые. Это я тебе как специалист говорю.
– А ещё что скажешь? Как специалист?
– Чайку?
– Хм… дай-ка подумать…
Разговор этот имел место на прошлой неделе, в один из рядовых вечеров, не занятых тренировками с Игараси-сама, так что я не придумал ничего лучше, как зазвать дока Санчес на променад по кампусу и окрестностям. К тому времени я уже разок воспользовался её предложением, а в тот вечерок решил закрепить успех, тем более что мисс Кей оказалась недурственным собеседником и приятной во всех отношениях девицей. Она на первом же свидании одарила меня прощальным поцелуем в губы, хотя на тот момент больше дружеским, чем чувственным. А тут нате вам – в гости зовёт. На ночь глядя, ага. После посиделок в кафешке, в ходе которых познакомила меня с местной винной картой и продукцией местных же животноводов в виде пикантных сыров и затейливых копчёностей. Заплатил, естественно, я, но удара по карману, как того опасался, не получил – всё вполне по-божески. Зато задумался: если мне позволили оплатить ужин, не означает ли это переход на следующий уровень отношений? И таки да, означает – вот, на чай зовут. В двадцать четыре тридцать по местному времени. Напоминаю: в сутках двадцать шесть часов.
– Подумал? – потеряла терпение Кэмерон.
– А что? Бесит? – усмехнулся я с неприкрытой иронией.
– Ещё как! – отплатила той же монетой девушка. – Да это оскорбление! Видано ли! Он ещё раздумывает!
– А вдруг у тебя чай невкусный?! Ай, блин! По рёбрам-то зачем?!
– Чтобы думал быстрее.
– Ладно, ладно, сдаюсь! Можешь поить меня чаем хоть до утра. Только не зелёным, пожалуйста…
Ночь в итоге прошла… пожалуй, феерично. Сравнивать-то особо не с чем, опыт в плане общения с женским полом у меня не очень обширный – пока учился, не до девиц было. Я имею в виду, чтобы менять их, как перчатки. За все эти годы… ну да, с парочкой только и завязывал отношения, но довольно длительные. Которые, впрочем, заканчивались неизбежным разрывом, и всё по той же причине – учёба и наука не оставляли достаточно времени для развлечений. А с третьей я вообще замутил чисто случайно и по её инициативе – Лукреции, аспирантке с биологического, нужен был такой же ботан, как и она сама. Чтобы чисто пересечься раз в неделю, а потом друг другу не надоедать. Ей нормально, мне тем более, так к чему что-то менять? Так и… э-э-э… «пересекались» почти три года, пока я на Роксану не угодил. В итоге на фоне предшественниц страстная док Санчес показала себя в самом выгодном свете. Дошло до того, что я у неё теперь ночевал с завидным постоянством – два, а то и три раза в неделю. И если в первый раз я свалил домой ещё затемно, чтобы перед соседями не палиться, хоть Кэм меня и подняла на смех, то потом на это дело забил. Раз ей скрывать нечего, то мне-то чего стесняться? Того, что на меня такая деваха внимание обратила? И, мало того, благосклонностью одарила? Проще ко всему относиться надо, проще. Быть самую чуточку пофигистом, как она же сама и советовала…
– Вторая точка, сеньор Генри, – отвлёк меня от приятных мыслей бригадир Хесус.
Ха, а я и не заметил! Втянулся уже, блин. И это не очень хорошо, бдительность терять себе дороже. Ладно, Олег, встряхнулся и вперёд, благо процесс уже знаком…
А здесь травостой повыше – вон, почти по пояс. Так и чек-пойнт потерять недолго. Зато прикольный след за мной остаётся: у листьев тон с внутренней стороны иной, и сразу заметно, что траву кто-то потревожил… ага, и вон там тоже! И там… и вон там… а здесь весьма оживлённо, как я погляжу!
– Поторопитесь, сеньор Генри! Сеньор Мёрдок опасается бегунов-чито!
Это он о ком? Страусы местные, что ли? Или кто-то вроде гепардов? От последней мысли у меня по спине пробежал холодок, и я ускорил шаг, добравшись-таки до знакомой пластиковой бочки. Ну-ка, где здесь лючок?..
Вот почему всегда, когда на нервах, всё из рук валится? А тут ещё броневик вздумал чуть дальше в саванну сползти… мало того, ещё и четверо бойцов с чем-то автоматическим в руках на броню выбрались… да где этот разъём?! Ф-фух, подключился… как же долго тянутся секунды!..
Слева от меня, там, где стоял броневик, что-то загрохотало, затрещало, в воздухе потянуло едким дымком… и я лишь невероятным усилием воли заставил себя дождаться сигнала утилиты: тоже нет, разрыв дальше по линии. И тут же, не дожидаясь приглашения, выдернул шлейф, щелчком загнал лючок в гнездо и буквально в пару огромных прыжков добрался до трака. А как в кабине оказался, вообще из памяти выветрилось под адреналином.
Хлопок дверцы совпал с басовитым кашлем башенной пушки броневика, и я испуганно вздрогнул, едва не въехав темечком в крышу салона.
– М-мать! Что… к-кто это был?!
– Насколько я сумел разглядеть, пара бегунов, сеньор Генри. Нам повезло – ребята сеньора Мёрдока их вовремя заметили и сумели отсечь огнём. А потом вдарили из пушки осколочным.
– И… как? Удачно?
– Отогнали, – пожал плечами Хесус. – Стало быть, удачно.
– И много здесь таких?
– Именно таких – не очень. Они хищники, живут чаще всего парами, и защищают охотничьи угодья. Но есть и другие, в том числе и травоядные. Но ещё более опасные, сеньор Генри. Надеюсь, я удовлетворил ваше любопытство?
– Спасибо, сеньор Хесус, удовлетворили.
– А вы не из пугливых, хефе! – с толикой уважения в голосе пробасил с заднего сиденья Серхио.
Ну вот, авторитет потихоньку завоёвывается. Уже неплохо. Хотя Люпе, наоборот, страдальчески поморщился. Конкурент грёбаный, блин.
