И сразу же отвечаем на его недоумённые вопросы.
– Видите на пригорке развалины? Туда попал снаряд… Нет, мы не знаем кто стрелял! Но по приказу командира были предприняты все возможные меры предосторожности. Мало ли какой корабль войдёт в бухту? Мы же не знаем, кто находиться в его трюмах! Это ни в коей мере не является неуважением – мы выполняем приказ!
Неожиданно, отстранив багровеющего капитана, в беседу включается новый персонаж. И судя по тому, как внезапно обрывает свои речи отстранённый, перед нами некто, обличённый властью. Во всяком случае, капитан умолкает и отходит в сторону, отдавая распоряжения о выгрузке рабов на берег.
– Кто вы? Мне ваше лицо незнакомо!
– Кормовой офицер Дим Ми Лар!
– Ваш корабль?
– «Гром». Простите, с кем я имею дело?
– Старший носовой офицер Дар Лан Гейт! Странно, но мне казалось, что я знаю большинство старших офицеров на острове в лицо…
– Я здесь недавно – после ранения временно списан с корабля для восстановления здоровья.
– Сюда?!
– Я получил приказ!
– Проверьте… – оборачивается он к группе офицеров, стоявших позади него.
– Яр! – срывается с места один из них.
Щас, ребятки…
А связи-то и нет!
Работают глушилки, ни один сигнал с кораблей никуда не уйдёт. Но вы этого ещё не знаете…
– Поделитесь секретом, Ми Лар… – берёт он меня под руку, отводя в сторону от остальных. – Это кто распорядился выстроить на берегу всё это?
– Увы… – развожу руками. – Я и сам знаю немногим более вас. Мне было приказано прибыть для встречи кораблей всего два дня назад. Прибыл – и увидел все эти сооружения… Даже и не знаю, как правильно сказать…
– Понимаю, – кивает Гейт. – Откровенно говоря, стоящие позади меня инженеры и прибыли-то специально для того, чтобы оказать помощь в постройке укреплений… На берегу…
Он замечает, как слегка исказилось моё лицо, и покровительственно похлопывает по плечу.
– Понимаю вас! Признаться, я и сам не в восторге от такого поручения… Но поверьте, в этом есть необходимость!
Команда – и на берег ступили первые ряды рабов. Деваться им некуда – можно идти только по одному проходу.
И сразу же шевельнулись стволы скорострелок на ближайших башнях – мол, всё видим! И шутить, в случае чего, не станем!
Рабов на этот раз не сопровождает конвой – куда-либо деваться из прохода невозможно. Ровная площадка – и ряды сетчатых ограждений. Идти можно либо вперёд – на берег, либо назад – на корабль. А там – свои скорострелки на борту!
Делать нечего – и серые фигуры понуро топают вперёд…
– Вообще, не могу не отдать должное тому, кто всё это придумал! – одобрительно кивает Гейт. – Всё так просто! И предельно функционально – ничего лишнего! И как мы ещё не додумались до этого в других местах? По возвращению обязательно доложу об этом!
Пожимаю плечами – мол, я обычный флотский офицер…
Ничего об этом сказать не могу…
Он, конечно, дядька хитрый – по нему видно, но и мы тут тоже не пальцем деланные!
Возвращается посыльный и, поймав вопросительный взгляд старшего офицера, разводит руками и показывает на небо – мол, связи нет…
– И часто тут у вас такое явление? – поворачивается снова ко мне собеседник.
– Простите?
– Связи нет.
– Ну… Мне сложно вам ответить… Иногда такое случается… Но здесь я мало что вам могу сказать… Надо говорить со специалистами, наверное. Нам дали указание выделить сорок человек – они будут охранять рабочих. Те, как я слышал, станут копать какие-то траншеи, прокладывать кабель. Наверное, это как-то может быть связано… Но точно сказать не могу. Командир знает!
Да, перед тобой тупой служака, которому всё, что происходит на суше – вообще до ноги! Не его дело!
– Хорошо! – кивает он. – Распорядитесь, чтобы нам прислали людей, которые доставят наши материалы туда, где мы будем жить и работать!
– Яр!
А дальше…
Было как-то буднично и скучно.
Рабов выгрузили. Между прочим – более двух с половиной тысяч человек!
И ими тотчас же занялись наши люди. Помыть, одеть – и выяснить: кто, откуда и куда тебя отправить. Чтобы сразу к своим бы соотечественникам попали – быстрее впишутся в новую для себя реальность. Кончилось рабство, мужики…
Как они успели нам пояснить: в портах к отправке приготовлено уже около десяти тысяч человек таких же несчастных. Что ж, тут им будут рады!
Сгрузили и продовольствие – тоже весьма приличный запас.
Лишним уж точно не станет! Тут у нас своих полей нет!
А вот огороды, как ни странно, появились! Смех-смехом – а на них что-то даже и выращивают!
Первый корабль загрузили рудой и всякими нужными кому-то железяками – этого добра тут на десять лет запасли… – и он благополучно отправился восвояси.
Все наши особисты буквально на ушах стояли, наблюдая за тем, чтобы никто из команды ничего подозрительного не увидел бы.
Вроде бы удалось…
В гавани корабль стоял всего три дня, экипаж, наблюдая за происходящим на суше – а там непрерывно что-то строили, возводили новые укрепления… – никакого желания сойти на берег не изъявлял…
Окончательно успокоились, лишь когда мачты корабля скрылись за горизонтом, а радисты поймали передачу с его борта – мол, всё в порядке, груз и сопровождающие доставлены на место, загрузились всякими полезными вещами, идём домой!
Один кирпич с души!
А второй корабль, собиравшийся увезти пушки, так никуда и не отплыл. В смысле – в другой порт он не ушёл, всего лишь в новую гавань перешёл, про эту стоянку тут никто не знает, она совсем новая, только недавно оборудовать закончили. Да и то – не всё ещё пока до конца доделали…
Пушки нам и самим не помешают! Неча ими врагов вооружать!
А корабль…
Даст пару радиограмм – и «пропадёт без вести».
Не здесь, разумеется – никто его топить не собирается. Выйдет с судовой рации в эфир радист корабля, да и замолкнет…
По причине неизбежной на море случайности». Думается мне, что и на Данте похожая поговорка есть…
По такому случаю радиста – вместе с рацией, разумеется – пересадили на один из катеров, который тотчас же и отплыл неведомо куда.
* * *
Поднимаюсь по лестнице, киваю часовому, что стоит на площадке второго этажа. О моём визите тут уже предупреждены, так что, тот указывает мне направление движения.
Поворот направо, десять шагов по коридору, а вот и нужная дверь…
Сидящий в комнате человек совсем не напоминает когда-то уверенного в себе офицера. Глаза потухшие, настроение…
Никакого, словом, настроения нет.
– Добрый день!
Он поднимает взор мне навстречу, цепляется им за незнакомую форму…
– А вы неплохо знаете наш язык.
– Стараюсь… У меня в подразделении несколько сотен человек – и все на нём разговаривают. Надо учиться!
– Не понял…
– А что ж тут непонятного? Я командую подразделением, которое состоит из хорнов.
– Но сами вы…
– Не хорн. И уж тем более – не вайн.
– И они вас приняли в качестве командира?! – с сомнением покачивает головою собеседник. – Что-то вериться с трудом, откровенно говоря!
– Я убил в схватке на ножах их командира – заслуженного офицера.
Он кивает – ему теперь всё понятно.
– И создал свой клан, мои бойцы мне присягнули на верность. Вы будете удивлены – но за ними последовало очень много других! – поясняю ему.
– Да, в нашей истории такое встречалось… Некоторые кланы разрослись до очень серьёзных масштабов! Значит, вот почему у вас их так много служит…
– Моё подразделение – далеко не единственное.
– Ну, раз перед глазами стоит такой пример… Как я понимаю, все острова теперь…
– Вы правильно понимаете. Когда вас сюда везли, вы могли видеть строящиеся укрепления.
Инженер кивает – видел. И, надо полагать, оценил.
– Вы всерьёз готовитесь воевать с объединённым флотом?
