Ксавьер зашел следом, снимая пальто. Йохан с трудом сдерживал довольную ухмылку.

— Как тебя угораздило вляпаться в такую кашу, ума не приложу, — тарахтел Дэвид звучным басом. — Но ты мне все расскажешь, и не дай бог с тобой там плохо обращались, всем головы поотрываю!

— Со мной все в порядке, Дэвид, спасибо, — Амадео улыбался во весь рот, оглядываясь по сторонам.

В первую очередь взгляд метнулся к лестнице на второй этаж. Поняв, что именно хочет знать Амадео, Ксавьер сказал:

— Библиотеку Кристоф завещал тебе, поэтому Лукас ни книги оттуда не тронул. А потом, когда ты потерял право наследования, продал вместе с домом.

Значит, "Портрет Дориана Грея" остался там же, с облегчением подумал Амадео. Похоже, что Лукасу и не приходило в голову распродавать вещи по одной, поэтому внутренняя обстановка дома ничуть не пострадала. Казалось, Амадео только вчера покинул особняк — все сияло чистотой и дышало уютом, который мог создать только один человек.

— Молодой господин, — услышал он за спиной до боли знакомый надтреснутый голос, в котором явственно чувствовались слезы.

Амадео шагнул к пожилой женщине, утиравшей глаза платком, и осторожно, будто боялся сломать, прижал ее к себе.

— Здравствуй, Роза, — прошептал он.

* * *

— Подумать только, как исхудал молодой господин! — сокрушалась Роза, заканчивая последние приготовления к ужину. — В этих тюрьмах ужасно кормят, и если бы многоуважаемый господин Санторо разрешил, я бы…

— Он очень даже хорошо питался, — тихо проворчал Йохан, что, однако, не укрылось от внимания экономки.

— Помолчал бы! — фыркнула она. — Мог бы следить за тем, как он ест, тебя же наняли присматривать за ним и его здоровьем!

— Ну, я иногда отдавал ему свою порцию, — ухмыльнулся тот, подхватывая огромное блюдо. — Особенно когда в меню значились бобы в томатном соусе.

— Благородный какой! — всплеснула руками Роза. — Неси уже скорей, молодой господин наверняка сильно проголодался. А вы, — остановила она проходящего мимо кухни Ксавьера, — будьте добры, позовите молодого господина, он в библиотеке, — она украдкой стерла слезинку. — Как же он любит эти старые книги…

Ксавьер поднялся на второй этаж. В библиотеке было пусто — Амадео побежал сюда сразу же после приветствий, однако теперь бродил где-то еще. Кажется, он до сих пор не мог поверить, что все происходящее — не сон. Ничего удивительного, еще несколько дней назад принц был нищим и вдруг в одночасье вернул себе трон.

— Нетрудно догадаться, где ты сейчас, — Ксавьер без малейших колебаний направился к кабинету Кристофа.

На улице уже стемнело, и из-под двери пробивался свет лампы, которую зажег Амадео.

— Роза просила передать, что ужин готов, ты… — Ксавьер остановился на пороге.

Амадео спал в кресле Кристофа, подперев голову ладонью. Вторая рука лежала на раскрытой книге в красном бархатном переплете. Губы были приоткрыты, он слегка посапывал. Ксавьер не удержался от усмешки.

— Надо же, как устал, — прошептал он, забирая книгу. Затем принес из спальни плед и укрыл Амадео. — Отдыхай, принц.

* * *

На следующий день Ксавьер отвез Амадео в "Азарино". Внешне фасад гостиницы никак не изменился, но внутри все оказалось совершенно иначе.

Изменения поразили Амадео. Ксавьер перестроил гостиницу, и теперь казино занимало весь первый этаж, а не цоколь, как раньше. Огромные двери гостеприимно распахнуты, яркий свет заливает вестибюль, от которого в разные стороны расходятся короткие коридоры, сквозь изящные арки ведущие к игровым залам. Алые ковры повсюду, зеленое сукно игровых столов, стук фишек, шорох карт, трескотня рулетки… Амадео на мгновение остановился, пытаясь справиться с воспоминаниями. Конечно, внешне тут все изменилось, однако по своей сути "Азар" осталось тем же казино, каким было четыре года назад. Казино, которое создал его отец.

— Амадео, — окликнул его Ксавьер. — Амадео!

Тот тряхнул волосами, и наваждение ушло. Он по-прежнему был в игровом зале, однако воспоминания схлынули, как морская вода во время отлива.

— Кабинет управляющего я оставил там же, — Ксавьер повел его на второй этаж. — Решил, что так будет удобнее.

Кабинет также претерпел значительные изменения. Предыдущий руководитель предпочитал старомодную громоздкую мебель и стремился к тому, чтобы в кабинете все дышало уютом и неизменной теснотой, которая так беспокоила Амадео раньше. Ксавьер же придерживался иных, более жестких взглядов. По его мнению, человек, которого вызвали "на ковер", не должен чувствовать себя в безопасности. Именно поэтому тяжелый дубовый стол заменили черной узкой столешницей, на которой располагался тонкий монитор. Стул напротив обтянутого черной кожей кресла управляющего отличался прямой неудобной спинкой и жестким сиденьем. Небольшое окно, когда-то завешенное тяжелыми шторами, расширили, и теперь из него открывался вид на центральный парк.

Однако табличка с гордым званием "Управляющий" осталась на месте. Только вот имени и фамилии на ней больше не было. Амадео знал от Ребекки, что Эмилио Валион уволился сразу же после похорон Кристофа.

— Как видишь, я не все оставил как есть, — Ксавьер жестом пригласил Амадео войти. — Мне пришлось поменять почти весь персонал, чтобы не возникало недоразумений.

Амадео кивнул, с любопытством оглядываясь.

— Понимаю. Пусть внутрисемейные разборки их никак не касаются, однако разговоров за спиной хотелось бы избежать.

— Я заменил весь руководящий состав, — Ксавьер сунул в рот сигарету. — Только подходящего управляющего пока не нашел. Впрочем, Валион ушел не из-за твоей причастности к гибели Кристофа, а больше из принципа, заявив, что ни под чьим руководством он больше не сможет работать. Да и здоровье у него уже не то.

Амадео вспомнил спокойного седовласого мужчину, во взгляде которого всегда ощущалась властность и сила. Он многому научил Амадео в свое время, жаль, что ему пришлось уйти.

— Также я уволил начальника охраны Гарсию. Слишком попустительствовал своим подчиненным, покрывал их промахи и откровенное воровство. Пока был жив твой отец, Гарсия не наглел до такой степени, но, как только сменилось руководство, попытался провернуть одно противозаконное дельце и загремел в тюрьму. Не терплю воровства и жулья среди подчиненных.

Амадео вспомнил свои разборки с самодовольным начальником охраны, считающим, что его подчиненные — неприкосновенны, и согласился с Ксавьером. Раньше удавалось держать его в узде, однако слишком распускаться Гарсии не стоило. Сам виноват.

— Следом отправились начальники отделов. Не беспокойся, самым толковым нашлась другая работа, на улице никто из них не оказался. Но кого мне так и не удалось…

Дверь с грохотом распахнулась, и рыжая молния метнулась через весь кабинет.

— Господин Амадео! — Чилли повисла на его шее и, нимало не смущаясь, расцеловала в обе щеки. — Как я рада снова вас видеть!

— Я тоже рад, Чилли, — пробормотал растроганный до глубины души Амадео.

— Вот ее-то мне как раз выгнать не удалось, — Ксавьер усмехнулся уголком рта. — Видимо, она считала, что ты невиновен.

— И сейчас считаю! — сердито топнула ногой девушка, взмахнув рыжей косой. От гнева веснушки четче проступили на щеках. — Амадео, то есть господин Амадео, не мог совершить такое ужасное преступление! Поэтому я уперлась, когда мне пытались всучить расчет!

— И не прельстилась даже на отличную должность в одном из филиалов моей компании, — Ксавьер выпустил дым вверх. — Вместо этого взяла здесь все в свои руки, и под ее руководством "Азарино" процветает. Такая преданность достойна похвалы.

Чилли зарделась и смущенно потупилась.

Амадео не смог удержаться от улыбки. Все-таки остались люди, которые верили в его невиновность, верили в него самого. Не весь мир ополчился против, как казалось ранее, когда он угодил за решетку. Рядом всегда были верные друзья и помощники, пусть он об этом и не знал.