Справится она, как же! Без меня теперь ей не жить. Мне ещё предстоит узнать сколько врагов завёл ее отец и кому ещё должен. Я уже ввязался в это дело, а значит пойду до конца, пока он не найдёт ей нового защитника.

— Я отвезу тебя в больницу, — отвечаю категорично и надеюсь, что по голосу поняла, что со мной лучше не спорить.

— Мне нужно домой, я хочу сначала хотя бы принять душ… — ее голос вздрагивает.

Тяжело вздыхаю. Усталость накрывает.

Сейчас бы самому принять душ и в постель, с вкусно пахнущей женщиной, прижать ее к себе и крепко заснуть. Мирослава бы подошла на эту роль, хотя что-то внутри меня все ещё бунтует против.

Уж слишком молодая, разница двадцать лет! Я уже две ее жизни прожил. И вряд ли она уже захочет со мной лечь.

— Мира, послушай меня внимательно, это важно, — говорю спокойно, чтобы она лучше могла принимать информацию. — Так получилось, что мы с твоим отцом старые знакомые, это он попросил меня тебя вытащить.

— Спасибо вам, но… — перебивает меня, тем самым раздражая.

— Я не договорил. Пока твой отец не решит свои проблемы, ты будешь находиться рядом со мной, сейчас я отвезу тебя в больницу, там тебя осмотрят, подлечат, а потом я отвезу тебя к себе.

Думаю жена не против будет, Кристина тем более, это же ее подруга. Но вот что мне самому делать? Как реагировать на нахождение девчонки в своем доме?

Нужно просто ее не замечать, что вполне возможно, меня по сути и дома нет, приезжаю поздно вечером.

— Что? Почему? Зачем? — вопросы с возмущением, словно это зависело от меня.

— Будешь жить в моем доме, пока твой отец не найдёт мужика, который тебя защитит. Так он сказал, это не мое желание с тобой возиться.

Догадываюсь, что он хочет ее спихнуть, чтобы проблем меньше было, но это не мое дело. Я согласился помочь на первое время, дальше мне плевать на то, что с ней будет.

— Что вы такое говорите? Мне не нужен никакой защитник! Отвезите меня домой! И не нужно со мной возиться!

Резко останавливаю машину прямо на дороге, разворачиваюсь к ней лицом, вижу, что она сжимается от моего взгляда, которого многие опасаются.

— Девочка, будешь истерики мне устраивать, вместо больницы, я отвезу тебя на квартиру и закрою там на замок денька так на три, — бросаю вполне выполнимую угрозу. Вариант хороший, но оставаться с ней наедине это хреновая идея. — Ты теперь слушаешь и делаешь то, что я тебе говорю, в противном случае, я не буду с тобой церемониться.

— Вы не имеете никакого права со мной так обращаться… — шепчет она.

Явно побаивается меня, но продолжает перечить. Удивительно. Обычно все с первого раза меня понимают.

— Мира, вот скажи тебе жить надоело? — решаю сыграть на страхе.

— Нет, — дергает головой и поднимет на меня заплаканные глаза. — О чем вы вообще говорите? Почему я должна жить с вами? Слушаться вас? Вы мне никто и я взрослая девушка.

Взрослая она. Смешно! Ребёнок ребёнком.

Другая бы благодарна была за такую защиту, а эта вообще головой не думает. Видимо чисто из-за принципа не хочет, чтобы ее именно я защищал. Только вот ее мнения никто здесь не спрашивает.

— Твой отец непростой человек, у него врагов больше чем знакомых, ты даже не представляешь каким людям он дорогу переходил. Те пацаны, которые тебя похитили покажутся добрыми ребятами, по сравнению с настоящими бандитами, которые реально для начала тебе пальцы отрежут, потом изнасилуют во все дырки. Ты этого хочешь?

Мои слова ее напугали. Весь румянец, который только начал появляться в момент исчезает, лицо снова сильно бледнеет.

— Зачем вы это все мне говорите? — спрашивает с дрожью в голосе. — Думаете мне не страшно?

Она женщина, ей свойственно многого бояться, это мне и помогает ее убедить.

— Мира, пока что я твой единственный шанс, чтобы выжить, — по сути даже не вру. — Ты будешь под моим контролем до определённого времени, если хочешь остаться живой и невредимой, — произношу медленно, чтобы до нее все же дошло, что выбора у неё как такого нет. — Ты поняла меня или ещё есть вопросы?

Опускает глаза, вздрагивает и я вижу, как по немного грязной щеке пробегает одинокая слеза.

Испугалась. Это то, что мне нужно. Запуганная она и шагу от меня не сделает.

— Да… — еле слышно произносит, начинает при этом всхлипывать. — Я поняла вас, Вячеслав Григорьевич…

Вот так бы сразу, а то ломала комедию.

Глава 17

Мира.

— Ты поняла меня, девочка, или мне нужно несколько раз повторить?

Глубоко вздыхаю и медленно выдыхаю, пытаюсь успокоить быстрое биение своего сердца.

Полянский всю дорогу до его дома говорил мне о том, чтобы я держала рот на замке, чтобы о нашей близости никому не было известно. А мне вот вообще не до этого.

Пять дней провела в больнице, с тяжелым сотрясением, голова только вот недавно прошла. Но не это самое тяжелое, а то, что чувствую я себя не в безопасности.

Мне кажется, что вот-вот меня снова кто-то схватит. Мне снятся ужасные сны, где неизвестные мужчины подвергают меня насилию.

Я боюсь за свою жизнь, как никогда до этого. Даже на улицу страшно было выходить. И теперь не знаю как и жить дальше в этом страхе.

О том, что произошло между мной и нашим губернатором, я практически и не думаю, сама себе запретила это делать и сейчас мне уже кажется, что и правда ничего не было.

Сейчас смотрю на него и понимаю, что никогда бы в здравом уме и трезвом рассудке к нему не приблизилась, тем более не поцеловала.

Во-первых он взрослый, мой отец всего на пару лет его старше. Во-вторых он кажется мне слишком суровым. По отношению ко мне уж точно. А в-третьих, я никогда не мечтала о том, чтобы быть с женатым мужчиной, тем более отцом подруги.

— Я поняла вас, Вячеслав Григорьевич, — говорю очень спокойным голосом. — Между нами ничего не было и не будет, вы счастливо женаты и иметь связь с малолеткой, не желаете. Я дочь вашего старого друга, за которой вас он просил присмотреть на недолгое время. Вроде все.

Хоть бы все поскорее закончилось. Честно, я домой хочу, к себе в квартиру, пусть там и тяжело находиться, но это мой дом.

Дом, где мне находиться точно не безопасно, ведь именно оттуда меня и забрали.

Полянский выходит из машины первым, я следом за ним. Сумку, которую мне пришлось быстро собирать, он мне не отдает.

Когда мы заходим в его дом, я окончательно осознаю в какой заднице оказалась. У меня никого нет, кроме этого мужчины, которого я и видеть не хочу. Только он может меня защитить и это неприятно осознавать.

Он бросает мою сумку на мраморный кафель, а я мнусь на месте, так как жду, пока выйдет Кристина, которая должна была меня уже ждать.

— И лучше не попадайся мне на глаза, я не хочу, чтобы моя дочь что-то узнала, она этого не переживет, а терять ее из-за тебя я не собираюсь.

Поднимаю на мужчину взгляд, поражаясь тому какой же он все-таки привлекательный, хоть и суровый на вид. Глаза у него такие проницательные, голубые, губы пухлые, но скривленные, видимо от неприязни ко мне.

Представляю какой он был лет в двадцать пять. Наверное от девушек отбоя не было. Да и сейчас я думаю он много кому может понравится.

Дело же не только во внешности. У него энергетика такая сильная, к нему прямо хочется прижаться, вдохнуть приятный аромат. Он такой большой и сильный…

Если бы у него не было семьи, если бы он был чуточку ко мне мягче, я бы может даже в него влюбилась.

— Не переживайте, я не встану между вами и Кристиной. Я уже забыла о том, что было в ночь вечеринки.

— Забыла? — удивляется он.

Осматривает меня внимательно, словно ищет в моих словах ложь, но ее там нет.

— Да.

— Серьезно?

Полянский делает ко мне шаг и встаёт напротив, загораживая собой все своей большой фигурой. Руку протяни и можно коснуться его строгого лица и губ, которые целовали так, как никто до этого. Он затмил всех парней, с которыми у меня что-то там было.