А крестьянин говорит ей:

— Ишь ты какая хитрая, недаром говоришь: «Дай, дай». Это ты мяса хочешь. Да я-то не такой глупый, чтобы его тебе отдать.

А собака опять лает: «Дай, дай, дай!»

— Ну ладно, — говорит крестьянин. — Ты только скажи мне, заплатить за мясо сумеешь или нет?

А собака опять лает: «Дай, дай, дай!»

— Ну что с тобой делать, — сказал он. — Знаю я, у кого ты служишь, оставлю тебе мясо. Только смотри: через два дня принеси мне за него деньги, а не то тебе плохо придется.

Свалил он всё мясо с воза и поехал домой.

А собаки набросились на мясо и лают: «Дай, дай, дай!» Услыхал крестьянин их лай и подумал: «Это они от большой собаки свою долю требуют.

Да мне-то не всё ли равно: платить ведь она должна».

Прошло два дня.

Проснулся крестьянин на третий день утром и думает: «Ну, сегодня я богатым стану, сегодня мне собака должна деньги принести».

Однако и день прошел, и вечер настал, а денег никто не принес.

— Вот ведь время какое настало, — говорит он, — ни на кого положиться нельзя. Пойду-ка я к хозяину этой собаки — городскому мяснику. Пускай он мне деньги за мясо отдаст.

Так он и сделал.

Пришел к мяснику и говорит:

— Эй, хозяин, отдавай мне деньги за мясо, которое я твоей собаке продал.

— Да ты что, — говорит мясник, — с ума сошел, что ли?

— Нет, — говорит крестьянин, — я в своем уме, плати деньги.

Тогда мясник разозлился, схватил палку и выгнал его вон из своего дома.

— Уходи, — говорит, — пока цел. А если ещё раз сюда придешь, снова на своей спине палку почувствуешь.

Ушел крестьянин от мясника.

«Куда, — думает, — идти мне теперь жаловаться, кто мне поможет? Пойду-ка я в королевский дворец».

Так он и сделал.

Впустили его во дворец.

Вошел он в тронный зал, а там сидят на троне король и королевская дочка.

— На что жалуешься? — спросил его король. — Кто тебя обидел?

— Ах, — сказал крестьянин, — лягушки у меня деньги отняли, собаки — мясо, а мясник меня за это палкой побил.

Начал он им подробно рассказывать о своих несчастьях. А дочка королевская слушала его, слушала да вдруг не выдержала и расхохоталась.

Тут король говорит:

— Ни лягушек, ни собак я наказать не могу, а вот на дочке моей ты можешь жениться. Она ведь ещё никогда не смеялась, и я обещал отдать её в жены тому, кто первый её рассмешит. Видишь, какой ты счастливый!

— Вот удружил, — говорит крестьянин. — Я совсем и жениться-то не хочу. У меня дома своя жена есть, на что мне твоя дочка. У меня дом маленький, не то что твой дворец, нам и двоим с женой тесно.

Тут король рассердился и закричал:

— Ты невежа и грубиян, вот ты кто!

— Что ж, — ответил ему крестьянин, — сам знаешь: на свинке не шелк, а щетинки.

— Ну ладно, — говорит король, — сейчас убирайся. Я тебе другую награду назначу. Дня через три приходи во дворец, тогда я тебе все пятьсот отсыплю сполна.

Пошел крестьянин из дворца, а у ворот остановил его солдат из королевской стражи и говорит:

— Ты рассмешил королевну, так уж, верно, за это получишь хорошую награду.

— Да, — сказал крестьянин, — неплохую. Мне будет за это пять сотен выплачено.

— Послушай, — говорит ему солдат, — куда тебе столько денег, дал бы ты мне немного!

— Ну что ж, — говорит крестьянин, — две сотни могу тебе уступить. Приходи через три дня к королю и скажи, чтобы он тебе их выплатил вместо меня.

А тут один торговец услыхал их разговор, подбежал к мужику и тоже стал его уговаривать. Чем, говорит, тебе три дня этих денег ждать, возьми у меня сейчас сто пятьдесят. А все остальное я сам у короля получу.

— Давай, — говорит крестьянин. — Мне деньги нужны.

Через три дня он опять пришел к королю.

— Снимайте с него платье, — говорит король, — он должен получить свои пять сотен.

— Нет, — говорит крестьянин, — ничего не выйдет. Не мои эти пять сотен. Я их уже твоему солдату да одному торговцу подарил.

И верно, приходят в это время солдат и торговец к королю и требуют: солдат двести, а торговец триста.

Так им и дали: солдату двести розог, а торговцу триста.

Солдата на королевской службе часто пороли, так что он особенно не горевал и вытерпел, а торговец всё время кричал: Ой, больно! Ой, какие ваши деньги крепкие!

А крестьянин пошел домой и всю дорогу радовался, что так легко от королевской награды избавился.

Бременские музыканты

Много лет тому назад жил на свете мельник. И был у мельника осёл, хороший осёл, умный и сильный.

Долго работал осёл на мельнице, таскал на спине кули с мукой и вот наконец состарился. Видит хозяин: ослабел осёл, не годится больше для работы — и выгнал его из дому.

Испугался осёл: «Куда я пойду, куда денусь? Стар я стал и слаб».

А потом подумал: «Пойду-ка я в немецкий город Бремен и стану там городским музыкантом».

Так и сделал. Пошел в немецкий город Бремен.

Идет осёл по дороге и кричит по-ослиному. И вдруг видит он: лежит на дороге собака и тяжело дышит.

— Отчего ты так запыхалась, собака? — спрашивает осёл. — Что с тобой?

— Устала, — говорит собака. — Бежала долго, вот и запыхалась.

— Что ж ты так бежала, собака? — спрашивает осёл.

— Ах, осёл, — говорит собака, — пожалей меня. Жила я у охотника, долго жила. По полям и болотам за дичью для него бегала, а теперь стара стала, и задумал мой хозяин меня убить. Вот я и убежала от него, а что дальше делать — не знаю.

— Пойдем со мной в город Бремен, — отвечает ей осёл, — сделаемся там музыкантами. Лаешь ты громко, голос у тебя хороший — ты будешь петь и в барабан бить. А я буду на гитаре играть.

— Что ж, — говорит собака, — пойдем.

Пошли они вместе.

Осёл идет, кричит по-ослиному, собака идет, лает по-собачьи.

Шли они, шли и вдруг видят: сидит на дороге кот, печальный сидит кот, невеселый.

— Что ты такой печальный? — спрашивает его осёл.

— Что ты такой невеселый? — спрашивает собака.

— Ах, — говорит кот, — пожалейте вы меня, осёл и собака. Жил я у своей хозяйки, долго жил, — ловил крыс и мышей. А теперь стар стал, зубы у меня притупились, и захотела моя хозяйка меня в речке утопить. Я и убежал из дому. А что дальше делать — не знаю.

Осёл ему отвечает:

— Пойдем с нами, кот, в город Бремен, станем там уличными музыкантами. Голос у тебя хороший, ты будешь петь и на скрипке играть, собака — петь и на барабане играть, а я — петь и на гитаре играть.

— Что ж, — говорит кот, — пойдем.

Пошли они вместе.

Осёл идет, кричит по-ослиному, собака идет, лает по-собачьи, кот идет, мяукает по-кошачьи.

Шли они, шли. Проходят мимо одного двора и видят: сидит на воротах петух и кричит во всё горло: «Ку-ка-ре-ку!»

— Ты что, петушок, кричишь? — спрашивает его осёл.

— Что с тобой случилось? — спрашивает его собака.

— Может, тебя кто обидел? — спрашивает кот.

— Ах, — говорит петух, — пожалейте вы меня, осёл, собака и кот. Завтра к моим хозяевам гости приедут, и вот собираются мои хозяева зарезать меня и сварить из меня суп. Что мне делать?

Отвечает ему осёл:

— Пойдем с нами, петух, в город Бремен, станем там уличными музыкантами. Голос у тебя хороший, ты будешь петь и на балалайке играть, кот будет петь и на скрипке играть, собака — петь и на барабане играть, а я буду петь и на гитаре играть.

— Что ж, — говорит петух, — пойдем.

Пошли они вместе.

Осёл идет, кричит по-ослиному, собака идет, лает по-собачьи, кот идет, мяукает по-кошачьи, петух идет, кукарекает.

Шли они, шли, и вот настала ночь. Осёл и собака легли под большим дубом, кот сел на ветку, а петух взлетел на самую верхушку дерева и стал оттуда смотреть по сторонам.

Смотрел, смотрел и увидел: светится невдалеке огонек.

— Огонек светится! — кричит петух.

Осёл говорит: