— На что? — не поняла Алиса.

— На простоту бытия, — ответил парень. — В армии, а особенно в местах, где смертельно опасно, всё просто. Вон там враги, а тут только друзья. Первых надо убить, а вторых и себя не дать убить. Чёрное и белое.

Девушка покосилась на нахмурившегося Кольера.

— Как же ты… оттуда вырвался? — спросила Алиса.

— Вырвали, — ответил Энтони. — Ещё утром ты был там, а очухиваешься уже… тут. И, поверь, это не самое приятное событие в жизни. Теряешься. Буквально. Вот поэтому ещё я в лагерь притопал.

Алиса покивала.

— Подожди, — произнесла она, наморщив лоб. — Так ты что… Недавно оттуда?

— Откуда? — усмехнулся Энтони. — Я в столице всё это время был.

— Ну, да, ну, да, — усмехнулась девушка. — Всё с тобой ясно.

* * *

Около трёх часов дня

Странное ощущение посетило. Энтони собрался лишь на недельку отбежать, а по выходу с КПП словил чувство, будто он насовсем покидает это место. Даже ностальгия промелькнула.

Парокат уже ждал его. Причём, приехал за ним Альберто, собственной персоной. Странно, Федерика вроде бы не собиралась его привлекать.

«А ещё извозчик… Хм, это же один из тех эсбэшников, которые приезжали на ферму».

«Слуга», сидящий спереди, посмотрел на Энтони, еле заметно кивнул.

— Доброго вечера, господин Каниони, — Энтони, сев рядом с Альберто, подал руку. — Откуда вы такой нарядный?

Каниони усмехнулся. Он действительно был в очень хорошем, тёмно-сером костюме.

— С очередных переговоров, — ответил Альберто, пожимая ладонь товарища. — С Холландами. Всю неделю, практически, говорим. Конечно, я больше в качестве статиста, но было любопытно.

Парень чуть нахмурился.

— А ещё мне сделали крайне… заманчивое предложение, — произнёс он.

Извозчик в этот момент запустил паровую машину.

— Какого рода? — поинтересовался Энтони.

Парокат чуть дёрнулся и поехал.

— Год назад я бы, наверное, согласился сразу, — произнёс Альберто. — А теперь, наоборот, ощущаю, что это тупик.

— Дайте-ка догадаюсь, — произнёс Кольер. — Нокс?

Альберто кивнул.

— Мои старшие братья являются управляющими в Рэдинге и Мэлдоне, — произнёс Каниони. — Если рассуждать логически, то сесть в Ноксе — это отличная возможность. Я бы сам, практически с нуля, построил себе дело. Относительная свобода, адекватный партнёр… Но…

— Партнёр? — поднял брови Энтони.

— Изабэль, — ответил Альберто. — От Холландов она будет заниматься этим делом. И у нас с ней… Скажем так, есть общие моменты в прошлом, позволяющие надеяться на хорошее взаимопонимание.

Кольер хмыкнул.

— Мне начинает казаться, Альберто, — произнёс Энтони. — Что мне есть чему у вас поучиться в плане…

— Это не то, чем кажется, — поспешно заметил Каниони.

— Ну, да, — усмехнулся Кольер. — Я так же всегда говорю. Но оставим этот тонкий момент. В чём же вы наблюдаете тупик?

Альберто вздохнул.

— Дело очень долгое, — ответил он. — Не на один десяток лет. Ну, и это предел. Да, уверенное будущее, но ничего выше… больше этого чисто физически сделать не успеть.

— Что, дружище, — с иронией произнёс Энтони. — Не хочется сходу ставить себе ограничитель?

Альберто посмотрел на спутника, улыбнулся.

— Возможно, это самонадеянность молодости, — произнёс Каниони. — Но хочется думать, что впереди есть что-то… более масштабное.

— Прекрасно тебя понимаю, — откликнулся Энтони. — Желается дерзать и покорять. Значит, ты отказался?

— По-моему, отец этого и ожидал, — усмехнулся Альберто. — Но, видимо, должен был предложить.

— Само собой, — заметил Кольер. — Знаете, друг мой… Это, конечно моё личное мнение, но хочу заметить, Альберто. Вам чрезвычайно повезло с отцом. Очень часто люди в возрасте и на таком уровне… Скажем так, считают себя всегда правыми.

Закончилась слева белая стена лагеря. Парокат выехал в поле. Вдоль дороги росли деревья и кусты, а вокруг были луга, распаханные поля. На лугах кое-где маячили люди с длинными деревянными граблями, собирающие сено.

— На самом деле, Энтони, — произнёс негромко Альберто. — Мой отец… Наверное, мои позывы — это наследственное. Умберто Каниони в юности изрядно доставил хлопот деду.

— А-а, вот оно что, — усмехнулся Энтони. — Рыбак видит рыбака.

Альберто улыбнулся в ответ.

— А вы, значит, решили посмотреть столицу Империи? — спросил Каниони.

Энтони хмыкнул.

— Получается так, — ответил он. — Не я выбирал пункт назначения. А вас тоже привлекли?

— Только в части обеспечения, — усмехнулся Альберто.

— Это как? — не понял Энтони.

— Заказать каюты, поменять деньги, — ответил Каниони. — Вы же не собираетесь ехать в Империю с дханами? Там их немножко не принимают.

— О, признаться, последнее я выпустил из вида, — признался Кольер.

— Смотрите, друг мой, — ехидно произнёс Альберто. — Какая девушка заботливая. Всё предусмотрела.

— А кольца купить вам не поручили? — осведомился Энтони.

— Какая же девушка доверит такое парню? — удивлённо спросил Альберто.

— И опять я попал не в ноту. Видимо, старею, — вздохнул Кольер.

— Кстати, Энтони, — иронично заметил Каниони. — В связи с составом участников вашего тура, не могу не упомянуть одного обстоятельства.

— И что же это за обстоятельство, Альберто? — с подозрением спросил Энтони.

— В Империи более приятные для вас брачные традиции и законы, — с серьёзным лицом выдал Альберто.

— А вы, господин Каниони, оказывается мелочный и мстительный человек!

* * *

Сначала Альберто завёз Энтони к нотариусу, чековую книжку забрать. Выглядела книжка, как длинный блокнот, длиной в полторы ладони и шириной сантиметров десять. Внутри розово-серые листы из плотной бумаги. Интересна система защиты чеков. Во-первых, вместе с блокнотом в комплекте карандаш, от которого тянет магией. Хотя с виду обычный карандаш, деревянный с серым грифелем. При письме остаётся след, который поблёскивает серебром.

Написанное этим карандашом не стереть. Со слов нотариуса, даже соскоблить не получится. Но и это ещё не всё. Ещё один предмет в наборе — круглая печать. В виде цилиндрика, толщиной в полтора пальца и длиной сантиметров пятнадцать. Состоит их двух половин, в одной краситель, красный. В другой части сама печать.

На печати инициалы «ЭК». Пишешь сумму прописью, ставишь печать поверх этого. Потом в специальной графе пишешь сумму цифрами и там тоже печать. Энтони можно выписывать чеки на сумму не более десяти тысяч в течении двух недель. В пределах королевства, разумеется. Как только чеков наберётся более десяти тысяч в указанные временные пределы, все последующие будут отклоняться. При этом превышении придётся явиться в банк лично. То же самое, если сумма на счету менее двадцати тысяч. Но в этом случае просто все чеки будут считаться недействительными. И, кстати. Чековую книжку без поручительства не выдают. Вот почему Альберто тогда пришёл вместе с Энтони, ему надо было подписать поручительство.

— Понимаешь, — говорил Альберто, когда они ехали к портному. — Элиза… Как бы это помягче…

Парень усмехнулся.

— Говорят, в детстве характер видно лучше, — произнёс он. — Так вот, у Элизы было не отобрать игрушку, которая ей понравилась.

— Я правильно понял, — произнёс Энтони. — Ты не хочешь быть этой игрушкой?

— В точку, — кивнул Альберто. — Я не отказываюсь от… ну, сам понимаешь. Но надо притормозить. Слишком стремительно всё идёт именно к тому, что у Элизы возникнет желание не отдавать. Причём, она и замуж при этом может выйти. Получится двусмысленная и совсем не забавная ситуация.

— Что тут скажешь, Альберто, — заметил Энтони. — Если дело так обстоит, то и в самом деле нужно даме слегка остыть. У неё есть административный ресурс, тут надо, действительно, аккуратнее. Честно говоря, так и мне будет спокойнее.