Я скользила по строчкам уже не единожды прочитанной бумаги, чтобы добраться до тех самых заветных предложений, которые и пригнали меня в этот город. Ага, вот они.
«Сей бумагой, заверенной нотариусом по магическим делам сэром Оргонном, завещаю своей племяннице, леди Амелии Катарине Вирдзон, замок Ардон с его библиотекой, что находится в городе Роненс. Леди Амелия Вирдзон обязана вступить в наследство в течение одного месяца со дня получения ею данной бумаги, в противном случае имущество перейдёт во владение городского совета города Роненс.
Завещание имеет магическую подпись графа Ориандра Вариана Гринвелла, который находился в здравом уме и твёрдой памяти, двадцать пятого августа одна тысяча семьсот девяносто пятого года и заверена…»
Перечитала эти строки ещё несколько раз, намереваясь выявить хоть какую-то ошибку. Но нет, там всё так же красовалось имя той, кем я сейчас была, и стояла магическая подпись, которую невозможно было подделать. Пальцы невольно погладили плотную бумагу, и я вспомнила тот странный момент получения этого письма.
Оно ведь не пришло с обычной почтой, которую отец всегда просматривал первым делом, стремясь контролировать каждый мой шаг и каждое знакомство. Если бы оно попало в его руки, я бы никогда о нём не узнала – замок Ардон был бы продан или заложен ещё до того, как я успела бы вскрыть конверт. Но магия покойного графа Гринвелла оказалась куда хитрее и избирательнее.
Я тогда сидела в своей комнате, у самого окна, когда прямо из воздуха, в обход всех закрытых дверей, выткалось золотистое марево. Магический вестник, похожий на маленькую юркую птицу из чистого света, возник ниоткуда. Он не метался, не искал выхода, а целенаправленно опустился мне на ладонь. Короткая вспышка, едва ощутимый укол в палец, словно меня коснулась тонкая игла – вестник считал мою ауру, отозвался на капельку крови и лишь после этого признал во мне адресата, превратившись в материальный свиток. Отец не мог его перехватить, даже если бы стоял в тот момент за моей спиной: магия была настроена лично на меня, делая послание невидимым и неосязаемым для любого другого человека. Дядя явно позаботился о том, чтобы наследница узнала о его воле втайне от всех.
Но ни о каких вторых наследниках там не было и речи. Тогда кто тот мужчина, который не пустил меня на порог?
Отправила в рот очередную виноградинку и отложила завещание, вспоминая весь прошедший день: договор с подругой Амелии, что я якобы поживу недельку-другую у неё, записку, оставленную родителям, долгую, изматывающую дорогу, легенды, рассказанные извозчиком, заброшенный замок, в котором оказался какой-то нахал… Будь он хоть писаным красавцем и трижды владельцем моего наследства, но так себя вести с девушкой – это возмутительно!
Даже аппетит пропал от таких воспоминаний. Отодвинула тарелку и встала, начав раздражённо мерить комнату шагами: десять в одну сторону, пятнадцать в другую…
– Да что он о себе возомнил? – говорила сама с собой, а точнее, со спящим Жориком. – Где только манерам учился? Да он настоящий хам. Да, хам и нахал, каких свет не видывал. И как он только оказался в замке? А главное, как его оттуда выдворить?
Как выдворить я пока не понимала, но знала, что утром надо идти в Министерство. Я ведь думала поскорее отыскать нужную книгу и вернуться, наконец, домой из этого сумасшедшего мира, но придётся идти по длинному пути: вступать в наследство, оформлять бумаги и сообщать родителям, а этого делать совершенно не хотелось, ведь завещание они не видели. А если бы увидели, то тут же развили бурную деятельность по продаже замка и моему ускоренному замужеству. А я этого никак не могла допустить!
Вновь опустилась в кресло и стала вспоминать тот день, когда моя жизнь перевернулась с ног на голову. Накануне мы с подругами сидели в кафе «Достоевский» в центре столицы, и Машка, большая любительница современных писателей и литературных площадок, раздала нам по книге романтического фэнтези с настоятельной рекомендацией прочесть за выходные. Я даже помню, что на обложке была изображена томная парочка какого-то властного мужчины и хрупкой девушки.
Книгу я так и не прочла, все эти драконы, попаданки и любовь на века не для меня. Однако наутро мы пошли в Ленкин магазинчик вещей ручной работы, где осталось немного пыльного антиквариата от прошлых хозяев, среди которого нашлась старинная книга в бордовом кожаном переплёте с золотым тиснением. Никогда не питала слабости к подобной антикварной рухляди, но… что-то меня к ней тянуло. Я её даже открыла, пролистнула несколько страниц, но прочитать так и не смогла – язык был мне незнаком. А вот картинку с высоким красивым замком в густом лесу запомнила и дотронулась до него, после чего потеряла сознание, а очнулась уже в этом мире…
Как мне было страшно, как я пыталась совладать с магией и не разрушить всё вокруг, даже вспоминать не хочу. Сколько я слёз пролила, думая, что надежды на возвращение нет, сколько нервов потратила, чтобы отыскать хоть какую-то информацию про путешествия по мирам, и сейчас всё бросить, когда я оказалась почти у цели? Три раза ха! Лучше подумаю, как мне добраться до книги.
Неужели тот мужчина – тоже владелец замка? Как он мог им стать, если завещание написано на имя Амелии Вирдзон, девушки, которой я сейчас была. Хорошо, что выглядели мы как близняшки, хотя бы к внешности привыкать не пришлось.
Я тяжело вздохнула и потёрла гудящие виски. Что же делать? Что делать?.. Мне во что бы то ни стало нужно попасть внутрь и поселиться в замке, иначе дорогу домой я не найду. Ведь надо просматривать все книги в библиотеке, и что-то мне подсказывает, что она там немаленькая…
Всплывающая время от времени «память тела» – странные, тягучие обрывки чужих воспоминаний – безмолвно подтверждала мои догадки. Я знала, просто знала, что настоящая Амелия попала в переплет именно через «Библиотеку Миров». Только из её памяти было «стёрто» то, как именно она попала в библиотеку и что там делала. Сколько бы я ни старалась это вспомнить, ничего не получалось.
Эта библиотека было не просто собранием старых книг, оно являлось магическим ядром, самым сердцем Ардона. Но как же я её отличу среди тысяч других фолиантов? Ответ тогда пришёл из той же глубины подсознания: нужная книга обладает уникальной аурой. Она обязательно «откликнется» на мою родную, земную энергетику – начнёт едва заметно светиться или теплеть, стоит мне только коснуться обложки или просто оказаться рядом. Теперь дело оставалось за малым – найти её.
От бурного потока мыслей меня отвлекла заунывная песнь моего желудка. Так, фруктами я не наелась, а значит, нужно найти что-то посущественней винограда. Подошла к большому зеркалу, чуть подсушила магией длинные каштановые волосы и сделала причёску, поправила платье, которое отлично подходило к зелёным глазам, делая их ещё ярче, и улыбнулась отражению.
– Всё будет хорошо. Я со всем справлюсь. А пока нужно поесть, на голодный желудок думается плохо.
Вышла в просторный коридор, тихо прикрыв за собой дверь, чтобы не разбудить Жорика, и спустилась в ресторан. Благо, он находился в самой гостинице.
На входе, несмотря на позднее время, меня встретил вполне бодрый и улыбчивый метрдотель. Он же проводил меня к дальнему, единственному свободному столику и подозвал официантов. Присев, я огляделась. Ресторан был шикарен. Выполнен в красных тонах с обилием золота, света и пафоса. Высокие потолки с балкончиками, где тоже отдыхали гости, перила, канделябры и настольные вазы отделаны золотом. Колонны с арочными проходами добавляли изысканности, мраморный пол отражал свет тысяч магических огней и блеск драгоценностей, которыми украсили себя богатые гостьи. А приятная музыка создавала расслабляющую атмосферу. Я же на фоне всего этого великолепия выглядела немного просто. Ну и ладно, я сюда поесть пришла, а не жениха искать. Тем более замуж я точно не собиралась.
Цены, конечно, тут… кусались. Куда это годится, маринованная утка с апельсинами и медовым соусом стоит как четверть зарплаты экономки в этом мире? А мраморный стейк из говядины с овощами на гриле и вовсе приравнивался к оплате репетитора по музыке! За день, конечно, но всё равно!
