Тут уж нам стало не до церемоний, и мы, не сговариваясь, дружно набросились на опешившего от нашей активности мальчишку с криком: «Ты что же это делаешь, гад ползучий?» (честно говоря, эта фраза была самой цензурной и конструктивной и исходила от вампира).

Остальные, включая меня, орали что-то бессвязное, но явно ругательное: Селена, вырывая листок, тянула на высоких нотах бесконечно нудную мысль о том, где бы она хотела видеть данный вид идиота и всю его семью до пятого колена, попутно перечисляя всех известных ей демонов и видов низшей нежити. Кстати, предыдущая лекция значительно обогатила ее словарный запас. Исил возмущенно клокотала на языке оркха, я на ходу вспоминала из тролльего, а Надаль выдал нечто неимоверно длинное и свистяще-шипящее на своем дровском. Надо отдать должное Мирану, он тянул и тащил список молча, не отвлекаясь на такие мелочи, как грязная брань в сторону противника. Если бы бумага не была замагичена, что весьма предусмотрительно, то у каждого остался бы на память кусочек документа.

Неизвестно, сколько это еще бы продолжалось, но грозный окрик: «Что здесь происходит?!» заставил нас подпрыгнуть фута на два и выпустить злосчастную бумажку из рук. Говоря «нас», я имела в виду исключительно себя и одногруппников, потому как упрямый паренек листочек не отдал и вместе с ним по инерции благополучно откатился куда-то в направлении пыльной финиковой пальмы (без фиников), одиноко засыхающей в углу. Переведя дух, я усмотрела на пороге ну о-очень недовольного магистра Стэйна, на лице которого ясно читалось, какого он мнения о присутствующих здесь студентах. Не слишком высокого.

- Я повторяю свой вопрос. Магистр Шаффан, что здесь происходит?

- А где он? – недоуменно поинтересовался Надаль, оглядывая окрестности в поисках вышеназванной персоны. — Я никого не вижу, кроме этого рассстрепанного… — он помялся, видимо, представив себе, какой фурор произведет еще один шедевр на темном наречии, но не рискнул злить магистра еще больше, — мальчишшшки, у которого привычка выводить свои каракули на официальных документах.

- Вообще-то, магистр Шаффан – это я, — гордо заявил паренек, к тому моменту уже выбравшийся из угла и безуспешно пытавшийся отряхнуть с себя пыль и прилипшие желтоватые листочки финика. Вот кто тут за растениями присматривает, а? Им же ни единого шанса на выживание не оставили! Или это опыт студентов очередной…

В глазах у темного, так некстати обратившегося к нашему куратору, застыл немой вопрос. Остальные, включая меня, дружно сделали вид, будто нас здесь не было, и, вообще, мы ничего не видели и не слышали, а немые — с рождения. Получилось не очень убедительно, по моему мнению. Или я просто придираюсь? Сказывается недостаток совместной практики.

- Надаль, я буду тебе ОЧЕНЬ ПРИЗНАТЕЛЕН, если ты будешь говорить о магистре Шаффане в более уважительном тоне… по крайней мере, в его присутствии. Ну, раз мы все уладили, не буду вам больше мешать. – Еле сдерживая смех, наш куратор скрылся за дверью.

Мы молча стояли, до конца все еще не веря, что этот перемазанный парнишка – наш преподаватель. Чему, интересно, он может нас научить? Кстати, неплохо было бы перед ним извиниться. Особенно темному.

Как будто услышав мои мысли, Надаль поерзал под ехидным взглядом «магистра» Шаффана и, наконец, негромко произнес:

- Прошу прощщщения за свои слова, но кто бы мог предположить, что магистр Шшшаффан — это вы?

Нет, лучше бы он совсем не извинялся!

- Наш темный друг хотел сказать, что вы выглядите самое большее лет на шестнадцать, а это слишком рано для степени магистра, — мягко исправил положение Пышик. – Может быть, вы объясните нам, во избежание недоразумений, почему так вышло? Вы ведь человек, или я ошибаюсь?

- Почему выгляжу? Мне и есть шестнадцать, — ошарашил нас признанием паренек (ой, простите, магистр Шаффан). – И да, я чистокровный человек. Просто я поступил в Школу немного раньше, чем обычные студенты, и окончил учебу экстерном.

- И во сколько же вы начали здесь учиться? – полюбопытствовала практичная Исил.

- В десять.

- То есть, программу обучения, рассчитанную по меньшей мере на пятнадцать лет, включая получение магистерской степени, вы прошли за шесть? – прикинув что-то в уме, изумился Миран.

- Ты быстро считаешь. Может, ты  вундеркинд? – В глазах нашего нового преподавателя промелькнули веселые искорки.

- Но так же не бывает! Да и не обучают в Школе Магии с такого возраста, — позволила себе усомниться в его словах Селена. – Я точно помню постановление приемной комиссии – минимальный возраст поступления – шестнадцать лет (1).

Надаль хмыкнул.

- Что?! Тебе тоже десять? – посмотрела нимфа на темного. – Тогда понятно, почему ты так себя ведешь по отношению к девушкам.

- Мне шестьдесят пять. В пересчете на человечессский возраст — это примерно пятнадцать. А что такого недоссстойного вы усмотрели в моем поведении, ЛЕДИ? – ощерился дроу, демонстративно поглядев на остатки тряпки, ранее гордо именовавшейся платьем Селены. Оно пало смертью храбрых, не выдержав нагрузки сегодняшнего дня.

- Вернемся  все же к магистру, — не дал разгореться ссоре вампир. – Расскажите, пожалуйста, каким образом вам удалось начать обучение в Школе Магии в столь юном возрасте?

Нет, все-таки наш Пышик умеет повернуть разговор в нужное ему русло. Золото, а не чело… вампир!

- Просто после того как я, независимо от первоисточника, доказал теорию Калана Либ-Нира о наличии примитивного разума у простейших видов нежити (экспериментальным путем) и самостоятельно создал парочку довольно редких артефактов, моим родителям настоятельно порекомендовали отправить меня в магическое учебное заведение чуть раньше установленного возраста. Я выбрал Высшую Школу Магии.

А когда выяснилось, что знаю и умею я немного больше, чем некоторые из местных магистров и магистресс, то мне позволили получить диплом мага экстерном, несомненно, в надежде побыстрее от меня избавиться, — тут магистр широко ухмыльнулся. – Но они просчитались в одном.

Мне настолько понравилось удивлять своими познаниями моих немного заплесневелых преподавателей, что я подумал, а почему бы не начать учить магии студентов? Еще три года обучения – и магистерский диплом был у меня в кармане. Всем пришлось смириться с этим решением. И вот я здесь, — радостно закончил он свою историю. – Если это все вопросы, то займемся, пожалуй, непосредственно тем, ради чего мы здесь собрались, то есть учебным процессом. Итак, предмет «Теория создания артефактов» включает в себя следующие разделы…

Пока он вещал, мы обалдело переваривали уже полученные сведения. И к концу невольно укороченной с нашей помощью лекции я отчетливо осознала одно: теперь-то уж точно никто меня отсюда не выставит, раз уж такие экземпляры умудрились не только Высшую Школу Магии окончить, но еще и студентам преподают.

А вот прибить – могут.

Примечания

(1) Действительно, минимальный возраст, с которого можно обучаться в Высшей Школе Магии – шестнадцать лет. Исключения делаются лишь для особенно талантливых и, как следствие, более опасных для общества в доучебный период обладателей магического дара. Подробнее см. в приложении «Ступени обучения в Высшей Школе Магии».

ВОПРОС ДЕВЯТЫЙ: ПОГОВОРИМ О ЛИЧНОМ?

ВОПРОС ДЕВЯТЫЙ: ПОГОВОРИМ О ЛИЧНОМ?

Хочешь нажить себе врага или завести друга – подели с кем-нибудь комнату в общежитии.

Студенческая пословица

Авентия, студенческая столовая и комната общежития, год 999-й от основания, месяц золотых листьев, число по-прежнему 2-е.

После занятий мы всей гурьбой отправились в столовую, дабы подкрепиться после нелегкого учебного процесса.

- Какие впечатления от первых занятий? – задал вопрос в воздух Миран, садясь за стол с полным подносом еды.