Нолик затянулся сигаретой, а затем кивнул.

— Короче, как я вижу это, — произнёс Щека и вытащил из пачки сигарету. — Я вижу это так: Лимон, каким-то загадочным образом, завладел детьми Пиджака, чтобы использовать их, как способ давления. Пиджака это, естественно, не могло устраивать, поэтому он отправил группу КДшников, которые сейчас лежат в том КамАЗе. А то, что они там сейчас лежат — это свидетельство того, что у них ничего не получилось. Лимон обиделся и решил наказать Пиджака, поэтому зарезал его дочь и передал сюда, с этим видеороликом. Я правильно всё понял?

— Да, — ответил Нолик. — Ты всё правильно понял.

— Ну, капец… — произнёс я. — И что будем делать с этим?

— А я откуда знаю? — развёл руками Щека. — Не в обиду Пиджаку, но это вообще не наши проблемы. Этот мир жесток и несправедлив, особенно к детям, а мы не паладины, чтобы сеять повсюду добро и справедливость.

— Нельзя же это оставлять просто так… — покачал я головой.

— Можно, бро, — криво усмехнулся Щека.

— Проф должен узнать об этом, — сказал я. — Свяжись… Хотя нет, лучше я.

Направляюсь к штабу Пиджака, расположенному в трёхэтажном здании, где раньше были кофейня, «Магнит», косметика, аптека, а также сдаваемые в аренду офисы.

Теперь это здание полностью отдано под нужды штаба Пиджака — здесь центр управления дронами, здесь медпункт, пункт связи, а также кабинеты высшего руководства организации Пиджака.

Поднимаюсь в пункт связи и подхожу к радиостанции, рядом с которой сидит Гоша, местный спец по связи.

— Свяжи меня с Профом, — сказал я ему.

— Сейчас… — ответил тот, перестав жрать лапшу быстрого приготовления.

— А ты прямо кучеряво питаешься, Гошан, — заметил я. — У вас бич-пакеты до сих пор выдают?

Всякие «Дошираки» и «Ролтоны» неумолимо заканчивались с самого начала зоошизы, потому что это самый доступный источник хоть каких-то калорий, лёгкий по весу, дешёвый по цене и приемлемый по вкусу. А для приготовления нужна лишь вода, даже необязательно, чтобы кипячёная.

— Ну, я ценный специалист, — пожал плечами Гоша-связист. — Всего пара-тройка человек знает, как справляться со всем этим электропритоном, поэтому я очень нужен. А за это полагается особое питание.

— Логично, — улыбнулся я и сел на табуретку рядом с радиостанцией.

Гоша повозился с аппаратурой, вызвал «Корею», то есть, Волгоград, но тот молчал несколько минут.

— Проф на связи, — наконец, последовал ответ. — Что у вас, «Лимузин»?

— Студик на связи, — надел я наушник с микрофоном. — У нас тут случился некий инцидент и есть кое-какая информация. Нужен сеанс связи по спецухе.

— Очень важная информация? — уточнил Проф.

— Вообще-то, да, — ответил я. — Вызываю?

— Вызывай, — решил Проф. — Конец связи.

— Спасибо, Гошан, — поблагодарил я связиста. — До встречи.

Покидаю штаб Пиджака и направляюсь к нашему «Тигру», в котором лежит кейс с «Иридиумом».

Вскрываю кейс, вытаскиваю спутниковый телефон и вызываю Профа.

— Да, Студик? — ответил тот. — Что у тебя?

— Буду краток… — начал я.

Выкладываю ему всё, что видел сегодня, исключая то, что он знает — итоги моей диверсии у Бороды. Проф слушал, не перебивая, а когда я закончил рассказ, установилась тишина на несколько секунд.

— Проф? — спросил я. — Таймер тикает.

— Значит, так… — заговорил он. — Как только Пиджак хотя бы частично справится с собой, скажи ему, что я хочу поговорить с ним. Мы должны обсудить произошедшее и выработать решение.

— Хорошо, понял тебя, — ответил я. — Ладно, тогда на связи.

— Пока, Студик, — попрощался Проф и завершил вызов.

«Иридиумы» хрен найдёшь, потому что они и до зоошизы встречались крайне редко, поэтому мы очень бережём имеющиеся экземпляры, а Нарк работает над тем, чтобы взломать имеющиеся у нас сим-карты, но это, судя по всему, бесперспективно.

Да и вообще, нам уже известно, что минимум один из спутников «Иридиума» благополучно сошёл с орбиты и над Россией бывает «окно» без связи. У них же механика работы — передача сигнала по спутниковой группе, а тут одно звено вывалилось и больше ничего не передаёт…

Никто не следит за спутниками на орбите, никто их не корректирует, поэтому уже начался спутникопад — иногда ночью можно увидеть, как в атмосфере сгорают падающие спутники. Это было бы красиво, не будь это так грустно.

Возвращаю спутниковый телефон в кейс, а затем покидаю «Тигр» и запираю его.

— Ну, что говорит Проф? — спросил Щека.

Вижу во дворе изменения: на лавке в беседке у штаба сидят Галя и Пиджак. Галя что-то тихо говорит Пиджаку, а тот слушает, уперев взгляд в асфальт.

«Да уж…» — подумал я.

— Ты чего застыл? — тронул меня за плечо Щека.

— Проф говорит, что нужно будет сказать Пиджаку, когда тот оклемается, чтобы он вышел на связь, — ответил я. — Думаю, будут обсуждать варианты.

— Да чё тут обсуждать? — нахмурился Щека. — По всем признакам это вообще не наша проблема!

— Это Профу решать, — сказал я на это. — Нам нужно поскорее заканчивать с Ростовом, потому что с Тамбовом ничего не решено, а он — это гораздо более существенная проблема.

— Ладно-ладно, — поднял руки Щека. — Но нам же уже можно возвращаться домой, да?

— Этого я у него не спросил, — покачал я головой. — Скоро снова свяжемся — он скажет, как нам быть дальше.

*Российская Федерация, Ростовская область, город Ростов-на-Дону, Пролетарский район, крепость Пиджака, 19 августа 2027 года*

— Мне нахуй не нужна ваша помощь, — заявил Пиджак.

Он бухой, растрёпанный — последние сутки он опорожнял в себя все имеющиеся запасы алкоголя.

Сейчас он слегка протрезвел, поэтому смог поучаствовать в беседе с прибывшим Профом.

— Тебе нужна наша помощь, — покачал Проф головой.

— Я сказал, чтобы вы катились нахуй! — выкрикнул Пиджак. — Я сам всё разрулю!

— Мы союзники или нет? — спокойным тоном спросил Проф.

Пиджак не стал отвечать, а вместо этого приложился к горлышку бутылки самогона. Он прикончил её за восемь глотков.

— Я спросил тебя, — произнёс Проф.

— Ух… — выдохнул Пиджак, а затем сфокусировал на нём свой взгляд. — Я тебе сказал…

— Ты отказываешься от нашего союза? — спросил Проф, уставившись ему в глаза. — Имей в виду, что у меня достигнуты договорённости с Бородой — он готов к сотрудничеству.

Диверсия возымела эффект — Борода понял, что очень уязвим, а также уже не так грозен, как раньше, ведь я взорвал, помимо «Спрута» и БМП-1, ещё и дополнительную БМП-1, а также минимум два полноценных экипажа и троих танкистов у соседнего Т-62М.

Узнали мы это в ходе разведки дронами — часть настила парковки сдуло взрывом, поэтому с неба стали видны две подорванные БМП-1 — похоже, что вторая подорвалась от детонации боекомплекта первой, а также ряд накрытых брезентом тел. А насчёт «Спрута» всё ясно и так — таймер должен был сработать.

О том, что мы уничтожили два экипажа — это только моё умозаключение, потому что на телах не написано, кто кем был, но я видел, что возле Бэх было шесть-семь человек в специфической экипировке. Наверняка, они были ранены или убиты.

Возможно, повреждения техники и ущерб живой силе вышел даже серьёзнее, чем нам кажется, потому что вокруг БМП находились боеприпасы, которые легко могли подорваться и порвать на куски десятки людей.

Борода сам вышел на связь с Волгоградом, потому что знает, с кем тут надо договариваться — это произошло вчера. А сегодня утром Проф приехал в Ростов, чтобы поговорить с Пиджаком и поучаствовать в финальном раунде переговоров с Бородой.

— Нет, не отказываюсь, но это моё личное дело… — ответил Пиджак. — Я сам разберусь, а вы только помешаете.

— Как я могу доверять человеку, на которого имеет влияние враждебная нам группировка? — спросил Проф. — Мы будем решать эту проблему вместе, потому что теперь это проблема «Фронтира».

— Да как ты это решишь⁈ — бросил Пиджак пустую бутылку в стену.