Реакцией на ее просьбу стало недовольное бурчание, покачивание головами и обмен многозначительными взглядами.

– При всем уважении, – произнес один из них. – Но мы не являемся членами охранной службы, – учтиво напомнил.

– Вы находитесь в ведомстве Оженсвора, а, значит, в критической ситуации обязаны следовать предписанному уставу, – намекнула гюрена на необходимость подчиниться.

Раздражение мужчин стало явным, отражаясь на лицах, которые до этого момента казались непроницаемыми масками. Они были недовольны представившейся перспективой выступить в роли охраны, но спорить с советницей не решились, подтвердив свою готовность кивком.

– Спасибо, за понимание, – поблагодарила, наблюдая за перемещением новоиспеченных сторожей из комнаты в приемную. – И вот еще что… – привлекла внимание, заставляя их обернуться на голос. – Мини-бар для клиентов. Так что…

– Советник Фо-рид-Жи! Мы знакомы со служебными правилами! – прозвучало явное негодование.

– Прошу извинить! – отчеканила женщина и тут же плотно прикрыла дверь.

В то время пока тройка незнакомцев выясняла должностные обязанности, я уже была рядом с Таэмином. Открывшийся вид истерзанного тела поверг в шок. Замерла, совершенно растерявшись. Испуганно окинула взглядом распластавшегося на белом покрывале лаверодина. Измученное лицо осунулось и побледнело. Дыхание стало судорожным и рваным. Сочившаяся сквозь импровизированную повязку кровь залила одежду, которая, промокнув в вязкой жиже, прилипла к коже.

Необходимо что-то сделать! И быстро! Но шоковое состояние было ни так-то просто преодолеть.

«Очнись!» – мысленно приказала собраться. Внутренняя растерянность тут же уступила место лихорадочному возбуждению. Рьяно взялась растегивать ремешки лат, сковывающих тело лаверодина. Руки активно двигались, но словно управляла ими не я, а кто-то другой. Пряжки постоянно выскальзывали из нервно дрожащих пальцев, но мне все же удалось разомкнуть их и освободить Тая от защиты.

– Геттэлия! Не советую трогать его. Дождитесь мэтра! – женщина попыталась меня остановить.

– Мне нужны ножницы, чтобы разрезать тунику, – полностью проигнорировала ее наставления, пробуя вручную разорвать одежду.

– Хорошо! – согласно кивнула. – Одну минуту! – послышался ответ, за которым последовал звук удаляющихся шагов, шум открываемой дверцы, выдвигаемых ящиков.

– Не тратьте свои силы, – советница протянула столь необходимый предмет. – Они вам еще понадобятся, – задумчиво произнесла, разглядывая раненого мужчину.

– Для чего? – выпалила не задумываясь, почувствовав обжигающе холодный металл на ладони.

– Ну… – начала та и замолкла на мгновение, видимо, подбирая слова. – Вас ждет судебное разбирательство, в случае если… – оборвала фразу, делая явный намек, а встретив мои ошарашенные непониманием глаза, добавила. – Хад-жи-Фад умрет!

В моих руках опасно дрогнули ножницы и чтобы не поранить лаверодина, отвела их в сторону.

– Что вы сказали? – возмущенно выдохнула, чувствуя, как зарождается праведный гнев внутри.

– Вам грозит заточение и суд, – серьезно констатировала та.

– Это меня волнует меньше всего! – равнодушно заявила, продолжив свое занятие. И тут же ощутила на себе пристальный взгляд полный сочувствия и в то же время констатации неизбежного. Мои щеки вспыхнули в лихорадочном огне, внутри сжался тугой комок. Состояние паршивое, но я не позволю произнесенным словам лишить меня равновесия. Таэмин будет жить! Я заставлю его любыми способами, остаться со мной! А если он… Будет уже все равно! Суд. Заточение. Плевать!

С этими горькими мыслями сделала последний надрез. Туника превратилась в лохмотья. Схватившись за один ее край, потянула, пытаясь вытащить окровавленную тряпку из-под отяжелевшего туловища.

Потревоженный моими действиями раненный криолец, издал сдавленный стон.

– Тише, – успокаивающе произнесла, на что его веки дрогнули, но глаза так и не открылись.

Моя прохладная ладонь легла на разгоряченный покрывшийся испариной лоб. Слезы сами собой потекли нескончаемым потоком, орошая мои чумазые щеки.

– Тай, только не снова, – простонала еле слышно и обессиленно опустилась, присаживаясь на кровать рядом с неподвижным мужчиной.

Сейчас я нуждалась в нем, как никогда. Но исход был очевиден и вызывал безысходный ужас. Неужели все так и закончится?

Вплела дрожащие пальцы в его и притянула здоровую руку мужчины к своей груди, стараясь прижать ее к себе как можно плотнее.

– Гетта! – еле слышно прохрипел измененный до неузнаваемости голос.

– Я здесь, – всхлипнула, ожидая, что любимый посмотрит на меня, но вместо этого ощутила, как его тело прошиб спазм, сводя конечности. Ладонь под воздействием болевого импульса сжалась, стискивая мою кисть с невероятной мощью. На мгновение показалось, что услышала, как захрустели в суставах косточки. Но совершенно ничего не почувствовала, словно это не мне сейчас ломали пальцы.

– Тай! – взвизгнула в испуге.

– Девочка, ему уже не поможешь, – уверенно заявила советница, взяв меня за плечи. – Оставь его, – чужие руки попытались оторвать от лаверодина. – Подумай о себе! – пытался вразумить женский шепот. – Позволь, я позабочусь обо всем, – настойчивые движения все дальше утягивали от постели умирающего.

– Нет! – злобно рыкнула, оттолкнув желающую помочь женщину в сторону. Не знаю, откуда во мне только взялось столько силы. Видимо, ярость увеличила ее вдвое. Отброшенная мной гюрена не устояла на ногах и, пролетев небольшое пространство комнаты, осела на пол, при падении ударившись головой об выступающий угол шкафа. Из ее горла вырвался протяжный стон.

Внутри меня билось смешанное чувство вины и сожаления, но оно тут же померкло при виде страданий Таэмина, которого выворачивало от боли. Молниеносно бросилась к нему. Без лишних раздумий, колебаний упала на мужскую грудь. Стиснула его виски ладонями, запустив пальцы в густые волосы, и резко впечаталась поцелуем в плотно сомкнутые губы. Я старалась, как могла, но мужчина не откликался на мои движения, усложняя тем самым задачу. Мой язык без устали блуждал по горящим в лихорадке устам, проникая внутрь, но постоянно натыкаясь на преграду стиснутых зубов. Слезы, смешанные с живительной влагой, впитывались в его слизистую оболочку рта, но не давали должного эффекта. Судорога все еще держала изможденное тело. Но несмотря на неудачу, я продолжала бороться за жизнь любимого.

За моей спиной послышалась какая-то возня. Сначала распахнулась входная дверь, с грохотом врезавшись в стену. Затем раздался шум шагов и взбудораженные крики. Похоже, на звук прибежали охранники. Слабый шепот Линне и…

Грубые мужские руки схватили меня за плечи, больно впечатываясь в нежную кожу. Оторвали от Тая, который при этом глубоко вдохнул, освобождая организм от сковывающего недуга. Его затуманенные глаза распахнулись, непонимающе взирая на творившееся вокруг безумие. Он попытался подняться, но навалившаяся слабость не позволила этого сделать. Снова обессиленно опустился, занимая горизонтальное положение.

Я разрыдалась в полный голос, сбрасывая накопившееся напряжение.

– Отпусти ее, Хаал тебя побери! – скомандовал неожиданно возникший незнакомый слегка скрипучий баритон. – Нави, – привлек мое внимание.

Обернулась, ошарашенно разглядывая пожилого вересена, со скрюченной спиной и практически такими же белоснежными волосами, как у меня, возможно, потерявшими свой пигмент в процессе старения.

– Чего замерла? Ему все еще нужна твоя помощь! – махнул в сторону лаверодина. – Иди! А потом я займусь его развороченной бламевором рукой, – пообещал, подталкивая меня к постели.

– Мэтр? – выдохнула. – С ним…

– Все будет хорошо, – раздраженно рявкнул старик, поражаясь моей растерянности. – Ну же! – прикрикнул.

Озадаченно обвела взглядом присутствующих, понимая, что в этом незначительном пространстве скопилось слишком много зрителей. Хотя мгновение назад мне было еще плевать на это. Но теперь!