– Господин генерал, тут лейтенант, говорит, что знает, что произошло.
– Поднимите их, – заканчивая изучать съёмки с камер, как пропадают люди и их охраняемое лицо, велел тот. – В кабинет у конференц‑зала.
Подняли нас обоих, с другими свидетелями ещё работали, кстати, разрешили встать, но из зала никого не выпускали. Нас же, почему‑то и майора, провели в отдельный кабинет, тут стол и стулья, человек на десять, всё хорошо так устроено, вот генерал сел во главе стола, мы стояли напротив, а два автоматчика охраняли.
– Слушаю.
– Товарищ генерал, президент настоящий или двойник?
– Если двойник?
– Да и хрен с ним, – с явным облегчением сказал я. – Я могу идти? Мне завтра возвращаться в часть, а я ещё по магазинам перебежать хотел.
Майор с прищуром, как будто целился, искоса смотрел на меня, а генерал, с удивительным спокойствием. Сложив руки на столешнице, играя пальцами, сказал:
– Нет, президент всё же настоящий. А теперь я хочу знать где он.
– Вот влип, – выдохнул я зло, и стал отвечать, без утайки, ситуация такая, нужно рассказать. – Мир Глосс, мир меча и магии. Обычное средневековье, разве что разбавленное магией. И один гений, проводя магические изыскания, создал амулет, амулет‑призыва. Лет сто назад. Он смог настроить такие амулеты на другие миры, и утаскивал, там это называлось «дёрнуть», всё что считалось ценным. Золото в слитках, людей, технику и всякое разное. Людей только в рабство. Как создавать такие амулеты, информация разошлась, и многие маги таким промышляют. В мире Глосс рабов‑землян миллионы, десятки. Насколько я знаю, две планеты Земля, параллельных миров, попали под такой удар. Ваш мир третий. Я надеялся, что этот мир избегнет, но вот своими глазами видел, что кто‑то себе заказал раба‑политика.
– То есть, наш президент был сознательной целью? – пожевав губами, спросил генерал.
Я для него явно дичь рассказываю, как в такое поверит? Однако и объяснения другого по пропажам людей, у того не было, потому и решил дослушать до конца.
– Нет, без разницы кто. Тут магия властвует. Там нет такое, доставить такого‑то человека. Ищут по знаниям и специальностям. Скорее всего заказ был, на лучшего политика Земли и его помощников. Кстати, кто те пятеро что ещё пропали?
– Личные советники и помощники Владимира Владимировича, – медленно проговорил генерал, что что‑то судорожно обдумывая. – Знаешь, очень логично ты всё рассказываешь, даже как‑то нет желания тебя в психушку сдать. Ты мне скажи, а откуда ты это знаешь, лейтенант?
– Меня «дёрнули», – пожал я плечами. – Даже не меня, а целый авиалайнер. В две тысячи двадцать пятом, летели из Аляски в Таиланд. А нет, Тайвань, отдыхать. Я второе место взял в конкурсе выживания. Пятьсот километров по зимним лесам пробежал, по землям Аляски, находя знаки и подсказки.
– Две тысячи двадцать пятый?
– Точно. Мне было аж семнадцать лет.
– А как тут оказался?
– Умер. Я подопытным был, рабом у мага, мессира Чайн. Та ещё сволочь, но принципиальная. Он что‑то накрутил, и я перерождаюсь. Слышали песню Высоцкого, про религию индусов? Вот примерно тоже самое. Причём, дважды попадал в тело Геннадия Шевцова, когда он умирал от отравления метанолом в гаражах. Ну а дальше жил своей жизнью.
– Ты можешь вернутся в мир Глосс и вернуть президента и его помощников?
Я покачнулся с пятки на носок, и стал ходить, два метра туда, два метра сюда. Несколько нервная походка. Сам же размышлял, тяжело принимать решение, как же не хотел тот мир посещать, но видимо придётся, но я постарался объяснить генералу:
– Товарищ генерал, вы не понимаете, чего просите. Я в рабстве в том мире провёл долбанных шестнадцать лет. Из них половина в рабстве, половину бегал от ловцов за беглыми рабами. Мне за побеги, ноги по яйца отрезали. Я сам, крут настолько, что круче меня только горы, но я этот мир боюсь до усрачки. Вы не представляете, как беспомощен обычный человек‑простец против магов. Шансов выбраться, никаких.
– Но попасть в этот мир сможешь?
– Есть один ход, мессир Чайн показал.
– От которого ты сбежал? Кстати, как?
– Убил себя, как ещё? Я же Геннадием Шевцовым был, в первый раз, воевал. В штурме Днепропетровска участвовал, летом двадцать третьего, в составе штрафной роты. За убийства четырёх бородатых, что к девушке приставали, срок дали. Ну и в двадцать третьем под вербовщика подставился. Срок небольшой, взяли. В общем, мессир Чайн меня нашёл и «дёрнул». А я как раз тээмку собрался в подвал закинуть, с ней и перенёсся. А запал шипел. Пока мессир обрадованный, что вернул меня пытался поговорить, мина и взорвалась. Я ничего сделать не мог, даже говорить, парализован амулетом‑шокера был. И вот в это тело попал, снова Геннадий Шевцова, и снова в гараже, где трое пьянчуг траванулись метанолом. И тут мессир меня снова нашёл. За три дня до освобождения лагеря с пленными девчатами. В этот раз без стрельбы обошлось. И кстати, выкупился. Потому как мессир до сих пор меня считал своим рабом. Сволочь блондинистая. Это по его приказу мне ноги отрезали. Он как раз специалист по амулетам‑призыва. В общем мы на контакте, иногда появляется. В наши дела он не лезет, да и не интересны мы ему. Помешан на исследованиях в магии. Однако наводку где искать президента, дать может. А если заплатим, так ещё хорошо оснастит амулетами, включая личной защиты. Против магов те недолго, но продержатся помогут. Главное успеть их завалить перед этим.
– Так вот как ты у Антоновского моста выжил. А все твои люди полегли, – протянул майор. – Не стыдно?
– С чего мне стыдится? – удивлённо спросил я, отбивая нападение. – Амулеты приписываются к владельцу. У других работать не будут.
– Можешь продемонстрировать? – спросил генерал.
– А что показывать? Могу вашем бойцу отрубить кисть руки и приживить лекарским амулетом. Могу шокером поработать и вырубить всех в здании. Или фаерболами прожечь дверь, только пожар может быть.
– Используй шокер на левом бойце, – подумав, велел генерал.
Пожав плечами, направил руку на бойца, что настороженно на меня смотрел и тот мягко повалился. Генерал сам проверил того, явно не симуляция. И велел мне пробудить бойца, что я и сделал лекарским амулетом. Боец описал как лежал парализованный, всё слышал, но пошевелится не мог. И похоже мне стали верить. Повернувшись ко мне, генерал спросил:
– Когда у вас очередная встреча с мессиром?
– А сколько время?
– Пять часов дня.
– Через четыре часа.
– А следующая?
– Через месяц.
Тут дверь открылась, и зашёл пропавший президент, даже одежда та же самая, но присмотревшись, понял – двойник. Вот и генерал это продемонстрировал, ставя задачу, посветить лицом, показывая, что тут всё в порядке. Шума с пропажей высоких лиц, нам явно не надо. Уверен, и с остальных свидетелей брались подписки о неразглашении. А вот с нами работали быстро, на то и расчёт, потому и дал мало времени. Причём, я сообщил, что некуда ехать не надо, мессир сам появлялся рядом. Как бы я не хотел и отказаться от посещения мира Глосс, куда ведёт портал, и то не факт что именно из него «дёрнули» нашего президента, это не удалось. Я однозначно участвую как знающий этот мир, и главное владеющий языком. Даже позвонить жёнам не дали, сообщить. Экипировали по серьёзному со складов дивизии Дзержинского. Ладно я понимаю, что сформировали боевую группу фэсэошников, но майора‑то десантника нафига включили в группу? Вот этого решение генерала я не понимаю. Вооружили хорошо, отличная форма, бронезащита, амуниция, вооружение. Старшим в группе шёл полковник Власов. Генерал оставался, чтобы курировать ситуацию. С премьер‑министром тот уже связался. Мишустин сам приехал, и без свидетелей того ввели в курс дела. Так что им с двойником нужно играть, что всё в порядке, президент на месте. А вот я отыграл как по нотам. Генералу я уже сообщил, что мессир не работает бесплатно, интерес только к драгоценным камням. Откуда эту горсть взяли, не обработанных алмазов, не знаю, но я сделал вид что насторожился, мы находились в пустой казарме полка внутренних войск, и заговорил на языке мира Глосс, делая вид что с кем‑то общаюсь. После чего сообщил Власову:
