* * *

Рита оказалась благодарной слушательницей. Руслан говорил с ней о смысле жизни, о дорогах, которые люди выбирают, о судьбе, о предназначении. Делился своими мыслями, а девочка внимала, затаив дыхание, чуть ли не раскрыв рот, и впитывала, как губка: настолько увлекали рассуждения студента. За колючками скрывался искренний, вдумчивый, неординарный человек, личность.

А еще Риту очень интересовали такие темы, как жизнь после смерти, реинкарнация, эффект Кирлиана и биополе человека, и ей не терпелось узнать мнение Руслана по всем этим вопросам. Он с удовольствием делился с девочкой своими мыслями.

Самое интересное: Рите в голову не приходило, что она стала замечательной собеседницей. Ведь лучше собеседника, который увлекательно рассказывает, может быть только тот, кто увлеченно слушает.

— О чем можно столько говорить с малолеткой? — однажды Илья не выдержал и выразил свое недоумение, обращаясь к Лене. Он докуривал очередную сигарету, глядя, как Рита сидит на качелях, просто светясь от счастья и периодически вставляя пару слов, когда Руслан что-то самозабвенно объясняет, стоя рядом, прислонившись к металлическим опорам.

Но Лена радовалась безумно, что ее «сестренка» и Рус подружились.

— Ой, ты даже не представляешь, какая Рита умница. С ней можно поболтать о пустяках, но иногда рассказываешь что-нибудь такое — ну, серьезное — объясняешь, и вдруг бац! Сестренка как выдаст то, до чего я сама и не додумывалась. Она стремится выделить зерно из сказанного. И такие интересные мысли ее посещают! Рита потрясная.

Илья развернулся на сто восемьдесят градусов и щелчком пальцев отбросил бычок сигареты прямо в урну.

— Бинго! — порадовался он своей меткости. — А тебя не злит, что Видич с ней столько времени проводит, когда мы гуляем?

Лена недоуменно уставилась на блондина.

— Чего-чего? Злит? Да ты бы сам попробовал разглядеть в ней не малолетку, которая тебя раздражает, а личность.

— Тоже мне личность, — презрительно хмыкнул Илья. — Одиннадцать лет.

— Инсаров, тебе нельзя иметь детей, — обозлилась девушка.

— Детей иметь вообще нельзя: это статья, — отпарировал блондин.

Руслан, проникшись симпатией к девочке и найдя с ней общий язык, невольно, несмотря на молодые годы, начал задумываться о том, что завести ребенка — это, пожалуй, здорово. Когда подрастет, можно так же беседовать с ним, делиться мыслями, опытом, а он или она станут удивлять. У них будут свой взгляд на мир, своя точка зрения, возможно, отличные от его собственных.

А Рита с каждым днем все сильнее мечтала о таком брате, как Руслан, не подозревая, что ее желание довольно скоро осуществится. Как только парень женится на названной сестре Риты — Лене, они станут почти родственниками. Но это случится позже.

А случай, который вспомнили Руслан и Рита, гостя в загородном доме Ильи, произошел спустя полгода после их знакомства.

В тот осенний вечер, шесть лет назад, студент ВГИКа шел на свидание с Леной. Только с одеждой не угадал. Потертые черные джинсы, тяжелые военные ботинки, а поверх темной водолазки всего лишь кожаная куртка с заклепками. Лена обожала, когда он надевал косуху, просто млела от его вида, а юноше хотелось произвести впечатление. Но на улице оказалось гораздо холоднее, чем хотелось бы. Пронизывающий ледяной ветер забирался под кожаную куртку, хлестал по рукам, лицу, но возвращаться домой и переодеваться не было желания.

В подъезде Лениного дома оказалось ненамного теплее, но хотя бы ветра нет. Парень устроился на широких деревянных перилах и стал согревать дыханием покрасневшие от холода костяшки пальцев. Вдруг задребезжал лифт. Через полминуты, постанывая и кряхтя, кабина остановилась здесь, на первом этаже, и из дверей выбежала Рита. В клетчатом приталенном пальтишке, красных сапожках и шапке с помпоном того же цвета.

— Привет, Королевна!

— Ой! — подпрыгнула от неожиданности девочка. — Напугал.

— Я такой страшный? — брови Руслана разгладились, и на губах заиграла добрая улыбка.

— Ну-у-у, — протянула Рита, на полном серьезе обдумывая шуточный вопрос. — Вид грозный, — наконец заключила она.

Парень не удержался от смеха, но девочка даже не подумала обидеться.

— Ты далеко ли? — спросил он, когда Рита с ним поравнялась.

— К седьмому подъезду. Меня там Ирка и Маринка ждут, — девочка внимательно следила за тем, как Руслан пытается согреть покрасневшие от холода руки.

— Твои одноклассницы?

— Ага, — и тут же добавила. — Пошел бы домой, переоделся, пока Лены нет.

Парень отрицательно мотнул головой, мол, не хочу.

Девочка театрально закатила глаза к потолку, как делают многие ее ровесницы, протянула руки в теплых варежках к парню и вызвалась помочь:

— Давай согрею.

Руслан отнекиваться даже не думал. Мгновенно одна из его кистей оказалась зажатой между пушистыми варежками. Вторую он все еще согревал дыханием.

Рита сначала просто держала кисть парня в своих руках, потом начала растирать и похлопывать. И тут же важно изрекла:

— Знаешь, как называется то, что ты творишь?

— И как же?

— Форс держи, морозя жопу.

Если бы знала, что об этой фразе Рус будет напоминать ей не один год, благоразумно промолчала, а не стала умничать.

— Что морозить? — Руслан чуть не поперхнулся от неожиданности. — Ребенок, тебе надо рот с мылом вымыть, — в глазах заблестели озорные огоньки. — Ты где этого набралась?

— Моя бабушка так говорила, когда я одевалась не по погоде, — насупилась школьница, втягивая шею в шарф.

Парень не стал ничего отвечать. Он знал, что бабушка умерла год назад от инсульта. Рита ее очень любила и скучала по ней.

— И вообще, что в этом слове такого? — расстроилась девочка. — Я и похуже слова знаю.

Руслан нагнулся к Рите, отвернул уголок ее шапки и прошептал на ухо:

— Которые в подъезде написаны?

— Ну!

— Только вслух их не говори, — парень отстранился, погладив девочку по голове.

— Почему?

— Мальчикам не нравятся, когда девочки ругаются.

Рита поджала губы, тяжело вздохнув.

— Ладно, — протянула она неохотно.

К советам Руслана девочка предпочитала прислушиваться.

— А знаешь, мне роль дали, — сменил тему парень, вложив в варежки Риты другую руку.

— Класс! Какую?

— Буду играть экстремиста.

— А кто это? — удивилась девочка, энергично растирая замерзшую конечность Руслана.

— В моем случае, бескомпромиссный юноша, провоцирующий беспорядки на улицах города.

— То есть роль отрицательная?

— Скорее, неоднозначная. И драматическая. Я такие люблю, — поделился студент, и уголки его губ растянулись в задумчивой полуулыбке.

— А роль большая? Маленькая? — следя за выражением лица Руса, поинтересовалась Рита.

— Средняя. И заплатят хорошо.

— О! Это здорово! — искренне обрадовалась девочка. Лена говорила ей, что Руслан сейчас стеснен в средствах.

— Да. Если и дальше так пойдет, смогу забыть о случайных заработках, — плечи Руслана тут же расправились. Казалось, от этой мысли он даже стал дышать свободнее.

На лестнице послышался энергичный стук каблучков. Студент и школьница узнали бы эти шаги из тысячи. Наконец из-за угла выбежала Лена, как всегда радостная, с искренней улыбкой на лице.

— Приве-э-эт! — крикнула она, подбегая. Остановилась за спиной Риты, обхватила ее за плечи, с восторгом выдохнув:

— Ты мой зайчонок! — она начала покачивать маленькую подругу из стороны в сторону, из-за чего помпон девочки забавно подпрыгивал.

Рита запрокинула голову назад, прижавшись затылком к груди подруги и обхватив варежками ее щеки.

— Привет, сестренка! — проворковала девочка.

Руслан с умилением наблюдал за трогательной сценой.

Рита выскользнула из рук Лены, проследив за ее взглядом, полным любви.

— Ладно. Все поняла. Испаряюсь, — предупредительно заявила девочка и быстро сбежала по подъездной лестнице. Только, похоже, новые Ромео и Джульетта забыли обо всем на свете, едва их взгляды встретились. Даже ее слов не слышали. Когда Рита обернулась, подруга стояла к ней спиной, а вот Руслан — вполоборота. Такая невыразимая нежность на его лице возникала только в присутствии Лены. Девочка едва не залюбовалась, но природная тактичность подталкивала выйти из подъезда, ведь Ромео и Джульетта наверняка будут целоваться.