— Хорошо, — улыбнулся он на все тридцать два зуба. — Тогда… — посмотрел он в сторону своего двухколесного коня, — раз ты собиралась ко мне, поехали? — взял за руку и потянул к мотоциклу.

— Что? Вот на этом? — ткнула пальцем в кусок железа, — нет, — замотала головой и стала пятиться назад.

— Да, именно на нем. Твоя машина у бара, а я как раз могу подвезти и совершенно бесплатно. Не упрямься. Я буду ехать аккуратно. — Достал он запасной шлем и натянул мне на голову, я даже пискнуть не успела, как оказалась верхом на мотоцикле. — Держись за меня, — сам уселся вперед парень и потянул мои руки к себе.

— Что ты делаешь?! — вцепилась в него, дрожа всем телом.

— Доставляю нам массу удовольствия, ворчунья ты моя, — расхохотался Никита, и в следующую секунду мы поехали, вернее будет сказать, тронулись с места с бешеной скоростью, так, что я не смогла сдержать своего крика. Даже его слова по поводу «его ворчуньи» не произвели на меня сразу никакого эффекта. Я могла лишь молиться, плотно зажмурив глаза и чувствуя, как Никита набирает скорость, обгоняя машины.

— Никита, — прокричала ему, — ты обещал ехать осторожно!

— Аня, расслабься, — было мне ответом. Но скорость он все же немного сбавил. Я даже приоткрыла один глаз. Мы проносились мимо машин, которые оставались далеко позади. Никита управлял мотоциклом так легко, да и я стала чувствовать себя увереннее. Он не красовался, не делал никаких пугающих трюков. Просто ехал, внимательно следя за дорогой. В конце, когда мы были уже у бара, я даже смогла насладиться поездкой. Оказалось, что так намного быстрее. На машине я трачу куда больше времени, добираясь до Никиты. А здесь двадцать минут, и мы на месте.

Он слез с мотоцикла, а затем помог и мне, бережно снимая шлем с головы.

— Ну как? — его лицо было таким беззаботным.

— Здорово, — улыбнулась в ответ. Я стала в какой-то мере понимать выбор такого транспортного передвижения. — Думаю, во второй раз будет еще круче.

Никита запрокинул голову, смеясь над моими словами.

— Вот видишь, а ты мне не верила, — взял он мою сумку, и мы отправились в здание. Бар встретил нас тишиной. Еще рано, но скоро рабочий персонал соберется и начнет подготовку к приему гостей заведения. А пока мы были только вдвоем. Во мне снова проснулся страх. Мы же так и не договорили.

— Будешь кофе? — спросил Никита, как только мы поднялись к нему.

— Да, — кивнула, раздеваясь. — А кушать… у тебя есть что-нибудь? — заурчало у меня в животе, только сейчас я поняла, что не ела со вчерашнего вечера.

— Посмотри в холодильнике, можно приготовить омлет с салатом, — кивнул он в сторону.

Я послушно прошла к холодильнику, практически, на цыпочках, ничего не могу поделать со своей трусостью. Пока мы готовили завтрак, ни о чем не разговаривали. Просто все делали молча, иногда поглядывая друг на друга. О чем он думал в этот момент? Я порывалась задать этот вопрос несколько раз, но так и не решилась. После мы уселись за стол и быстро съели, все что наготовили. Оба оказались жутко голодны.

— Теперь поговорим, — поставил он чашки с кофе, после того, как я убрала всю посуду со стола.

Я тяжело вздохнула, но послушно опустилась на стул, обхватив холодными руками теплую кружку.

— Ты знаешь, что я чувствую к тебе? — я только молча кивнула, — но вчера не удержался. Не смог. Думал, ругал себя, когда ты сбежала. Пытался понять, только ли алкоголь сделал меня таким смелым, что решился на… ну, в общем, ты сама понимаешь, — не хотел меня смущать Никита еще больше, я и так сидела вся красная. — Но ты вчера отвечала на поцелуй, Аня. Так? — ждал он моего ответа, я опять кивнула, несмело, посмотрев ему в глаза. — Скажи, о чем ты думала в этот момент? Я хочу знать, — нервно провел он рукой по столу, вытирая несуществующие пылинки, — ты целовалась со мной или… представляла Лешу? — его вопрос задел меня. Я понимала, почему он задал его, но стало обидно. Ведь мы договаривались, что я не буду искать в нем лекарство. Хотя, что ему еще думать? В прошлый раз я просто развернулась и ушла. Села ровно и посмотрела прямо ему в глаза. Нужно ответить не просто честно, но еще и так, чтобы он поверил мне. Почему-то это было важно.

— Я уже не думаю о Леше… — пожала плечами, — в плане… я поняла, что у нас с ним была просто… Мы влюбились в мечту, но по итогу, все оказалось совсем иначе… Теперь у меня новая жизнь, самостоятельная. Мне все нравится так, как есть. Сцена, группа, друзья и ты… — увидела, как Никита хочет задать какой-то вопрос, но остановила его взмахом руки, продолжив, — Наш поцелуй и все, что могло быть дальше… Я целовала тебя, Никита. Да, я… — даже сейчас у меня по телу побежали мурашки, а во рту все пересохло, — Я хотела его, не буду скрывать…

— Тогда почему остановилась? — он внимательно смотрел на меня.

— Испугалась, я не знаю, что именно к тебе чувствую. Прошло мало времени после моего расставания… я боюсь ошибиться. Принять свои чувства к тебе, за нечто большее, нежели есть на самом деле. Прости, — увидела, как он поморщился, — Я понимаю, что делаю сейчас тебе больно этими словами. Но прошу… ты мне очень нужен, я не хочу тебя терять…

— Как друга, — закончил он за меня.

— Как друга, да, — подтвердила, — Но… и это одновременно, что-то большее… между нами есть притяжение, оно было всегда. Просто я отказывалась видеть это. Дай мне время, Никита, — взяла его за руку.

Он долго молчал, смотря на меня, но при этом как будто ничего не видя вокруг. Словно он был не здесь, где-то далеко. А я ждала, терпеливо. Понимала, что ему нужно многое решить. И это непросто.

— Хорошо… да, я согласен. Но этот разговор не должен стать между нами стеной. Обещаешь? — сказал он, придвинув ногой мой стул к себе, и крепко меня обнял. Как раньше, надежно, тепло и легко.

— Обещаю, — обняла его в ответ, зажмурив глаза от удовольствия и облегчения. — Чем мы займемся сегодня. Ведь я собираюсь остаться у тебя до завтра.

— И не сбежишь? — решил пошутить, но увидел мой укоряющий взгляд. — Что уже и пошутить нельзя на эту тему? Ладно, больше не буду. У меня есть предложение. Можем позвать ребят, наготовить кучу вредной еды и смотреть целый день фильмы.

— Давай, — согласилась с ним. Я решила, что это хорошая идея — позвать друзей, так нам будет проще. Мы сможем расслабиться и не думать о вчерашнем. Такое сразу не забыть, нужно время и друзья. Они помогут разрядить обстановку. Дадут первый толчок к тому общению, которое у нас было до того, как я все не испортила.

В итоге уже через час квартира Никиты наполнилась смехом и шутками. Мы действительно расслабились. Никита даже уселся рядом со мной, приобняв за плечи. А когда в фильме наступал страшный момент, я зарывалась на его груди лицом, задерживая дыхание, как будто это могло как-то помочь героям ужастика. Никита только смеялся над моей реакцией, но я видела, что ему все доставляет огромное удовольствие, слышала, как учащенно бьется сердце. Я поняла, что и мне очень нравится прикасаться к нему, быть рядом, чувствовать тепло его тела, а еще, я словила себя на мысли, что хочу снова почувствовать его губы на своих. Но боялась сделать первый шаг. Ведь просила же о времени, а сейчас… Посмотрела на него, пока он был увлечен просмотром напряженного момента в фильме, и тяжело вздохнула.

— Смотри фильм, — прошептал на ухо Никита, еле сдерживая смех.

Что его так рассмешило? Надулась еще больше и отвернулась к экрану. Но свою голову так и не убрала с плеча парня. Наоборот, прижалась еще плотнее, решив, что все можно спихнуть на мой страх.

Но так легко было только в этот день. Все же стена недосказанности встала между нами. Я видела, что Никита стал отдаляться от меня. А я, в свою очередь, перестала ночевать у него. И хоть мы делали вид, будто ничего не происходит, прикрываясь шутками, оба понимали, что все кардинально изменилось. И меня это пугало, я боялась, что в один день окончательно потеряю друга. Он, наконец, поймет, что больше не любит меня, найдет себе девушку, которая смогла его оценить, а главное — полюбить. И что тогда будет с нами? Что будет со мной? Задумалась я в один из вечеров, когда снег уже покрыл весь город, улицы украшали новогодними гирляндами, люди торопились купить подарки для родных, а я сидела у окна, как будто застывшая ледяная скульптура. Все так и не решаясь, признаться самой себе в чувствах к Никите.