Он задумчиво чешет затылок и судорожно хлопает глазами.

– Так это… Меня по работе вызывали. Там на складе некоторые проблемы возникли, – отговорка глупее не придумаешь, но Гена с таким непоколебимым видом произносит эти слова, будто бы уверен, что в очередной раз схаваю его вранье. Хотя, сейчас, зная правду, эта отговорка кажется мне идиотской. А ведь Гена уже не в первый раз срывается посреди ночи. Похоже, он обманывает меня уже довольно продолжительное время. Вот же черт. Сердце больно сдавливает от обиды. Меня откровенно держат за дуру. Хотя…

Да. Трахать любовницу втайне от больной раком жены. Чем не работа? Можно сказать, что Гена почти и не врет.

Медленно киваю в ответ, выдавливая милую улыбку.

– Я так и подумала.

– А ты где была, Надь? Я когда приехал и тебя не обнаружил в постели, знаешь как испугался? Думал, случилось что-то… Аж сердце в пятки упало! – театрально вздыхает Гена, изображая на лице беспокойство. Можно подумать, пока он развлекался с Эвелиной, его могла беспокоить моя судьба. Интересно, каково это, ублажать одну, а думать о другой?

Хотя не уверена, что Гена вообще обо мне думает. Лишь делает вид. По-моему, тут в первую очередь работает его нижняя голова.

– Варя просыпалась, пришла ко мне. Представляешь, наша маленькая фантазерка выдумала, что в соседней комнате монстры. Мол, звуки какие-то слышала… – выдаю совершенно спокойно, наблюдая за тем, как лицо Гены искажается в неестественно открытом недоумении. Так, что аж глаза едва на лоб не лезут. Интересно, а на что он рассчитывал, когда сношался со своей любовницей в той комнате, за стенкой которой спала его внучка? Похоже, предатель надеялся на толстые стены и шумоизоляцию. Но его пассия настолько голосистая, что разбудила и напугала Варю.

– Поэтому мне пришлось пойти с ней в комнату и побыть рядом какое-то время. Кое-как уснула.

Гена старается держать лицо. Надо же, какое самообладание.

Шумно сглотнув и прочистив горло, он выдает как ни в чем не бывало:

– Вот дает. Монстры… – нервно усмехается. – Надо будет сказать Вике об этом. Варя уже не впервые просыпается среди ночи. Может, травки какие-нибудь попить надо… Для сна.

Так и хочется выпалить, что если Гена хочет, чтобы его внучка крепко спала по ночам, надо меньше трахать своих любовниц. Но я молчу. Приходится играть роль слепой дурочки, которая не замечает очевидных вещей.

– Да, ты прав, – делаю вид, что соглашаюсь с его словами. – Вика приедет, и я ей скажу.

– Слава богу, что с тобой всё в порядке, – выдыхает Гена и равняется со мной, сделав вперёд несколько шагов. Затем кладет ладони мне на плечи и изображает любящего супруга.

Противно.

Его прикосновения противны.

И сам его облик омерзителен. Кое-как выдерживаю эту пытку.

– Не переживай, Ген. Все хорошо, – сладким голосом выдаю в ответ. А во рту сплошная горечь.

Понимаю, что нет желания ложиться рядом с ним в постель. Меня же ведь реально может стошнить. Итак после химии чувствую себя не очень. А тут прям к горлу подкатывает, едва я представляю, что муж совсем недавно имел другую.

– Ты точно хорошо себя чувствуешь?

И забота эта наигранная. Какая ему разница, как я себя чувствую? Если он уже столько раз меня предавал?

– Точно, милый.

– Тогда давай спать, – Гена коротко чмокает меня в щеку, и я морщусь, пока он не видит. Черт, надо срочно что-то придумать…

– Подожди… Кажется, снова Варя. Я слышала её голос, – изображаю задумчивую гримасу, на самом деле никаких звуков нет. Внучка спит.

– Черт, это уже что-то нездоровое. Может, сводить её к неврологу? Проблемы со сном в таком детском возрасте, это ведь нехорошо.

Нехорошо – изменять своей больной жене под носом у маленькой внучки. Вот, что поистине нехорошо. Но молчу. Так надо. Чтобы исподтишка нанести ответный удар.

– Знаешь что, Ген? Я пойду проверю. Мало ли… А то только усну, а Варюшка тут как тут.

– Да, хорошо, Надь.

Я судорожно киваю в ответ и едва ли не сбегаю из спальни. Хорошо, сегодня я правдоподобно улизнула от совместного сна с собственным мужем.

А дальше как? Мне же даже рядом с ним находиться противно. Может, подсыпать ему крысиный яд? И его молодой пассии заодно? Неплохая идея. Надо будет обязательно об этом подумать.

Глава 5

Королева унитазов

Надежда

На следующее утро мы встречаемся все вместе за завтраком. Спина слегка ноет, не очень удобно было спать на малогабаритном диване. Но уж лучше так, чем в одной постели с предателем.

Зато Варя какая довольная была, когда проснулась утром и увидела, что я всю ночь спала вместе с ней.

– Дедуль, представляешь, сегодня ночью за стенкой я слышала монстров! – щебечет Варя, воодушевлено делясь с Геной этим, весьма удивительным, фактом. – Самых настоящих! – подмечает внучка с важным видом, сосредоточенно ковыряя вилкой овсянку.

Гена, хоть и старается сохранять невозмутимый вид, но уши его выдают с головой – пунцовые, как маки.

Эвелина как раз входит в кухню с подносом в руках.

– Тетя Эва, а вы не слышали монстров? Рядом же как раз ваша комната, – звонко выпаливает Варя, и девчонка едва не спотыкается и не роняет поднос с блинами.

Невольно улыбаюсь, представляя, как бы Эвелина могла сейчас прочесать пол носом. Жаль, что в последний момент удержалась на ногах.

– Нет, Варенька. Не слышала, – с натянутой улыбкой отвечает стерва, пряча взгляд в стороне.

– Но они так громко кричали. Было страшно… – настаивает Варя, не обращая внимания на то, что ее рассказу никто не верит.

– Надо же, – произношу я, глядя на Эвелину с издевкой. – Какие шумные монстры завелись у нас в доме. Прямо спать не дают.

– Надя, – бурчит Гена, смотря на меня исподлобья. Затем переводит взгляд на Варю, резко смягчая свой тон. – Милая, нет никаких монстров. Их попросту не существует.

– Но я слышала… – Варя девочка довольно упрямая, и в большинстве ситуаций девочка стоит на своем до последнего. Иногда мне кажется, что это качество она унаследовала от меня.

– Варь, это все твои фантазии. Ты знаешь, что на самом деле все страхи находятся у нас в голове? – Гена выдавливает улыбку и стучит указательным пальцем себе по виску.

– Это как? – хмурится внучка, не понимая, что имеет ввиду Гена.

– Ну… – Гена мнется, подыскивая слова. – Это… Это как… Воображаемые друзья! Только наоборот. Вместо друзей – монстры.

– Ааа, – протягивает Варя, задумчиво глядя в тарелку. – Значит, монстры живут у меня в голове?

– Получается, что так, – кивает Гена, облегченно вздыхая. Кажется, ему удалось убедить ребенка. Знал бы он ещё, что я обо всем в курсе. Посмотрела бы я на его лицо.

– Тогда почему тетя Эва их не слышала? – вдруг спрашивает Варя, поднимая на Эвелину свои большие, наивные глаза.

Эвелина бледнеет. Гена давится кофе. Я же, не в силах больше сдерживаться, начинаю смеяться. Смех выходит горький, отчаянный.

– Знаешь, Варенька, – говорю я, вытирая слезы то ли от фальшивого смеха, то ли от боли, которая так или иначе рвет меня на части, – Иногда монстры умеют очень хорошо прятаться. Особенно, когда знают, что их могут услышать.

– Надя, прекрати, – Гена шипит, прожигая меня взглядом. – Зачем ты это делаешь? Она теперь и правда поверит в этих монстров! – он наклоняется ближе, почти касаясь моего уха своим горячим дыханием.

– А если они и в самом деле существуют? – смотрю ему прямо в глаза, не отводя взгляда. Вкладываю в эти слова весь свой сарказм, всю свою боль.

Гена вздрагивает. Его глаза расширяются, щеки покрываются багровыми пятнами. Он начинает нервно кашлять, пытаясь скрыть свое замешательство. Знаю, что выдаю себя. Но не могу удержаться. Мне нужно видеть его страх, его беспокойство.

– Надя, и ты туда же?! – он отстраняется, судорожно сглатывая. Руки его дрожат, кофе в чашке плещется, грозя перелиться через край.

– Милая, это я так пошутила. Я тебе тоже уже говорила, что монстров не существует, – смотрю на внучку с любовью и благодарностью. Благодарна ей в первую очередь за то, что она открыла мне глаза на тайные похождения подлого мужа. Ведь я могла бы умереть и так не узнать, что Гена, оказывается, подлая сволочь.