Диерен широким шагом пересёк холл, скинув камзол на руки дворецкому. Молча хлопнул дверью, скрывшись в кабинете. Дворецкий, пожилой мужчина со статной осанкой, даже не поморщился. Он служил этой семье уже более нескольких сотен лет и привык к тому, что его хозяин резкий и молчаливый. А после ссылки его характер стал ещё хуже. При обычном раскладе слуги бы уже языки счесали, обсуждая мрачность хозяина, но не в этой ситуации: сплетничать было некому. Остались лишь самые верные: дворецкий Нерд, жена его, повариха Лиерена, да дочь их, горничная Льера. И их даже хватало для обслуживания небольшого поместья на далёком от основного материка острове.

Диерен до сих пор помнил этот день так ярко, словно тот был вчера. Молодой, горящий энтузиазмом и карьерой, он был невнимателен, ослеплён возможностями и повышающейся властью, и этим воспользовались недруги, использовав его и очернив. Вот уже больше десяти лет он проживал здесь, в ссылке, не имея возможности это изменить, и с каждым годом всё больше замыкался. Потому и не обратил никакого внимания на сон, в котором Богиня Эдель, светловолосая красавица, повелела ему отправиться в горы, сорвать цветок Аморит, и подарить его той девушке, которую полюбит.

Отмахнувшись от веления Богини, как от мухи, Диерен быстро об этом забыл. Ну какая девушка может быть на этом острове? А вылететь возможности нет, ссылкой это не просто так названо. Да и зачем? О любви и семье он никогда не мечтал, его целью в жизни была только карьера. Вот если бы был шанс вырваться отсюда! Он готов начать и с полного нуля, лишь бы уже начать и делать хоть что-то!

Только мужчина явно забыл, что желания надо загадывать осторожней. И вспомнил об этом лишь тогда, когда то ли во сне, то ли в видении, увидел разгневанную непослушанием богиню, которая пригрозила: «Не вернёшься в свой мир, пока не найдёшь свою любовь!», а затем очнулся в каком-то чистом поле, в незнакомом мире. Тёплый ветер ласково касался кожи, нос трепетал от ароматов горячей земли и летней свежести.

– Вот тебе и с нуля. Или, даже, с минуса, – пробурчал Диерен, поднимаясь и оглядываясь. Попробовал создать небольшое заклинание, с удовлетворением отметив, что магия слушается и откликается практически так же, как в родном мире. Использовал частичную трансформацию, полюбовался на руку в блестящей голубой чешуе, с чёрными острыми когтями.

– Так, это тоже успешно, можно продолжать, – пробурчал он себе под нос и уверенно перекинулся. Обнаружив под лапами на траве белый цветок, взял его, осторожно сжав в когтистой лапе, как в клетке – новый гнев Богини вызывать не хочется.

Несколько взмахов крыльями – и огромный голубой дракон взмыл в небо, оставив после себя лишь примятую траву да брызги воды.

Свобода!

Спустя 8 лет.

Я попыталась открыть глаза. Голова взорвалась от боли, тошнота подкатила к горлу, и я съёжилась, пережидая приступ. Как только чуть отпустило, осторожно перелегла на спину и сделала вторую попытку. Размытый взгляд фокусировался. С ночного неба мне весело подмигивали две луны, ярко светили синие звёзды. Осторожно провела рукой, ощутив под ней свежую траву. Не поняла… Что это за глюки? Что здесь вообще происходит? Если две луны я ещё могла объяснить тем, что после удара в глазах двоится, то свежую траву и тёплый ветерок, ласково обдувающий лицо, в самом начале весны, когда у нас ещё лежит снег – нет, здесь мозг пасовал. Я прикрыла глаза и попыталась вспомнить день сначала.

С самого утра меня всё бесило. А тот факт, что сегодня праздник, добавлял негативных эмоций. Ведь я опять, в очередной раз, оказалась без нормального свидания из-за какого-то дурацкого сна!

Сколько себя помню, эти сны были всегда. Кроме детского сада и пары начальных классов – тогда-то и была моя последняя влюблённость, пусть детская и невинная. Но потом…

Сначала я не обращала на это внимания: ну снится что-то и снится. Замки, незнакомый мир, магия, драконы, балы и пышные платья. Периодически мужчина протягивал чудесный белый цветок, который розовел, стоило мне взять его в руки. Это всё было легко объяснимо: какая же девочка не мечтает стать принцессой и жить в замке? Но потом это вышло из-под контроля. Стоило мне почувствовать симпатию к кому-либо, как сон приходил, оставляя после себя полный раздрай. И чем старше я становилась, тем сильнее и ярче были чувства во сне, которые потом долго оставались горьким послевкусием в реальности.

Вот и сегодня, стоило мне договориться о свидании с молодым человеком, как пришёл этот сон. В итоге никакого настроя на свидание уже не было, и хотя я не собиралась его отменять, но этого прекрасного ощущения предвкушения и трепета не чувствовала. Скорее было просто жаль подготовку, да и праздник, всё же, женский день. Раз уж встреча с подругами не удалась, хоть так вечер проведу.

Вот только всё пошло не по плану. Собралась без особого желания, затем долго ждала такси. В итоге психанула и отменила заказ, решив пройтись пешком. Хоть снег ещё и лежал, но весна заявляла свои права. Солнце припекало, по дорогам наперегонки бежали ручейки, звонко пела капель. Повсюду стояли бабушки с вёдрами, полными мимоз и разноцветных тюльпанов, мужчины торопились домой с букетами и подарочными пакетами. Общее, витавшее в воздухе, ощущение праздника вызывало у меня только грусть – за свои тридцать лет я так и не узнала, какого это, когда в такой день любимый приносит кофе в постель, радует завтраком и вниманием, подарками и цветами.

Поднявшийся ветер растрепал тщательно уложенные волосы, и мне пришлось остановиться у ближайшей витрины. Поправила локоны, вновь полюбовавшись на разноцветные прядки, будто запутавшиеся в белых волосах – такой подарок я сделала себе вчера, записавшись к хорошему колористу. Одёрнула облегающую чёрную куртку, стряхнула с широких брюк приставшую пылинку и отправилась дальше, решив срезать путь через переулок. Кто же знал, что это была плохая идея. Не заметила открытый люк, шагнула, полетела… И темнота.

Восстановив хоть как-то этот день, я порадовалась, что память при мне. Осталось разобраться, где, собственно, очутилось моё тело и что вообще произошло при падении? Меня вытащили и я в коме? Или… Нет, про смерть даже думать не хочу. Лучше в коме. Бабуля моей смерти просто не переживёт, особенно такой глупой.

Так, продолжаем развивать мысль. Если я в коме – почему такой странный мир в моих грёзах?

Я снова открыла глаза и попыталась сесть. Спина болела, как от сильного ушиба, что вызвало в глубине души страх: а вдруг у моего реального тела перелом позвоночника, раз даже сюда боль отдаёт? Что, если я больше никогда не смогу ходить?

«Ты там очнись сначала, а потом о ходьбе думать будешь», – ехидно прокомментировал мои опасения внутренний голос.

«Вот спасибо, утешил», – я огрызнулась, осторожно вставая. Оглянулась, не веря в то, что вижу.

Лежала я, оказывается, рядом с фигурно обрезанными кустами с фиолетовыми листьями. В стороне красиво переливалось озеро, отражая лунные дорожки и блеск звёзд. Извилистые тропинки, выложенные разноцветным камнем, манили по ним прогуляться. В отдалении виднелся силуэт одного из замков, что снился мне на протяжении стольких лет: тёмный, прекрасный, монументальный. Витражные огромные окна тускло светились, башенки устремлялись ввысь, будто пытаясь достать до неба. Вход был красиво оформлен колоннами и какими-то фигурами, которые, к сожалению, с такого расстояния не рассмотреть.

Я сделала один шаг, другой. Убедившись, что идти могу, несмотря на сильную боль в спине и общую слабость, я медленно отправилась к входу, держась то за кусты, то за тоненькие цветущие деревья, периодически отдыхая на встречающихся лавочках. Продвигаться было сложно, но хотелось побывать внутри и рассмотреть внимательней всё, пока не очнулась. Но у судьбы, видимо, были другие планы. Совсем немного не дойдя до лестницы, ноги подкосились, и я упала, больно стукнувшись головой о камни. Мир потемнел.