По мере их приближения к ночному рынку толпа менялась. Брайан Соколоу видел все больше людей в песочной униформе и с оружием. Кое-кто на теле ниже пояса носил экзоскелеты108. Кроме того, попадалось больше роботов, а люди на улице все чаще перемещались, сбившись в молчаливые группы. Он видел много стариков109 и хмурых детей в потрепанных футболках с китайскими мультяшными героями. Многие группы были в дополненной действительности помечены110 говорящими о нужде пиктограммками такой разновидности, какая в реальной жизни ему никогда не встречалась: взывали о воде или деньгах.
Многие несли пластиковые канистры, очевидно, надеясь наполнить их водой на рынке. Учитывая, каких усилий должно было стоить просто вообще двигаться в такую жару111, он не представлял, как им удастся хоть сколько-то воды дотащить до дома.
Он повернулся к Ору, канадскому солдату, который сидел рядом с ним в транспорте:
— У них есть смартфоны, но нет воды?
Ор кивнул:
— У множества из этих людей есть родственники в Канаде112, и они умоляют их о помощи. Соответственно семьи оказывают огромное давление на правительство113. Мы здесь отчасти из-за этого. Кому-нибудь в Калгари неважно, где его мать — на другом конце города или на другой стороне планеты. Если она плачется в телефонную трубку, что у нее нет воды… вам приходится действовать.
Стоило ноге первого сотрудника CHERT ступить на местную землю, как группа по уши погрузилась в работу. После консультаций с национальным и городским правительствами подполковник Десаи координировала серию мирных совещаний, на которых местные лидеры могли высказывать свои соображения. За этим здесь и оказался Соколоу — действовать в качестве опытного организатора советов. Канадцы позиционировали себя как помощники главных заинтересованных сторон в Урлии; Ор рассказал Соколоу, что он со своим отделом половину времени работает мальчиками на побегушках, таская туда-сюда припасы через невидимые границы урлийских кварталов. Иногда кажется, заметил он, будто его настоящий работодатель — это НПО. Однако же все, чем занималась его команда в последние несколько дней, служило интересам Канады, и равным образом — на благо местных жителей.
Дальше Соколоу молчал, пока они совершали ритуал прохода через периметр безопасности вокруг ночного рынка. Вокруг автобуса с жужжанием носились рои дистанционно управляемых насекомых114; водитель открыл дверь, чтобы впустить нескольких. Одно из них зависло над головой Соколоу. Тот знал, что сейчас сканируется его сетчатка, а другие биометрические сенсоры115 сравнивают его и Ора с имеющимися у них профилями. Через минуту рои отступили, и ворота открылись, чтобы пропустить автобус. Через миг Соколоу покинул транспорт вместе с остальными и вошел во временную штаб-квартиру CHERT в Урлии.
Сперва, прибыв в Урлию, он не знал, чего следует ожидать, но наверняка — того или иного рода контролируемого хаоса. Сейчас в больших арочных бетонных галереях, где обычно располагались торговцы, было в основном тихо. Хотя здесь собралось много людей и механизмов, в общем движении наблюдалась организованность. Все находилось на своих местах; очереди были упорядочены, и какие бы медицинские кризисы здесь ни случались — они протекали не у всех на виду. Из мансардных окон сверху обильно лился свет, а обширное пространство делилось перегородками на кабинеты без потолка. Соколоу никогда не приходилось видеть такого скопления роботов116: подъемники, автоматические каталки, веретенообразные диагностические аппараты и даже робопомощники117 размерами с ребенка и с дизайном, вдохновленным мангами118. В большинстве они простаивали: их работа была выполнена, CHERT запущена в действие.
Его персональной нательной сети (personal bodily network, PBN - англ.) был выдан доступ безопасности к оверлеям(пер.6) CHERT (несмотря на то, что устанавливалась эта сеть скандально известным хакером), поэтому он мог видеть все метки и иконки статуса119, парившие там и тут в помещении рынка. Кто-то проводил сортировку в окружающей толпе, и каждые несколько секунд в поле зрения выскакивала очередная иконка120, обновляющая статус того или иного пациента. Метки значков критического состояния выдвигались вперед, и из-за перегородок или колонн появлялись носилки или инвалидные кресла, с висящими над ними метками, будто пузырями с репликой в каком-нибудь комиксе.
За разгрузочной платформой наблюдал худой как щепка мужчина: румяный, с англосаксонскими чертами лица, но одетый в поношенную местную одежду. Когда Соколоу подошел ближе, мужчина отвел голову в сторону, смотря мимо него — хмуро разглядывая Ора и других вышедших из машины, явно недоумевая.
— Кого-то ищете? — спросил его Брайан. На мужчине не было AR-очков, что в подобной ситуации ставило его в невыгодное положение.
— Мне сказали, что на этом транспорте будет прибывать падре Соколоу, — ответил мужчина.
— Это буду я.
Мужчина моргнул. Соколоу вздохнул. Он знал, что тот увидел: мягкий, слегка полноватый юноша, чья топорщащаяся форма и непринужденная манера не вязались с его умениями как опытного организатора. Когда Соколоу надевал излюбленные им поношенную футболку и джинсы, его часто принимали за программиста — обстоятельство, часто оказывавшееся полезным во многих кругах, в которых он вращался. Очевидно, однако, что здесь, в Урлии, это впечатление создаст определенные трудности.
Всего секунда потребовалась собственной системе AR Соколоу для распознания лица121 худого мужчины, так что он протянул руку и сказал:
— Вы, должно быть, Абида Пертви, мой новый секретарь.
— Д-да, — ответил краснолицый секретарь, явно не зная, что подумать о своем новом боссе. Он пожал Брайану руку, со всей очевидностью пытаясь сообразить, что сказать дальше.
— Я вижу, что у нас в шесть часов служба, — сказал Соколоу, — и что на этот вечер вы назначили пару консультаций личному составу. Обстановка вроде этой часто травмирует психику, и я, конечно, рад, что вы проявили инициативу и организовали их.
— О, это, — сказал Пертви. — Ну, да, прошло всего несколько дней, но для некоторых из солдат это первое назначение, и они кое на что насмотрелись… в общем, это оказалось тяжело для них.
— Конечно. — Соколоу улыбнулся ему. — Вы жили здесь с самого основания города, как я понимаю?
— Да, да, жил. — Пертви догадался улыбнуться. — Поначалу я был консультантом по архитектуре.
— Тогда в ближайшие несколько дней мне совершенно будет необходима ваша помощь.
Десаи обнаружила, что лежит скорчившись в дверях Румеева кабинета, и малопонятно было, как она оказалась здесь.
