— И еще поручение, Лиленька. Сдавайте офицер<скую> комнату ^[606] на всё лето — условие: ежемес<ячная> плата вперед (это всегда), и чтобы по телеф<ону> ему звонили не раньше 4 ч<асов> дня. А то опять прислуге летать по лестницам. И сдайте непрем<енно> мужчине. Женщина целый день будет в кухне и все равно наведет десяток мужчин.

Чувствую себя хорошо. Вчера д<окто>р меня выслушивал. В легких ничего нет, простой бронхит. Вижу интересные сны, записываю. Вообще массу записываю мыслей и всего: Ирина научила меня думать.

Очень привыкла к жизни здесь, буду скучать. Время идет изумительно быстро: 16 дней, как один день.

Множество всяких планов чисто внутренних (стихов, писем, прозы) — и полное безразличие, где и как жить. Мое — теперь — убеждение: Главное — это родиться, дальше всё устроится.

Ирина понемножечку хорошеет, месяца через 3 будет определенно хорошенькая. По краскам она будет эффектней Али, и вообще — почему-то думаю — более внешней, жизненной. Аля — это дитя моего духа. — Очень хороши — уже сейчас — глаза, необычайного блеска, очень темные (будут темно-зеленые или темно-серые), — очень большие. И хорош рот. Нос, думаю, будет мой: определенные ноздри и прямота Алиного, вроде как у Андрюши в этом возрасте. Мы с Асей знатоки.

Когда вернусь, массу Вам расскажу о женщинах. Я их теперь великолепно знаю. Сюда нужно было бы посылать учиться, молодых людей, — как в Англию.

Целую Вас.

Да! В понедельн<ик> Алю с Маврикием не отпускайте: я м<ожет> б<ыть> скоро вернусь (3-го) — и хочу непременно, чтобы Аля была дома. Кроме того, я не смогу без няни.

Значит, Лиленька, не забудьте насчет башмаков: № 29. И непрем<енно> на каблуке.

МЭ

<На полях:> Сейчас тепло. Пусть Аля переходит в детск<ую>, а С<ережину> комн<ату> заприте.

Впервые — СС-6. стр. 92–94 (по копии из архива А. Саакянц). Печ. по НИСП. стр. 238–239.

9-17. A.C. Эфрон

Москва, двадцать девятого апреля,

тысяча девятьсот семнадцатого года, суббота

Милая Аля,

Может быть теперь я уже скоро вернусь. Я тебя не видала только шестнадцать дней, а мне кажется, что несколько месяцев.

У тебя, наверное, без меня подросли волосы и можно уже будет заплетать тебе косички сзади.

Я думала у Ирины темные волосы, а оказались такие же, как у тебя, только совсем короткие. А глаза гораздо темней твоих, мышиного цвета.

Мартышенька, почему ты мне не присылаешь рисунков? И почему так редко пишешь?

Боюсь, что ты меня совсем забыла.

Гуляй побольше, теперь такая хорошая погода. На бульвар можно брать с собой мячик, на Собачью площадку не бери и вообще там не гуляй.

Целую тебя. Будь умницей. Может быть скоро у видимся.

Марина

Впервые — Саакянц А. стр. 120–121. СС-6. стр. 145. Печ. по НИСП. стр. 239–240.

10-17. В.Я. Эфрон

Москва, 2-го мая 1917 г., вторник

Милая Вера,

Завтра еду домой. Т° сегодня — в первый раз за 2 недели — 36,9.

Пусть завтра в 4 ч<аса> дня заедет за мной Маша. Напомните ей привезти Алино розовое ватное одеяло и дайте ей сдачу с 28 р<ублей> (пусть разменяет помельче!) И если можно пришлите еще 25 р<ублей>.

Другая просьба: завтра же запишитесь для Ирины в Детское Питание, на 4 кормления в день. Скажите, что ребенку 3 недели. Молока у меня определенно не хватает. Вчера проверяла. Главный врач сразу посоветовал Детское Питание. (Буду чередовать себя с ним). — «Кормилицы Вы сейчас не достанете — и не ищите! А молоко в Д<етском> П<итании> стерилизов<анное>, отлично приспособл<енное> для каждого детского возраста. За успех такого прикармливания ручаюсь. Но придется Вам лето посидеть в Москве».

_____

Так что, Вера, непременно завтра же запишитесь. Буду брать с 4-го числа. Спросите у Аси ^[607], как это делается, и можно ли брать молока на 4 кормления в день. (Кажется — на кажд<ый> раз бутылочка).

Целую Вас и Магду ^[608]. — Мне так совестно за свои вечные просьбы, но скоро я буду здорова и всё это кончится.

МЭ

Впервые — НИСП. стр. 240. Печ. по тексту первой публикации.

11-17. Е.О. Волошиной

<Рукой А. Эфрон.>

Милая Пра я тебя очень люблю. Ты хочешь меня увидеть? Пра, ты любишь Марину? Спасибо тебе за брошку. У меня есть сестра Ирина и есть Красная роза. Но мне жалко моря. Целую тебя и Макса. Письмо писала сама. Скоро напишу еще.

Аля.

<Рукой МЦ:>

Письмо всецело Алино, кроме

 . Она хотела писать еще и так писала бы до бесконечности, но чудная погода, — идем гулять. Нежно Вас целую, завтра напишу.

МЭ.

Москва, 13-го мая 1917 г.

Впервые — СС-6. стр. 81. Печ. по тексту первой публикации.

12-17. Е.Я. Эфрон

Милая Лиля,

Рабочие от Шора ^[609], неся вниз рояль, разбили почти все перила и сломали притолоку. Будьте добры, пришлите кого-нибудь починить, — перила почти целиком снесены, и ходить по лестнице опасно.

МЭ

Москва, 19-го. мая 1917 г., пятница

— Если Вы согласны произвести эту починку, ответьте мне пожалуйста через Машу.

Впервые — НИСП. стр. 241. Печ. по тексту первой публикации.

13-17. Е.О. Волошиной

<Конец мая 1917 г.>

Дорогая Пра, простите мне, что я так долго не писала.

Сейчас я с Асей, она в страшном горе, все сразу рухнуло. Были с ней вчера на кладбище и сегодня пойдем. Телеграмму мою в Харьков о смерти М<аврикия> А<лександровича> ^[610] она не получила и ехала в надежде застать его. Я ей все сказала на вокзале ^[611].

Целую Вас нежно, Аля в восторге от Вашего письма, уже наизусть его знает.

Спасибо за любовь.

МЭ

Печ. впервые по копии с оригинала, хранящегося в частном архиве. Датируется по содержанию.

14-17. Е.Я. Эфрон

Москва, 29-го июня 1917 г., четверг

Милая Лиля,

Сережа жив и здоров, я получила от него телегр<амму> и письмо ^[612]. Ранено свыше 30-ти юнкеров (двое сброшено с моста, — раскроенные головы, рваные раны, — били прикладами, ногами, камнями), трое при смерти, один из них — только что вернувшийся с каторги социалист. Причина: недовольство тем, что юнкера в с<оциал>-д<емократической> демонстр<ации> 18-го июня участия почти не принимали, — и тем, что они шли с лозунгами: «Честь России дороже жизни». — Точного дня приезда Сережи я не знаю, тогда Вас извещу.

Сейчас я одна с кормилицей и тремя детьми (третий — Валерий — 6 мес<яцев> — сын кормилицы.) Маша ^[613] — ушла. Кормилица очень мила, и мы справляемся.

О своем будущем ничего не знаю. Аля и Ирина здоровы, Ирина понемножку поправляется, хотя еще очень худа.

Пишу стихи, вижусь с Никодимом ^[614], Таней ^[615], Л<идией> Александровной ^[616], Бердяевым ^[617]. И — в общем — всё хорошо. Привет Эве ^[618].

МЭ

Спасибо за землянику Але, — не поблагодарила раньше, п<отому> ч<то> потеряла адрес.