Дорогая Варвара Петровна.

Я передал княгине^[164] Ваше поздравление и желание, и она сказала, что будет очень рада Вас видеть. От Москвы езды 10 час[ов] до Смоленска, а там 2 часа на лошадях.

Из Neuenahr’a^[165] я Вашего письма не получил. Немцы, верно, не переслали. О Школе ничего не знаю. Знаю только, что какие-то таинственные руки пытаются задержать перестройку. Зарубин подозревает Боткина или Китнера. Сам я теперь углублен в церковь^[166]. Кроме того делаю эскиз для Старинного Театра^[167], обдумывал «Пер Гюнта»^[168] и разрабатываю подробности балета «Праздники Весны»^[169], который мы делаем для Дягилева со Стравинским. Задумано и несколько новых картин. Словом, как будто еще есть что рассказать новое. В церкви, конечно, еще только все начинается, но к концу августа уже разбросают леса и откроют мозаику^[170]. Еще несколько добрых вестей есть из Парижа и из Рима^[171]. В Париже имела успех «Сеча при Керженце»^[172], а в Риме мои вещи очень понравились королеве^[173].

Что же у Вас делается? Когда Вы возвращаетесь в С[анкт]-П[етер]-б[ург]? Какие ближайшие планы? Очень мы были бы рады, если Вы собрались бы в Талашкино. Жена шлет Вам искренний привет. Где Александра Петровна?

Сердечно преданный Вам,

Н. Рерих

31

Н. К. Рерих — И. Ф. Стравинскому^[174]

23 ноября 1912 г. Санкт-Петербург

Сейчас выслал 24 костюма^[175] и две книги с образцами украшений. Хочу приехать в конце декабря. Куда?

Первое действие переделал по-новому — лучше! Привет С[ергею] П[авловичу]. Пишите, как и что.

Искренно преданный,

Н. Р.

Сцены из балета «Весна Священная» (1913).

Музыка И. Ф. Стравинского, либретто и эскизы декораций и костюмов Н. К. Рериха

32

Н. К. Рерих — И. Ф. Стравинскому^[176]

[16 декабря 1912 г.] Санкт-Петербург

Дорогой мой, спасибо за письмо^[177].

Удивляюсь, что Дягилев не известил, куда желателен мой приезд [в] конце декабря. Спросите его — в чем дело? Надо знать заблаговременно.

Делаю вариант 1-го акта^[178], без дерева получше. Какие Ваши сведения?

Желаю Вам и супруге^[179] бодрый праздник.

Ваш душевно,

Н. Р.

33

Н. К. Рерих — С. П. Дягилеву

[12/25 мая 1913 г.] [Париж]

Дорогой Сергей Павлович, посылаю тебе текст.

Сегодня я не буду утром в театре и прошу в понедельник показать мне костюмы не в 10 часов, а в 2 часа^[180].

Твой Н. Рерих

I. Поцелуй Земли

Возлюбил землю Ярило. Зацвела земля золотом. Налилась земля травами. Радость земли великая. Людям великий пляс и гадание. Собирают цветы, солнцу красному поклоняются. Сам старейший-мудрейший знает больше всех.

Приведут его сочетаться с землею пышною.

А утопчут землю страшною радостью великою.

II. Жертва великая

После дня и после полуночи. Камни заклятые по холмам лежат. Ведут девушки игры тайные. Ищут пути великого. Славят-величают жертву избранную. Призовут старцев, свидетелей праведных. Человеки-праотцы мудрые смотрят жертву великую. Воздадут жертву Яриле прекрасному, красному.

Н. Рерих

34

Н. К. Рерих — С. С. Митусову^[181]

[Не позднее 10 июня] 1913 г.[Санкт-Петербург]

Дорогой Степа,

Открыл письмо, чтобы узнать последние новости о бедном Игоре. Ему нужно очень поправиться^[182]. Сегодня переезжаем [в] Павловск^[183], приезжайте туда. В. И.^[184] шлет поцелуй. Привет мой Вашим и Мире и С. Л.^[185]

Ваш Н. Р.

35

Н. К. Рерих — Л. Н. Андрееву

3 декабря 1914 г.[Петроград]

Дорогой Леонид Николаевич.

Если слова трогают душу, то слово такого прекрасного, так близкого мне художника, как Вы, не только тронуло меня глубоко, но и принесло радость^[186]. За эту радость, которая так редка у нас сейчас, крепко Вас целую. Спасибо Вам великое. И Вы поймите, что я не боюсь принести Вам признание, что Ваше мнение принесло мне радость. У меня много врагов, но зато судьба устроила так, что «с гордостью могу называть врагов моих и с гордостью могу перечислить друзей». Судьба устроила так, что средь умершего «сегодняшнего» дня, среди пены и пыли жизни ко мне обращаются голоса таких людей, как Вы, которого так я люблю, ценю и чувствую. Ведь это же радость! Ведь это же настоящее! Еще радость! — среди испытанных голосов «специалистов» Вы заговорили о моей работе языком человеческим. Вы пишете, что можно ли говорить не специально. Да ведь это-то и важно, если что-либо может выйти за пределы специального — в жизнь, в душу, вне времени и скуки мертвого знания.

Много огня зажгли Вы вокруг себя Вашими словами; будет гореть огонь Ваших произведений надолго, ибо он горяч, но не тепл, ибо чувство Ваше глубоко, правдиво и вышло за пределы наших повседневных измерений.

Еще раз крепко, крепко целую Вас за радость. Каждое слово Ваше о моих вещах имеет для меня глубокое значение и светит мне в пути. Пути часто темны и загадочны, пусть будет всегда светел Ваш путь.

Предан Вам сердечно и глубоко люблю Вас.

Н. Рерих

36

Н. К. Рерих — П. П. Гнедичу^[187]

[Не ранее 17 декабря 1914 г.] Петроград

Милостивый Государь Петр Петрович.

Охотно принимая предложение Комитета^[188], сообщенное мне Вами от 17 декабря 1914 года, имею честь покорнейше просить Вас не отказать сделать выбор предметов из моей коллекции орудий каменного века для временного выставления в вверенном Вам Музее Общества^[189].

Прошу принять уверения в моем глубоком уважении.

37

Н. К. Рерих — П. П. Гнедичу^[190]

18 мая 1915 г. Петроград

Милостивый Государь Петр Петрович.

Во исполнение Ваших со мною переговоров, согласно постановления Комитета ИМПЕРАТОРСКОГО Общества Поощрения Художеств, препровождаю при сем часть моего собрания каменного века в количестве 2568 экземпляров, расположенных на 78 таблицах, и 59 предметов, не нашитых на таблицы, а в общем 2627 экземпляров, которые прошу Вас принять для временного выставления в Музее ИМПЕРАТОРСКОГО Общества Поощрения Художеств.

Вместе с этим очень прошу Вас командировать служителя Музея в ИМПЕРАТОРСКУЮ Археологическую Комиссию, чтобы получить от члена Комиссии А. А. Спицына черепки сосудов каменного века из моей коллекции, у него в Комиссии находящиеся, о чем он через Н. Е. Макаренко уже предуведомлен. Указанными частями сосудов необходимо дополнить выставленную часть коллекции.

Выставленные предметы главным образом относятся к неолитическим стоянкам Новгородской и Тверской губерний. Кроме того выставлены предметы из Овруча, из Волосовской стоянки^[191], из Литвы (Виленская губерния), из Тульской губернии, из Сибири и Лифляндии. Для сравнительного изучения присоединены предметы из раскопок во Франции (Amiens^[192]), Бельгии, Швейцарии и Рейнских областей. Отдельные находки характеризуют каменный век в Италии (Рим, Верона, Перуджа, Орвието).