Перестав мять упругую задницу зельеварши, я отодвинулся от неё подальше и начал оглядывать свой цветник. Снаряжение у всех было в порядке, всё застёгнуто, подтянуто, подогнано. Оружие, закреплённое на спинах, не болтается. Наручные арбалеты отравленными стрелками заряжены.

Сделав вывод, что мы готовы, я пошёл первым к двери с Порталом. На той стороне нас ждала следующая по списку африканская страна, Конго. Этот дебютный Рейд в этом государстве мы проведём в ущелье Диоссо. Туда нужно будет добраться, двигаясь на юг от небольшой деревушки, куда нас сейчас переместит Тановышка.

* * *

Четверг (05.07)

Если вернуться в живописное ущелье, сверкающее розовыми, желтыми и апельсиновыми пятнами, жёны были бы не против, так как, впечатлённые природной красотой, Фармили в понедельник там с удовольствием, то от необходимости вернуться в Браззавиль, энтузиазма они не испытывали.

Вчера мы очистили в пригороде этого полуторамиллионного мегаполиса часть трущоб, и воспоминания об этом гадюшнике у всех Спутниц, даже Томы, были отвратительными. Грязно, влажно, убого, множество насекомых и ползучих гадов.

Но работа — прежде всего, так что никуда не деться, приходиться возвращаться. Зато чем больше пережитых вместе неудобств, тем и Синхронизация лучше растёт. После вчерашнего Фарма она люто скакнула вверх у Доры. Отношения Дора // Катя, Дора // Лика стали по восемь, Дора // Инга — семь, а Дора // Люда и Дора // Хася достигли капа.

Заражённых в этом городе было прилично, поэтому, глядишь, скоро на всех шеях жён появятся новые медальки. Африканский мегаполис был очень большим и сегодня мы навестим его не в последний раз. Завтра нам предстояло туда ещё раз вернуться, чтобы поговорить по душам с заражёнными сотрудниками штаб-квартиры нефтедобывающей компании Эльф-Конго, работающих в башне Намемба, самого высокого здания во всей Центральной Африки.

— Вань, можно я не пойду? — попросила Люда.

— Чёй-то?

— Перед выпиской мне контрольный медосмотр нужно сделать.

— Точно-точно, — вклинилась Надя. — Я тоже останусь, нужно обязательно помочь.

— И я…

— И я тоже…

Хлопнув по столешнице ладонью, я прекратил выслушивать гвалт причин, которыми Спутницы аргументировали своё освобождение от предстоящего возвращения в трущобы разделённых рекой столиц двух государств.

Это что за разговорчики на пустом месте! Этак мы в Африке до зимы проваландаемся. Никаких освобождений, ёлки-иголки. Только треш, только хардкорр! А вернёмся, все вместе и марроканцев осмотрим перед их выпиской. Давно уже пора закачивать эту тему.

Затолкав Спутниц в Портал, я оказался в Конго последним. В африканском городе наше появление никого не заинтересовало. Воспользовавшись Маскировкой, мы превратились в негров, выделяясь среди местных лишь своими габаритами.

Двигаясь по замусоренным вонючим улицам, я смотрел под ноги, чтобы не вляпаться в какую-нибудь дрянь. На часах показывало три часа дня, шумели, как всегда, площади и базары. В городе царила обычная суета, все было спокойно. Слышались гудки автомобилей, кудахтали разводимые, где придётся, местными курицы и петухи.

Расслабленность африканцев, которые казалось только и делали, что приплясывали, бухали и ругались между собой, оказалась заразной. Активно двигаться и воевать мне теперь не хотелось тоже. Все мы, казалось, забыли про танитов, сидевших за своими тонкими стенами из глины и соломы.

Хотелось поскорее вернуться домой и как следует вымыться в Бане, чтобы избавиться от вони, пропитавшей в этом месте кожу. Наконец, добравшись к первым целям, я распределил жён по позициям. Если всё пройдёт гладко, обойдёмся без контактного боя. Зной и зловоние заставляли желать боя лишь на дистанции, чтобы не замараться и не пропахнуть ещё сильнее. По моей отмашке Спутницы начали снимать со спин Луки и Арбалеты.

* * *

Воскресенье (08.07)

Нашпигованные болтами из Арбалетов таниты в Конго предоставили мне достаточно КСЕ, чтобы в очередной раз повысить Уровни Спутниц. У Инги он стал тридцать восьмым, а у Нади двадцать вторым. Поэтому на следующей неделе обе не участвующие в Рейдах жёны, продолжат организацию переезда марроканцев на их новое место жительства.

Комплексный медосмотр все временно размещённые у нас пленники магрибских колдунов в прошлый четверг прошли. Люда всех признала выздоровевшими. Но возвращаться обратно к себе домой они очень не захотели. Больше пяти десятков человек, с плачем, в тот вечер повалилось перед нами на колени.

Их поведение было тогда непонятным, но после того, как Дора поделилась с нами данными о тех, кого мы вернули в Марокко, всё стало ясно. Последняя группа марроканцев тоже поддерживала связь с уже вернувшимися от нас домой и не захотела разделить их судьбу.

Судьба похищенных женщин, подвергшихся поруганию на Востоке печальна. Они становились париями, лишившись возможности хоть сколько-нибудь подняться. Многие попали в бордели, чтобы не сдохнуть с голоду.

С мужчинами было не столь плохо. На Родине они могли и жениться, и устроиться на работу. Но далеко не всем вернувшимся это удалось. Конкуренция в их многолюдном Магрибе для низкооплачиваемых профессий очень велика.

В результате, на семейном совете, я решил поддержать предложение Алёны дружбу народов продолжить. Вернувшись к марроканцам, мы предложили им трудоустроиться на предприятиях петоводши. Птицеферма, коровник, теплицы, уже почти построенный рыбный завод требовали рабочих рук.

Кстати, некоторые из них оказались моряками, и их можно будет привлечь на наш сухогруз. Вчера я плотно пообщался с отцом Нади как раз на эту тему. Купленный зимою в Корее корабль, Тома, изредка, но регулярно привлекая меня и других жён, уже починила и модернизировала.

Судно сейчас было пришвартовано в порту Керчи. С Надиным, заметно помолодевшим после лечения у Люды, отцом я вчера провёл его осмотр. Старик, крайне скептически согласившийся зимой на моё предложение, когда я рассказывал ему о нашей затее с доставкой косметики, добравшись самолётом в Крым и увидев то, где ему предстоит работать, своим глазам не поверил. Чистенький, белоснежный, полностью функционирующий сухогруз казался детской игрушкой.

После вчерашнего дня ко мне и всем жёнам, помимо Нади, он стал относиться с большим уважением, ведь во время той инспекции никого кроме нас на палубе, в машинном помещении и рубке управления не было. Роли моряков выполняли Спутницы, я же выступил в качестве капитана.

Во время осмотра и небольшой практики, благодаря Навыкам Томы, мы поразили тестя своими познаниями в устройстве корабля и его управлении. Припарковав сухогруз обратно, мы потом посидели в ресторане, где я попросил тестя подобрать на судно команду. Он обещал подумать, знакомства среди мореходов у него остались.

Получатся ли из марроканцев моряки или нет, было не важно. Работы для них у нас было валом и на суше. Наше предложение жители Магриба приняли с энтузиазмом, особенно узнав об уровне оплаты и социальных льготах.

Лишь на свиноферму идти отказались, так как все поголовно были мусульманами. Получив в своё распоряжение ещё сотню гастарбайтеров, мы отвели их в тот же жилой дом, где уже обитала азиатская диаспора, выделив на этот филиал Магриба несколько подъездов по соседству с умелыми массажистками.

Так как к нам марроканцы прибыли из плена почти голыми, те, кто пожелал, немного обустроившись в жилом комплексе на фабрике, затем вернулись ненадолго в Марокко, чтобы прибарахлиться, забрать скарб и встретиться с родственниками. Я дал разрешение на то, что если кто-то из их семей пожелает перебраться на Урал тоже, то место для них тоже найдётся.

За ними Валя с Ликой вели дистанционное наблюдение, вмешиваясь, если возникали проблемы. Пару раз пришлось вызволять марроканок из рук беспринципных уродов, пожелавших поразвлечься с отверженными. Отыскали и тех, кого отпустили домой в первых партиях.