Та’ар-интеллекты успели собрать и обработать всю имеющуюся информацию, при этом скорректировав наш первоначальный план. Команды всех кораблей были готовы и ждали момента, чтобы показать себя. Но пока мы просто летели вперёд и не отвечали на атаки противника, только защищались и уничтожали снаряды, которые нам реально угрожали.

Вообще, раньше я не мог подумать, что сражения космических кораблей настолько сильно отличаются от любых наземных. Здесь всё происходило невероятно медленно: перестрелки на огромных расстояниях, обмен торпедами и ракетами задолго до того, как корабли смогут выйти на дистанцию огневого поражения. Выпуск множества противоторпед, противоракет, обманок и разных установщиков помех, которые впоследствии летят рядом с кораблём до тех пор, пока их не уничтожат или не вернут на борт.

У нас сейчас всё было несколько иначе, и большинство из этих мер не использовались. На вражеских радарах мы выглядели как один корабль — большой и неповоротливый, который был отличной мишенью для дальнобойного оружия заражённых. И мы вполне успешно справлялись с тем, чтобы опустошать оружейные склады противника.

Ближайшим к нам соединением оказалась группа из восьми средних кораблей, по классификации Федерации относящихся к корветам. Они находились друг от друга на минимально возможной дистанции и готовились открыть огонь из энергетических пушек — довольно мощных, чтобы одним залпом разобраться с крупным кораблём. Вот только наши щиты им не позволили этого.

А после первого вражеского залпа мы разделились, проведя очень сложный манёвр, прошедший без сучка и задоринки. Всё вышло в точности как на тренировках. Противник даже не успел понять, что происходит, как был окружён и в течение сорока минут полностью уничтожен.

Мы и не предполагали, что у нас выйдет так легко разобраться с первым серьёзным препятствием. Впрочем, противник также не предполагал этого и поэтому впал в ступор, не успев ответить до того момента, как мы вновь собрались и исчезли с их радаров, чтобы вскоре вынырнуть уже в другом месте и нанести ещё один болезненный удар.

Только после этого диверсионная группа получила сигнал, а мы продолжили выполнять свою часть, позволяя подходить основным силам Вериго. Так продолжалось следующие шестнадцать часов, за которые мы смогли уничтожить ещё двенадцать лёгких кораблей и даже подбить одного тяжеловеса.

Уж не знаю, почему он оказался здесь, но решил, что сможет разобраться с наглыми выскочками, и словил от беспилотников Марка несколько точных попаданий по критическим узлам, после чего начал срочно отступать, отстреливаясь от нас всеми возможными способами. Добивать его было нельзя — все тяжёлые корабли должны были стать нашей добычей и впоследствии присоединиться к флоту Вериго.

— Икар, у нас всё готово, — ещё через три часа вышел на связь Проповедник, а это могло означать только одно — диверсионный отряд выполнил свою задачу. Насколько удачно, мы пока не могли проверить, только перейти в полноценное наступление. И вот только здесь я узнал, что такое настоящее космическое сражение.

— Мы до последнего не хотели думать, что кто-то из стаи может предать. А это оказался тот, на кого отец возлагал больше всего надежд. Что же, придётся доказать, что он ошибся, когда дал тебе столько свободы. И вот к чему это привело, — произнёс старший брат Рэма и, не дожидаясь ответа, обернулся волком.

Практически таким же белоснежным, как и Рэм, только одна лапа была покрыта тёмными пятнами, словно он наступил в грязь. Да и размерами этот волк заметно уступал младшему. Вот только он был не один. Рядом с ним появился ещё один волк — на этот раз полностью чёрный.