Африканский танец, в свою очередь, тоже сумел оставить свой глубокий след в современной мировой танцевальной культуре. Латиноамериканская румба зародилась в бараках рабов на кубинских сахарных плантациях, где преобладающим влиянием пользовались выходцы из Конго и Анголы, ещё помнившие африканские танцы юка и макута. Зародившийся среди освобождённых потомков африканских рабов на улицах бразильского города Баия в конце XIX в., танец самба быстро распространился по всей стране и стал не только визитной карточкой бразильского карнавала, но и одним из символов Южной Америки в глазах всего мира. Его истоки видят в традиционных танцах островов Зелёного Мыса и Конго. Аргентинское танго тоже появилось на свет не в последнюю очередь благодаря кандомбе – танцам уругвайских чернокожих рабов, некогда привезённых сюда из Южной Африки.
Танцоры на ходулях ждут своего выхода, чтобы принять участие в священном танце масок, Мали
Впрочем, парного танца типа танго в Африке, конечно, не встретишь. Танцы здесь вообще обычно распределены по половому признаку, и даже если к танцу допускаются и мужчины, и женщины, касаться друг друга им строго запрещено. Танец вообще существует вовсе не для развлечения, хотя эту функцию он, конечно, несёт. Но первичное значение танца, как и музыки, в целом религиозное. Это относится в первую очередь к танцам масок, далёких предков южноамериканских карнавалов, в которых имеют право принимать участие лишь специально обученные танцоры, одевающиеся в костюмы тотемных животных, божеств, духов или предков. Танцы масок активно используются при похоронах вождей, при инициации юношей и девушек, во время других культовых церемоний.
ОДНИМ ИЗ САМЫХ ИЗВЕСТНЫХ ТАНЦЕВ АФРИКИ ЯВЛЯЕТСЯ АДУМУ – ТАНЕЦ ВОСТОЧНОАФРИКАНСКОГО НАРОДА МАСАИ, ТРАДИЦИОННО ИСПОЛНЯВШИЙСЯ ПО СЛУЧАЮ ИНИЦИАЦИИ ВОИНОВ, А СЕГОДНЯ ЧАЩЕ В КАЧЕСТВЕ ПРИВЕТСТВИЯ БЕЛЫХ ТУРИСТОВ. ОН ЗАКЛЮЧАЕТСЯ В ТОМ, ЧТО ОДИН ИЛИ ДВОЕ УЧАСТНИКОВ СТАНОВЯТСЯ В ЦЕНТР КРУГА И ИЗО ВСЕХ СИЛ ПРЫГАЮТ В ВЫСОТУ ПОД ХОРОВОЙ АККОМПАНЕМЕНТ. ЗАТЕМ ИХ СМЕНЯЮТ СЛЕДУЮЩИЕ ПРЫГУНЫ. СОБСТВЕННО, В ЯЗЫКЕ МАСАИ СЛОВО АДУМУ И ОЗНАЧАЕТ «ПРЫГАТЬ».
Практически любой танец в Африке призван изобразить какую-либо сцену или сымитировать поведение того, кого представляет собой танцор. Некоторые исследователи полагают, что танец и зарождался как спектакль – наподобие тех танцев-пантомим, которые известны сегодня у пигмеев Центральной Африки. Во время танца они рассказывают аудитории о прошедшей охоте, движениями имитируя поочерёдно крадущегося охотника, настороженную собаку, пугливую антилопу или агрессивного лесного слона. В Южной и Западной Африке известны танцы воинов, имитирующие схватку с врагом. Впоследствии такой танец становится более символичным, однако и сегодня танцы скотоводов имитируют движения быков, а танцор в маске повторяет движения, характерные для животных или людей, дух которых вселяется в него во время танца.
Африканский танец – это отражение африканской жизни: и рассказ, и театр, и концерт одновременно.
НОЛЛИВУДСКАЯ УЛЫБКА
Я понял: чтобы достучаться до своего народа, мне придётся научиться снимать кино. Увидеть и понять фильм смогут и неграмотные. Режиссёр Сембен Усман
Что мы знаем об африканском кинематографе? В нашей стране африканские фильмы широкому зрителю практически не демонстрируются, а киноманам известен разве что южноафриканский хит «Боги, должно быть, сошли с ума» (1981) и его продолжение. На больших экранах африканские фильмы появляются крайне редко, и то в основном в рамках кинофестивалей, и «чёрное» кино почти никому не известно, разве что редким и искушенным киноманам, готовым потратить и время и силы на поиски африканских бриллиантов в недрах всемирной сети. Африканский кинематограф сегодня развивается семимильными шагами. Его считают одной из новых мировых киношкол. В одной Нигерии ставший уже знаменитым Нолливуд выпускает в месяц 200 фильмов, обойдя по этому показателю все кинокомпании США, вместе взятые. Доход нигерийской киноиндустрии в год достиг 250 млн долл.
А ведь, как писал Жорж Садуль во «Всеобщей истории кино», «в 1960 году, через 65 лет после изобретения кинематографа, еще не было создано ни одного подлинно африканского полнометражного фильма, то есть написанного, сыгранного, снятого и смонтированного африканскими неграми и озвученного на одном из африканских языков».
СОГЛАСНО ОТЧЁТУ ЮНЕСКО, В 2006 Г., В ПЕРИОД РАСЦВЕТА «ДОКРИЗИСНОГО» КИНЕМАТОГРАФА, В ИНДИИ БЫЛ ВЫПУЩЕН 1091 ФИЛЬМ, В НИГЕРИИ – 872, А В США – 485.
Кинематограф Африки развит неравномерно. После того как в 1909 г. тунисский фотограф Шмама Шикли заснял родной город на киноплёнку с воздушного шара, лидерство в кино на африканском континенте на несколько десятилетий заняла Северная Африка. В Египте в 1927 г. на экраны страны вышел первый художественный фильм – «Лейла» А. Галаля, а уже в следующем десятилетии страна стала лидером не только африканского, но и ближневосточного кинематографа. Как в ранних, так и в последующих египетских лентах преобладают рвущие душу мелодрамы с их гиперболизированными до степени ненатуральности страстями и героями, лишёнными рассудка от любви или ненависти. В центре сюжета, как правило, находятся влюбленные, попавшие в роковые обстоятельства и вынужденные переносить множество испытаний и житейских трудностей. Но в финале, преодолев все преграды, вызванные кознями злоупорных соперников и примкнувших к ним родичей, они соединяются в законном исламском браке.
К египетскому кино в середине века прибавляется алжирское: здешние режиссёры были хорошо знакомы с гениями французского кинематографа и прошли во Франции отличную школу киноискусства. В 1970-е гг. алжирское кино по многим показателям начинает превосходить египетское. Однако в этот период к югу от Сахары уже складывается кино Чёрной Африки. Колониальный период оставил новым независимым государствам Африки лишь мизерное число кинотеатров, принадлежащих в основном западным компаниям (в Того в 1960 г. функционировал только один, а в Нигере – два кинозала), но не оставил ни съемочных павильонов, ни лабораторий, ни специалистов, ни киношкол. Правда, службы кино в той или иной форме существовали во всех африканских колониях, но в их задачи не входило создание национального киноискусства. Ленты, которые они выпускали или помогали выпускать, разумеется, не имели отношения к суверенитету народов Африки. В лучшем случае эти картины входили в «тарзанью» серию, в худшем – прославляли империалистические походы западных колонизаторов. Таков, например, был фильм «Люди двух миров» Т. Дикинсона, оправдывающий британское господство в Африке. К югу от Сахары кино снимали только европейцы, используя Африку в качестве экзотической декорации.
Сембен Усман
Хотя повсеместно считается, что день выхода на экраны фильма «Borom Sarett» выдающегося сенегальского режиссера Сембена Усмана (1963) является днём рождения нового африканского кинематографа, первые собственные фильмы появились в Тропической Африке ещё в 1950-х. Пионерская лента, снятая африканцем на Чёрном континенте, – документальная картина суданца Гадаллы Губара «Песнь Хартума». Он показал Хартум того времени: в фильме современный город, архитектура, магазины, ночные клубы, мода, перемежаются с фольклорными элементами танца мечей. Автор «Borom Sarett» пошёл по иному пути: в своём рассказе о жизни возчика, пострадавшего от внедряемых новой администрацией порядков, он защищает интересы бедняков Дакара, одного из зарождавшихся африканских мегаполисов. Этот короткометражный фильм, знаменующий собой символическое обретение голоса, способствовал пробуждению самосознания и проторил дорогу целым поколениям кинематографистов, глубоко укоренённых в культуре родного континента.
