детьми, чем отцы, особенно в младенческом возрасте ребенка, и данные показывают «очень

низкий уровень участия отцов» в этот период. Матери проводят на 50% больше времени, чем

отцы, с детьми в детских садиках вплоть до четвертого года пребывания там ребенка*.

Участие мужчины в воспитании детей возрастает, когда дети становятся старше, — и из-за

того, что тут нужен другой тип участия, и, возможно, из-за того, что это уже становится более

«занятно» для самого папы. Но когда исследователи задали вопрос о времени, затраченном

каждым родителем на детей отдельно от другого родителя, то выяснилось, что отцы

проводили с детьми в среднем только 5,5 часов в неделю, а материнское время составляло в

среднем около 20 (19,5) часов в неделю — разница в 350%. Мужчины склонны дольше

оставаться на работе, когда в семье появляются дети. Частично это происходит потому, что

мужчине надо больше заработать для содержания детей, а частично потому, что они этого

хотят и просто могут себе позволить. Их жены, конечно, проводят меньше времени на работе,

таким образом расширяя тендерный разрыв и на работе, и дома. «Тендерный разрыв

существует даже без детей, — замечает социолог Бет Энн Шелтон, — но усиливается с

появлением

49

детей в семье» .

Дети же учатся тендерным ожиданиям, следуя родительским урокам. Одно исследование 1991

г. показало, что дочери женщин, работающих полный рабочий день, тратят более 10 часов в

неделю на домашнюю работу; сыновья же тратят меньше 3 часов в неделю. Это исследование

застанцяет меня думать, что адекватной реакцией на вдохновленное феминистками движение

«Ваша дочка — вместе с вами на рабочем месте», которое призывало родителей брать дочерей

с собой на работу, чтобы объяснить им, что это такое, и продемонстрировать, что у мам тоже

есть амбиции, был бы Национальный день сыновей в воскресенье днем, когда отцы будут

показывать съоим сыновьям, как мыть посуду, заниматься стиркой, заправлять кровати и

пылесосить полы (конечно, если отцы знают, как все это делается!).

В американских детских садах распространена практика, в соответствии с которой родители не просто приводят и

оставляют детей, но некоторое время находятся там вместе с ними. — Прим. ред.

211

Все же существуют основания для вывода, что роль отца в воспитании детей меняется. Главный

стимул к большему участию мужчин в домашнем труде они ощутили как отцы, а не как мужья.

Мужчины, кажется, придерживаются противоречивых идей о том, как оградить и защитить своих

жен от жизненных неприятностей, но при этом стойко отказываются исполнять такую

унизительную для них задачу, как чистка туалета. Согласно демографу Марте Фарнсуорт Риш,

«серьезный урок прошлых пятнадцати — двадцати лет состоит в том, что в целом мужчину не

волнует, чист ли и опрятен ли его дом». Или, как заметила устало одна жена, «я делаю свою

половину работы, я делаю половину от половины работы [моего мужа], а остальное остается не

сделанным»50.

В роли отца мужчина, очевидно, желает делать побольше. Опрос, проведенный журналом

«Ньюсуик», показал: 55% отцов утверждают, что быть родителем для них значит больше, чем

значило когда-то для их отцов, и 70% мужчин говорят, что они проводят больше времени со

своими детьми, чем их отцы проводили сними. Входе исследования 1995г., профинансированного

Институтом семьи и труда, 21% из 460 опрошенных мужчин утверждали, что они предпочли бы

быть дома и заботиться о своей семье, если бы были достаточно богаты, чтобы обеспечить всей

семье комфорт. (Это — фактически довольно низкий процент, ведь они определяли такой

прожиточный минимум в сумму более 200 000 долларов51.)

Мужчины получили значительную поддержку в их стремлении к более активному отцовству. В

книге доктора Бенджамина Спока «Ребенок и уход за ним», являющейся бестселлером на

протяжении многих десятилетий, отмечается (и, пожалуй, даже поощряется) изменение во

взглядах на р'оль отца в воспитании детей. В первом издании (1946) доктор Спок предположил,

что мужчину следует хотя бы немного вовлекать в процесс воспитания детей.

«Некоторые отцы до сих пор считают, что забота о младенцах и детях — полностью работа

матери. Это — неправильная идея. Вы можете быть нежным отцом и настоящим мужчиной

одновременно... Конечно, я не имею ввиду, что отец должен дать столько же бутылочек с

кормлением и заменить столько же подгузников, сколько и мать младенца. Но было бы прекрасно,

если бы он иногда всем этим занимался. Он мог бы приготовить детское питание в воскресенье».

В седьмом издании (1998), однако, доктор Спок отмечает изменения, которые частично помогла

вызвать его работа:

212

«Мужчины, особенно мужья работающих женщин, принимают все большее участие в домашней

жизни и уходе за детьми. Нет никакой причины, по которой отцы не были бы способны делать все

это не хуже матерей... Но преимущество может быть потеряно, если занятия с ребенком

оказываются для мужа не работой отца, а просто желанием великодушно угодить своей жене»52.

Однако участие американских мужчин в уходе за детьми и воспитании их в два раза отстает от

уровней такого участия в других индустриальных странах, как, например, в Австралии, Канаде и

Нидерландах. В Великобритании этот уровень приблизительно на 40% выше. Бывшая конгрессмен

Пат Шредер имела обыкновение рассказывать, как это происходило в ее семейной жизни. После

ее первых выборов ее муж заявил журналисту «Редбук», что именно он возил их детей к педиатру.

Прочитав интервью, она немедленно позвонила мужу и сказала: «Даю 500 долларов, если ты мне

назовешь фамилию этого педиатра». Он несколько смутился, но ответил, что подразумевал свою

готовность отвозить детей к детскому врачу, если бы она его об этом попросила53.

Этот случай говорит и о другом. Мужчины постоянно утверждают, что хотели бы проводить

больше времени со своими детьми и семьями — если бы могли. «Никакой мужчина, даже на своем

смертном одре, не будет сожалеть, что провел слишком много времени в кругу семьи», — сказал

сенатор Пол Тсонгас, когда оставил работу в Сенате. Многие мужчины говорят, что хотят сделать

больше, но требования работы постоянно им мешают. Другие боятся, что их коллеги и боссы

обратят внимание на их меньшую преданность карьере, боятся прозвища «упертого папаши», из-за

которого не будет никакого карьерного продвижения. Другие, однако, все больше восстают про-

тив незыблемых идей о том, что значит быть мужчиной. «Человеком, которому я навредил больше

всего, когда находился далеко от детей, пока они росли, был я сам, — сказал печально один

мужчина. — Я позволил моему желанию заботиться о детях иссякнуть».

У некоторых мужчин (и женщин) эти желания переходят в действие. Входе исследования,

финансировавшегося корпорацией «Дюпон», 47% женщин и 41% мужчин-менеджеров сказали

своим супервайзерам, что не смогут поменять место жительства, даже если этого от них потребует

карьера; 32% женщин и 19% мужчин сказали своим боссам, что не будут брать работу, которая

предполагает много командировок; 7% женщин

213

и 11 % мужчин уже отказались от предложенного продвижения по работе. Желание проводить

больше времени с семьей — обычные и уже приевшиеся мужские причитания; но реально

пожертвовать карьерными амбициями ради семьи — это новая тенденция, когда говорят

поступки, а не слова54.

Последний пример: много современных спортивных историй говорят о мужчинах, которые

переносят свою агрессию со спортивного состязания в повседневную жизнь — опрокидывают

автобусы, насилуют своих подруг во время свидания, избивают жен. Но по крайней мере один