голос, мужчина с бородой, высокая женщина, и респондента спрашивали, какие из этих черт

вызывают у него или нее симпатию или неприязнь. Предлагался список детских книг

(«Робинзон Крузо», «Ребекка с фермы

121

Саннибрук», «Маленькие женщины», «Биография гризли»), в котором надо было указать

любимые и нелюбимые, какие из них читали или нет.

Личность, обусловленная гендером

Здесь предлагался список известных людей, и респоденты указывали, кого они знали/не

знали, любили/не любили (Бисмарк, Ленин, Флоренс Найтингейл, Джейн Адаме). (Очевидно,

что тот, кто не читал книги или не знал об известном человеке, мог попасть как в гендерно

адекватную, так и в гендерно неадекватную группу.)

Были также вопросы о том, что вам нравилось бы рисовать, если бы вы были художником

(корабли или цветы), о чем вам хотелось бы писать, если бы вы были газетным репортером

(несчастные случаи или театр), и где бы вам хотелось путешествовать, если бы у вас было

много денег (охотиться на львов в Африке или изучать традиции; изучать разные религии или

смотреть, как наказывают преступников). Наконец, тест включал сообщение о себе самом или

самой, о собственном поведении и ценностях респондента. Вопросы, на которые надо было

ответить «Да» или «Нет» (здесь даны вопросы, на которые засчитывался ответ «Да»),

включали:

Вы не очень-то любите принимать ванну? (+) Тщательно ли вы следите за тем, что надеть? (-) Вам

когда-либо говорили, что вы слишком много разговариваете? (+)

Вас наказывали когда-либо несправедливо? {+) Вы когда-либо вели дневник? (—)

Исследование Термана и Майлз позволило новому поколению психологов выстроить

континуум между мужественностью и женственностью, на котором стало возможно

разместитьлюбо-го индивидуума и таким образом определить степень принятия им или ею

своей тендерной идентичности, выяснив, насколько его или ее черты характера, установки и

поведение соответствуют его или ее тендеру. Если мальчик или девочка проявляли

соответствующие черты характера и установки, родители могли быть уверены, что их ребенок

развивается нормально. Если, однако, ребенок показывал высокий результат на «несоответ-

ствующей» стороне континуума, могли быть использованы стратегии для изменения ситуации

и приучения ребенка к более правильному тендерному поведению. Артистичного мальчика

подталкивали к грубым и подвижным играм; девчонку-сорван-

122

ца переодевали в платьица с рюшечками, заставляя спокойно читать «Ребекку с фермы

Саннибрук», вместо того чтобы лазить по деревьям. За всеми подобными вмешательствами

скрывался призрак изнеженного мальчика и гомосексуального мужчины, у которых, по

мнению Термана и Майлз, а также и других психологов, были проблемы с тендерной

идентичностью. Вслед за Фрейдом они полагали, что гомосексуализм — тендерное нару-

шение. Психолог Джордж В. Генри писал в 1937 г.:

«В значительном большинстве... случаев склонность к гомосексуальности, проявляющуюся на

уровне установок и поведения, можно наблюдать уже в раннем детстве... В той мере, в какой

его (ребенка) интересы, установки и поведение дисгармонируют с его реальным полом, он

рискует столкнуться с обстоятельствами, которые усилят его девиацию. Мальчики даже

несколько более уязвимы, чем девочки, и если они проявляют чрезмерно женственные

склонности, то к ним нужно отнестись с особым вниманием и дать им возможность развить

мужские характеристики»7.

Фрейдистская психоаналитическая теория породила несколько различных традиций в

психологии. Некоторые ученые, занимающиеся проблемами психологического развития чело-

века, стремились классифицировать последовательности или стадии тендерного и

сексуального развития, поскольку дети проходят через психологические стадии,

соответствующие физиологическим изменениям. Другие психологи использовали различные

статистические тесты для более точного измерения различий между мужчинами и женщинами

в разных возрастных категориях. Феминистские психоаналитики применяли учение Фрейда и

его последователей для выявления явного или скрытого использования мужественности как

нормативной ссылки, по отношению к которой прослеживаются и понимаются все стадии

развития. И наконец, некоторые психологи стремились установить социальные требования

для мужских и женских половых ролей.

Теории когнитивного развития относят «спусковой механизм» тендерного развития и

формирования тендерной идентичности к несколько более позднему времени, чем период

раннего детства. Эти психологи утверждают, что дети рождаются более или менее гендерно

нейтральными, т.е. нет никаких важных врожденных биологических различий между

мальчиками и девочками, которые объясняли бы более поздние тендерные различия. По мере

своего развития дети пропускают новую информацию через «когнитивные фильтры», что

позволяет им

123

интерпретировать информацию о тендере. Швейцарский психолог Жан Пиаже исследовал

определенные последовательности в развитии детского самовосприятия и взглядах ребенка на

мир. Дети — активные участники своей собственной социализации, утверждает Пиаже, а не

просто пассивный объект внешнего социального влияния. Пиаже применял эту модель к

когнитивному развитию, указывая на последовательности задач и умственных процессов,

свойственные детям различных возрастов8.

Лоуренс Кольберг применил модель последовательного когнитивного развития Пиаже к

приобретению ребенком устойчивой тендерной идентичности. Одна из центральных задач

развития ребенка с раннего детства, по его мнению, состоит втом, что ребенок должен

маркировать себя как мужчину или как женщину. Определенная точка времени, в которой

ребенок обучается тому, что «я — мальчик» или «я — девочка», является моментом, после

которого самоидентификация, по всей видимости, фиксируется. Такое решение носит

когнитивный характер как часть модели интеллектуального развития ребенка. С первых лет

своей жизни ребенок развивает познавательный «фильтр», с помощью которого новая

информация, поступающая из социального мира, интерпретируется и используется в

соответствии с ее приемлемостью для его или ее тендерной идентичности. Уже в возрасте

двух лет дети обладают относительно устойчивым восприятием себя как человека

определенного тендера, и выработанная ими классификация, пишет Кольберг, «в основном

является когнитивным суждением о действительности, а не продуктом некоего социального

вознаграждения, родительских объяснений или сексуальных фантазий». Вещи, люди и

действия маркируются по принципу — «это подходит для того, кем я являюсь», или «это не

подходит». Сообщения, закодированные определенным способом, воспринимаются

мальчиками, а закодированные другим способом — девочками9.

Согласно этой теории тендерная идентичность маленьких детей зависит от конкретных,

физических признаков, таких, как одежда, прическа, размер тела — с помощью этих маркеров

происходит классификация мира на два тендера. Мальчики никогда не носят платья и коротко

острижены; девочки носят платья и имеют длинные волосы. Многие дети полагают, что могут

изменить свой тендер с помощью стрижки или одежды, поскольку для них тендерная

идентичность конкретна и соотносится с физическими признаками. Некоторые дети рас-

страиваются, если их родители ведут себя не в соответствии

124

с тендерными нормами (например, папа несет мамину сумочку, а мама заменяет

автомобильную шину). Только в пять-шесть лет большинство детей проходят ту стадию в

познании, когда тендер для них становится неотъемлемым атрибутом человека, а не