Засунуть ему в карман лакомства для Джуна не составило труда, так что маленький воришка, сам обладающий большим опытом обирание чужих карманов, ничего не почувствовал и даже не увидел.

- Хван! - возмутилась Юна. – Мы же договаривались! Фрукты ещё туда-сюда, и только которые скоро выбросят, но воровать что-то другое – ты не имел права.

Воспитанница местного детского дома Юна, так же как и Хван, закрывала глаза на случаи воровства другом фруктов или овощей, но категорически была против воровства чего-либо другого. Сама подобным не занималась, но благосклонно разрешала делать это Юну. С фруктами и овощами в детском доме было от слова – никак! И их можно было получить только таким, совсем незаконным способом. А детские организмы требовали «вкусняшек», которые невозможно было достать по-другому.

Местные хозяева магазинов в большинстве своём знали, но закрывали глаза, если воспитанники местного детского приюта не пересекали определённых границ. Похищение подпорченных продуктов не считалось кражей. И пара стащенных яблок или огурцов не вызвали гнева у продавцов.

- Тётушка, я ещё яблок у вас взял, - в магазинчик вернулся Джун. – Вот, возьмите деньги, - положил несколько купюр за украденные яблоки и те, что, отпустив парня, положил в сумку для себя и братьев.

- Джун, не надо, - попыталась вернуть часть денег тётушка Ма, видевшая мелкую кражу, но не собирающаяся ничего делать по этому поводу, но Джун улыбнулся и вышел из магазина.

- Юна, я тебе клянусь! – прижал руку к груди напротив сердца Хван. – Я их не воровал, - лицо покраснело, а голос задрожал от искренности.

- Да? И как же они у тебя в кармане оказались? – она ему не сильно поверила.

- Это он подсунул, - дошло до парнишки.

- Кто? – он Юну совсем запутал.

- Тот, который меня поймал…

**********

- О, а вы куда? – Джун вернулся в дом и увидел, что братья куда-то собираются.

- Надо сходить в магазин, купить раскладушки и постельное белье, - ответственно заявил Чон Хо, а Сон Хо согласно кивнул.

- Не стоит, - Джун приподнял сумку и показал братьям. – Я вам купил надувные матрасы, подушки, одеяла и постельное бельё.

- О, классно, - обрадовался младший, ухватил сумку. – Супер! – он быстро вытащил из сумки постельные принадлежности и убежал наверх с ними, обустраивать постели для себя с братом.

- Мы тебе деньги вернём, - заверил Джуна Чох Хо. – Как раз сегодня собираемся на заработки.

- Это куда? – решил поинтересоваться Джун, выкладывая в холодильник продукты.

- Хотим съездить в районы Хондэ и Мёндон (место сбора уличных артистов, музыкантов, - прим.).

- Да? – убрав продукты в холодильник, Джун стал мыть руки. – Слушай, а что за дети по улицам района бродят?

С момента появления в Добонге, он не особо обращал внимание на шныряющих по району детей обоего пола. Не до того было, а после поимки маленького воришки, решил поинтересоваться у старожила.

- Что-то случилось? – мгновенно озаботился Чон Хо. – Тебя обокрали? – несмотря на то, что Джун ничего не сказал про инцидент, старший брат сделал правильные выводы.

- Ничего такого, - успокоил тот его. – Просто обратил внимание.

- Так это из местного детского дома, наверняка, - не дождавшись разъяснений, продолжил Чон Хо. - Он тут недалеко находится. Минут пятнадцать пешком идти.

- Детский дом? Здесь? – удивленно посмотрела на него Джун. – И давно он здесь?

- Сколько себя помню, - грустно сказал Чон Хо. – Когда мы сюда переехали с родителями в этот дом, то детский дом уже работал несколько лет.

- Подожди, - почесал висок Джун. – А почему вы не в нём оказались? Почему вас в Пусан отправили?

- Согласно постановления от Министерства образования, науки и техники Коре, оставшиеся без родителей дети в сознательном возрасте должны проживать в детских домах и приютах, расположенных в других регионах, - казённым языком продолжил Чон Хо. – Чтобы не испытывали страданий, из-за проживания в той местности, где они потеряли родителей, - он закончил говорить казённым тоном и продолжил: - Как-то попадалась мне на глаза бумага с этим текстом, вот и запомнил.

– А те, от кого отказались в роддоме или подкинули? – любопытствовал дальше Джун.

- В отношении детей, от которых отказались или подкинули – в любой ближайший приют отправляют, - ответил ему Чон Хо.

- С финансированием, как я понимаю, там не очень, - Джун вспомнил пропорции тела Сон Хо, который для его возраста выглядел далеко не на свой возраст, что могло говорить, как о генетике, так и о банальном недоедании.

- На еду для детей хватает, - поморщился Чон Хо. – Без деликатесов и чего-то особо вкусного, конечно. А вот на одежду и всё остальное – государство денег практически не даёт, увы. Немногочисленные спонсоры занимаются благотворительностью, выделяют деньги. Есть даже очень образцовые детские дома, где на одежде, мебели и ремонтах не экономят. Но таких заведений штук пять на всю страну. Остальные прозябают. Не каждый богатый человек готов тратить свои деньги на отбросы общества, - его глаза стали очень злыми.

- Пять образцово-показательных: потешить своё эго, а остальные пусть живут как хотят, - сжал губы Джун. – На сиротах экономят, как всегда. Только вот с переселением детей в другие города – не вижу логики.

- У бюрократов с ней не очень, - согласился Чон Хо. – Только это ничего не меняет.

В этот момент сверху спустился Сон Хо, успевший надуть матрасы и застелить их бельём.

- Ну не будем о грустном, - решил не продолжать Джун, видя не самые радостные выражения на лицах братьев, вспомнивших своё нахождение в детском доме.

- Да, действительно, - вздохнув сказал Чон Хо. – Ладно, Сон Хо, давай, будем собираться.

Младший кивнул, а потом шагнул за диван, наклонился и вытащил сначала кофр прямоугольной формы, а потом чехол очень знакомыми для Джуна изгибами.

- Вроде не было у вас, - заинтересованно рассматривал Джун кофр и чёхол. – Инструменты?

- Мы, когда в дом полезли, то их на улице оставили, - ответил ему Чон Хо. – Честно говоря, забыли про них. А когда ты ушёл, то вспомнили и в дом занесли.

- Супер, а что у вас там? – он сам не понял, но почему-то ему очень захотелось посмотреть на инструменты, а в особенности на гитару.

- Электрогитара, не самая дорогая, производство китайской компании Terris. У них на острове производят разные музыкальные инструменты. Не самая лучшая, конечно, но для нас сойдёт, - пояснил Чон Хо. – А это переносная колонка фирмы «Yamaha», - и младший приподнял прямоугольный кофр, демонстрируя Джуну. – Здесь ещё в специальном отделении две гарнитуры с микрофонами. Можно к гитаре и колонке подсоединить.

- Китайской? – не понял Джун. – А как же название Синай?

- Чан Кайши после эвакуации на Тайвань со своими сторонниками объявили о создании Китайской республики, а его последователи не стали ничего менять. Так что китайцы сейчас только на этом острове, а на материке – синайцы.

- Чудны дела твои, господи, - не совсем понятно для братьев высказался Джун. – Так вы уличные музыканты. И не плохие, как понимаю, да?

- Да какой там, - огорчённо махнул рукой Чон Хо. – Так, любители.

- У брата голос хороший и на гитаре он очень неплохо играет, - гордо заявил младший. – А я так, гнусавлю, да тяжелое таскаю. А брат почти айдолом стал.

- Хватит меня хвалить, - смутился Чон Хо. – Я даже трейни не был, так что прекрати Сон Хо, - грустно посмотрел на брата.

Интересная судьба у парней, подумал Джун, а потом спросил:

- Где-то выступаете? Рестораны, бары?

- Какое там! - рассмеялся Чон Хо. – Для этого мы не настолько хороши. В Пусане повезло, смогли устроиться в небольшое кафе, имеющее малюсенькую сцену, там зарабатывали деньги на одежду и сладкое. Кстати, из накопленных денег, купили билеты в Сеул.

- А здесь где предполагаете выступать?

- Я тебе говорил про улицу Мёндон, в районе Синчхон, а также про район Хондэ, а по выходным можно выступать в Хонгик. В ресторан нас не возьмут из-за брата, - он кивнул на него. – Так что только улицы остаются.