- Но это очень много, я… - закончить тётушка не успела.

Раздался звук удара чего-то тяжёлого об твердую поверхность.

- … Заткнись и плати! Иначе… - заорал вымогатель, сразу же после резкого звука.

- Аджумма, всё в порядке? – Джун выскочил из узкого коридора в основное помещение магазина и увидел, что перед прилавком напротив тётушки Ма стоит молодой парень лет двадцати трёх, в кожаной куртке и джинсах чёрного цвета. Классический «прикид» для местного преступного элемента.

Парень удерживал в правой руке телескопическую дубинку, чуть более полуметра длинной, которой он ударил по прилавку. За ним стояли ещё четверо подобных индивидов, одетых практически идентично.

- Аджумма? – Джун хотел уточнить о его возможной помощи. Прекрасно поняв, что тут делают эти ублюдки – нагло вымогают у его работадательницы деньги. Это ему сильно не понравилось.

- Всё хорошо, Джун, - частя и с испугом в голосе, сказала тётушка Ма. – Ты иди, иди, товар донеси, - она пару раз сделала правой рукой отталкивающий жест от себя в сторону Джуна.

- Да, иди отсюда! Э-э! – почти заорал в конце главарь.

Эта особенность у местных повышать голос на того, кто им не нравился или, когда они хотели задавать «авторитетом», раздражала Джуна, даже не совсем помнившего почему, но раздражала. Сильно!

- Иди, иди, мальчик, - продолжила тётушка Ма, не хотевшая, чтобы парню досталось ни за что.

- Да, иди отсюда! – опять прокричал главарь.

Не тронувшись с места, Джун внимательно и ожидающе посмотрел на тётушку Ма – та резко закивала, и он вынужденно отступил в коридор, перед этим очень тщательно запомнив лица и фигуры парней.

- Вы просите очень много! – голос тётушки Ма, хорошо слышимый Джуном, стоявшего за углом небольшого коридора, задрожал. – Если я буду вам платить 200 000 вон, то я не смогу содержать магазин, закупать товар. И мне придётся закрыть его.

- Мне плевать на это! Или плати или… – главарь не собирался уходить без денег.

Раздался звук открывшегося выдвижного ящика, шелест купюр.

- Так бы сразу, - раздался голос предводителя рэкетиров, а затем смех, поддержанный ещё несколькими молодыми глотками, а потом звякнул колокольчик на входной двери, оповестивший о том, что неприятные гости покинули магазин.

- Тётушка Ма, я перенёс коробки, - потерянная тётушка Ма стояла у кассы, как неожиданно позади раздался голос её помощника. – Может нужна помощь?

- Нет, нет, - строго заявила она. – Не нужна. Тебе деньгами?

- Нет, спасибо, - поклонился ей Джун. – Я бы опять взял едой.

- Да, конечно, - на её лице была вымученная улыбка. - Возьми, ты знаешь, где лежит рамён.

- Тётушка, я могу это взять? - Джун быстро прошел к стеллажу, где лежали упаковки рамена разных производителей и вкусов, выбрал три штуки, а потом кое-что заметил на соседнем стеллаже.

- Да, конечно, - в руке у парня Ма увидела упаковку с одной из масок для лица, которых у неё было несколько десятков видов и расцветок.

Очень полюбились покупателям вошедшие несколько лет назад в моду маски для лица. Изначально медицинские маски потом трансформировались в просто маски для лица различных расцветок и фасонов. И производители подобных вещей предоставляли очень широкий выбор:

– Аищи, можешь бесплатно забрать этот ужас, - она аж руками замахала. – Мне их подсунули, когда отвлеклась. Давно пора было выкинуть эту дрянь.

- Спасибо, аджумма, - он поклонился.

- Ещё себе можешь три упаковки рамёна дополнительно взять, - сказала она ему. - И ещё это, - она протянула ему зелёную купюру номиналом в 10 000 вон.

- Это много, тётушка, я столько не зарабо…

- …Бери! – надавила она голосом, не дав ему закончить. – Ты молодой, тебе кушать хорошо надо, - она тяжело вздохнула.

- Спасибо, тётушка Ма, - поклонился Джун. – Желаю, чтобы в вашей кассе всегда была выручка.

- Иди уже, - махнул она на него рукой, пытаясь казаться спокойной.

Сейчас для неё даже эти деньги были достаточно серьезной суммой, пробивающей брешь в собственном бюджете, но парень молодой. У него растущий организм, ему нужно хорошо питаться, а она что-нибудь придумает.

Звякнул колокольчик, а парень будто растворился за дверью в наступающей тьме позднего вечера…

**********

- Так, завтра с утра нужно зайти к Киму и Чхои, - вещал Юн Кан, главарь местной банды, своим подручным, упомянув хозяев ещё двух магазинов.

Проблемы облагаемых данью владельцев магазинов его не волновали. Старшие приказали повысить сбор денежных средств, и он выполнит этот приказ в любом случае. Ничего страшного в повышении суммы на 50 000 вон он не видел. Эти зажравшиеся лавочники зарабатывают на их территории, так что должны делиться.

- Да! Сонбе! – его подчинённые сделали поклоны прямо на ходу, сопровождая своего вальяжного идущего босса.

- Что там с выполнением задания от Чон Мин Гу? - спросил Юн Кан у своего ближайшего помощника.

- Всё выполнено, хённим (обращение к старшему брату, мужчине или главарю мафии, - прим), - угодливо доложил тот. – Бон Сок и Мин Хён доставили еду, как вы приказывали. Охранники остались довольны.

- А Соджу не просили? – нахмурился Юн Кан.

- Э-э, - заколебался помощник. – Просили, но я… - он замолчал.

- Это указание от хённима. Не вздумайте принести им соджу, - жёстко сказал Юн Кан. – Господин особо об этом предупреждал, - он очень грозно посмотрел на подчинённого.

- Да, хённим, - помощник ещё раз поклонился.

Чан Мин категорически запретил посещать катакомбы, ранее использовавшиеся для хранения различных вещей и предметов, о которых совершенно не стоит знать посторонним людям, а тем более – полиции!

Несколько дней назад, хённим вызвал его, представил четверых молчаливых мужчин без имён, отпечаток на лице которых однозначно говорил о том, чем именно они занимаются. Юн Кану было сказано, что эти люди от верхушки их преступного сообщества.

Возраст от 25 до 30 лет, массивные фигуры, показывающие, что эти люди ведут достаточно активный образ жизни. Правда связанный совсем не со спортивными достижениями.

Хённим потребовал показать им вход в подземелье и больше к нему не соваться, пока не отменит свой приказ. И напоследок добавил, что теперь Юн Кан и его парни должны будут оказать этим людям определённые услуги.

Все услуги, как потом оказалось, заключались в том, чтобы показать этим людям вход в катакомбы, а потом снабжать их продуктами питания и водой.

- Приехали, отдали заказанное и больше здесь близко не появляйтесь, - заявил один из четвёрки, на лице которого был заметен шрам, идущий от правого уха ко рту.

Тайна… Тайна манила Юн Кана, но это был совершенно не его уровень. Но очень хотелось узнать, что же охраняют присланные от больших людей охранники в катакомбах.

Почему к скрытому подъезду к катакомбам приезжают гружёные грузовики и что именно они привозят? Что именно там происходит?

Страх не давал ему попытаться узнать ответы на свои вопросы. Тем более, что хённим предупредил, чтобы он не проявлял любопытство, так где оно совершенно не нужно. Но ему очень хотелось…

С незапамятных времён в район Добонг располагались катакомбы, входы в которые в большинстве своём были завалены и обрушены с целью недопуска туда людей. Ходили слухи, что подземные ходы соединяются с катакомбами, расположенными под центральными районами Сеула.

За прошедшие столетия, когда Корея неоднократно переходила из рук в руки многочисленных завоевателей, местные жители не покладая рук копали подземные убежища. Вырывая их в таких объемах, что на время набегов врагов переселялись целыми деревнями и небольшими городами под землю. При чём вместе с домашней скотиной и всем своим скарбом.

Существовали схемы и планы подземелий, но часть из них за многие годы оккупаций и интервенций были утеряны. Люди, обладающие подобными знаниями, были убиты или умерли.

Так что неопытным людям и не умеющим ориентироваться в подземельях категорически не советовали спускаться в катакомбы, чтобы не потеряться там навек.