Отнёс её к месту жительства Расон, где до этого уже переодевали Йону, а ему была выдана сухая одежда. Немедленно был изгнан, когда занёс матрас в жилище бабушки. А спустя минут через десять был ворчливо позван обратно.

Всё также, вместе с матрасом, Йона была возвращена к костру, размещена так, чтобы была поближе к теплу, но на безопасном расстоянии от огня.

Появилась Расон, которая молча принесла одеяло и укрыла девушку, получив благодарный кивок от Джуна, который наблюдал за подозрительно смотрящего на него девушкой. Хватило её ненадолго, а потом её глаза стали закрываться, и она уснула.

Всё недолгое время до рассвета Джун просидел рядом с девушкой, охраняя её сон. Бездомные просидели у костра совсем недолго, так как на любое движение и звук, вроде бы задремавший парень, мгновенно открывал глаза и его тяжелый взгляд «давил» на посмевшего нарушить тишину.

Не зная, что ожидать от этого опасного парня, местные жители расползлись по своим лежанкам, решив, что лечь спать гораздо безопаснее.

Кан Ён засыпал на своей лежанке в небольшой хибаре, сделанной из найденных на помойке коробок и досок, когда его сосед, на соседней лежанке, делящий с ним это незатейливое жилье, очень осторожно и тихо спросил:

- А разве Практики умеют лечить?

- Ты лучше больше таких вопросов никогда и никому не задавай! – взгляд не успевшего заснуть Кана был таким красноречивым, что спросивший испуганно сжался и сделал вид, что уснул.

Сам поняв, что секреты Практиков могут стоить жизни не только ему, но и всем местным жителям, которые случайно узнают то, что им знать совершенно не нужно.

Утром, как только девушка проснулась, Джун подхватил её на руки и не слушая никаких пререканий, понёс домой. Благо она жила не так далеко от моста, с которого сбросилась.

ГЛАВА 5

- Как ты могла? – увлажнённые слезами глаза бабушки Йоны натурально жгли внучку осуждением. – Я бы не пережила твою смерть. Я бы просто умерла!

- Прости, хальмони. Прости меня, – девушка обняла бабушку, а потом они долго сидели обнявшись, плача и говоря друг другу всякие благоглупости.

- Ох! – наконец встрепенулась бабушка. – Тебя же надо покормить, - она сорвалась и убежала на кухню, готовить любимой внучке завтрак.

Расон, пока переодевала Йону, успела ей шепнуть, что с ней произошло во время совершенного непонятного сеанса лечения от этого хама и извращенца. И почему Расон решила её переодеть.

Краска стыда в очередной раз залила лицо молодой девушки. И всё из-за вновь проступившего в её голове постыдного воспоминания…

- Как же стыдно! – сидя на кровати, она стукнула пару раз правой рукой по кровати от злости, непроизвольно обратив внимание, что во время этой вспышки гнева у неё пошевелились пальцы ног.

Пальцы пошевелись сами – большой и мизинец: именно сами, а не от сотрясения от ударов рукой по кровати!

- Ха-льм-они-и-и! – дикий крик внучки сорвал её бабулю с кухни, где она готовила Дак Гомтан (куриный суп, - прим.).

- Что? Что случилось? Тебе больно? Ты… - причитала её хальмони, которая пока бежала с кухни, чуть два раза не упала.

- Пальцы! Они…

Лан Чунь посмотрела на ступни девочки, который торчали из-под поддернутого вверх тонкого одеяла. И… Вот пошевелились пальцы на левой ноге, а вот на правой… Потом ещё раз… Это было просто невозможно. С момента получения травмы, внучка ни разу не смогла пошевелить своими пальцами, как ни пыталась.

- Да как? Как?! – бабуля очень осторожно стала щупать ступни своей девочки, не веря своим глазам. – Не может быть. Гуаньинь (персонаж китайской, вьетнамской, корейской и японской мифологии, бодхисаттва или божество, выступающее преимущественно в женском обличье, спасающее людей от всевозможных бедствий, - прим.) Спасибо тебе.

- Это он! Он!

- Кто? Ты о чём? – пыталась добиться от внучки объяснений бабушка.

- Он!

«Я к тебе попозже зайду. Посмотрю, как ты выздоравливаешь. Пока», - в голове Йоны прозвучал слова Джуна, перед тем, как он ушел.

Получается, что он знал. Он знал! Что это произойдёт.

- Да кто – Он? – ничего не понимала счастливая до безумия бабушка девушки.

- Омона! (Боже мой! - прим.) – вырвалось у Йоны. – Гуаньинь, спасибо тебе. Нет, Джун, я буду молиться за тебя. Я сделаю для тебя всё. Всё что захочешь!

Бабушка в этот момент плакала и нежно гладила небольшие ножки внучки, не веря в чудо, но оно было перед её глазами. Она надеялась, что за пальцами внучка сможет шевелить ногами и встанет на ноги...

**********

Настроение вдруг резко пошло вверх!

Девчонке помог, от её назойливых охранников сбежал, ха-ха…

Необходимо было обдумать, откуда у него такие возможности и опыт в нанесении вреда себе подобным. Это, конечно, очень классно, но сильно настораживает.

Джун очень не любил, когда чего-то не понимал. Имея стойкое убеждение, что такой опыт и подготовку можно наработать в очень специфических условиях и обстоятельствах.

Настораживали два момента:

Во-первых, слишком он молод, а такое нарабатывается годами; во-вторых, он совсем не понимал и не помнил, где мог получить такие знания и подготовку.

Над этим надо было серьезно и долго подумать…

Встряхнулся, вспомнив, что у него совершенно другие проблемы сейчас. Надо работу искать и место для ночлега, тем более, что время ужина подходило. А он кроме салата сегодня ничего не ел, чашка кофе за еду не считается.

Район Добонг откровенно не вызывал чувство, что здесь живут зажиточные люди. Много обшарпанных и запущенных жильцами домов.

Среди малоэтажных зданий попадались двух и трёхэтажные, даже парочка пятиэтажных, но их было мало и смотрелись они будто чужеродные объекты среди своих малых собратьев.

Попадались достаточно зажиточные и ухоженные дома, рядом с которыми стояли совсем недешевые автомобили, но они были исключением на общем фоне. Часть домов были вообще заброшены хозяевами, судя по их обшарпанному внешнему виду и неубранному мусору перед входными калитками и воротами.

Как раз один из таких заброшенных домов его очень заинтересовал!

Небольшой по площади двухэтажный домик с небольшим земельным участком вокруг дома, обнесённый высоким деревянным забором. С двух сторон – справа и слева находились соседские дома. На этот домик Джун обратил внимание, увидев его с небольшого холма, возвышающегося над прилегающими домами.

Вид так себе, но судя по всему, когда-то этот дом знал гораздо лучшие времена. Хозяева имели неплохие деньги, чтобы содержать его в достойном состоянии, но это было давно.

Судя по накопившемуся мусору перед небольшими железными воротами, а также слою пыли на ручке на калитке в железных воротах, позволяющих протиснуть внутрь совсем небольшой малолитражке, можно было сделать вывод, что дом давно пустует.

Шатающихся по району людей хватало, и судя по услышанным разговорам, это были приезжие, решившие прогуляться по этому старому аутентичному району Сеула.

Убедившись, что поблизости отсутствуют живые субъекты в прямой видимости, Джун быстро поставил ногу на выступающую металлическую деталь на воротах, ухватился руками за верх ворот – и через пару секунд мягко приземлился в небольшом дворике перед домом. Обратил внимание, что весь двор перед домом был выложен гладкой, серой плиткой. Травы в стыках не было, что является хорошим показателем. Быстрый взгляд за дом позволил увидеть небольшую лужайку с подсохшей травой.

- Повезло, - улыбнулся Джун, увидев, что на втором этаже видна чуть приоткрытая створка одного из двух окон на фасаде. И быстро взлетел на второй этаж, цепляясь за выступы и щели между кирпичами.

Убедившись, что ему не померещилось, он открыл створку окна и проскользнул внутрь дома, оказавшись в небольшой комнате, абсолютно пустой. Быстрый осмотр позволил убедиться, что несмотря на приоткрытую створку, дождевая вода внутрь дома не попадала, не считая, конечно, слоя грязной пыли на подоконнике.