Очки не действуют никак.

«Тьфу пропасть! – говорит она, – и тот дурак,

          Кто слушает людских всех врак:

          Всё про Очки лишь мне налгали;

          А проку на-волос нет в них».

     Мартышка тут с досады и с печали

          О камень так хватила их,

          Что только брызги засверкали.

     К несчастью, то ж бывает у людей:

Как ни полезна вещь, – цены не зная ей,

Невежда про неё свой толк всё к худу клонит;

     А ежели невежда познатней,

          Так он её ещё и гонит.

Ларчик

     Случается нередко нам

     И труд и мудрость видеть там,

     Где сто́ит только догадаться

          За дело просто взяться.

К кому-то принесли от мастера Ларец.

Отделкой, чистотой Ларец в глаза кидался;

Ну, всякий Ларчиком прекрасным любовался

Вот входит в комнату механики мудрец.

Взглянув на Ларчик, он сказал: «Ларец с секретом,

          Так; он и без замка;

А я берусь открыть; да, да, уверен в этом;

     Не смейтесь так исподтишка!

Я отыщу секрет и Ларчик вам открою:

В механике и я чего-нибудь да стою».

     Вот за Ларец принялся он:

     Верти́т его со всех сторон

          И голову свою ломает;

То гвоздик, то другой, то скобку пожимает.

     Тут, глядя на него, иной

          Качает головой;

Те шепчутся, а те смеются меж собой.

     В ушах лишь только отдаётся:

«Не тут, не так, не там!» Механик пуще рвётся.

     Потел, потел; но, наконец, устал,

          От Ларчика отстал

И, как открыть его, никак не догадался:

     А Ларчик просто открывался.

Слон и Моська

     По улицам Слона водили,

          Как видно, напоказ —

Известно, что Слоны в диковинку у нас —

     Так за Слоном толпы зевак ходили.

Отколе ни возьмись, навстречу Моська им.

Увидевши Слона, ну на него метаться,

          И лаять, и визжать, и рваться,

          Ну, так и лезет в драку с ним.

          «Соседка, перестань срамиться, —

Ей шавка говорит, – тебе ль с Слоном возиться?

Смотри, уж ты хрипишь, а он себе идёт

               Вперёд

И лаю твоего совсем не примечает». —

     «Эх, эх! – ей Моська отвечает, —

     Вот то-то мне и духу придаёт,

          Что я, совсем без драки,

Могу попасть в большие забияки.

     Пускай же говорят собаки:

     «Ай, Моська! знать, она сильна,

          Что лает на Слона!»

Квартет

               Проказница-Мартышка,

                    Осёл,

                    Козёл

               Да косолапый Мишка

          Затеяли сыграть Квартет.

Достали нот, баса́, альта́, две скрипки

     И сели на лужок под липки, —

     Пленять своим искусством свет.

Ударили в смычки, дерут, а толку нет.

«Стой, братцы, стой! – кричит Мартышка. —

                                   Погодите!

Как музыке идти? Ведь вы не так сидите.

Ты с басом, Мишенька, садись против альта,

     Я, прима, сяду против вторы^[1];

     Тогда пойдёт уж музыка не та:

          У нас запляшут лес и горы!»

          Расселись, начали Квартет;

          Он всё-таки на лад нейдет.

          «Постойте ж, я сыскал секрет! —

     Кричит Осёл, – мы, верно, уж поладим,

          Коль рядом сядем».

Послушались Осла: уселись чинно в ряд;

     А всё-таки Квартет нейдет на лад.

Вот пуще прежнего пошли у них разборы

                    И споры,

               Кому и как сидеть.

Случилось Соловью на шум их прилететь.

Тут с просьбой все к нему, чтоб их решить сомненье.

«Пожалуй, – говорят, – возьми на час терпенье,

Чтобы Квартет в порядок наш привесть:

И ноты есть у нас, и инструменты есть,

     Скажи лишь, как нам сесть!» —

«Чтоб музыкантом быть, так надобно уменье

     И уши ваших понежней, —