Каждые две минуты зелёная вспышка озаряла километры города, сигнализируя о телепортации. За одно перемещение планету покидало до 20 тысяч человек, плотно прижимаясь друг к другу. Тем не менее, количество людей было слишком огромным.

«Доложи обстановку на севере.» — потребовал принц Кристофер у советника.

«Ситуация стабилизировалась, но со временем восстают всё более сильные мертвецы… Боюсь, если всё так и продолжится, то к концу дня мы будем сражаться с властелинами…»

«Значит, если войска не вернутся в ближайшие сутки, то Вавилон падёт…» — мрачно подытожил Кристофер и пробормотал. — «Отец, ты должен вернуться как можно скорее.»

В это время Вальдер мрачно наблюдал за толпящимися внизу людьми. Он ещё не восстановился физически и эмоционально от сокрушительного поражения, а тут вдруг конец света наступил, и на него свалились обязанности по контролю порядка в очереди.

Кристофер нервничал от перспективы встретиться с Торресами, где будет Валькирия. От воспоминаний о том, как он опозорился на глазах у всех, стараясь отстоять честь своей девушки, в груди леденело. Казалось, хуже уже он точно ничего не испытает.

Кристофер, разумеется, до сих пор не знал подробностей, произошедших на острове с Валькирией. Никто не смел ему об этом рассказать, да и он сам решил, что не хочет этим интересоваться, потому что уже сделал ставку на госпожу Торресов. Если он узнает, что с ней спали, то лишь почувствует себя хуже.

К слову, в верности своей ставки Кристофер уже нисколько не сомневался. Ему рассказали о том, что после его сокрушительного поражения Валькирия сорвалась и чуть не задушила обидчика. Увы, из-за приказа «на колени» она не смогла отомстить обидчику. После многих месяцев промывки мозгов её нельзя за это винить.

Важно то, что в тот момент она излучала ауру среднего властелина! Кристофер, разумеется, решил, что Валькирия держала в секрете своё настоящее развитие, чтобы он не чувствовал себя недостойным её. Как можно этим не восхищаться? Она искренне старалась стать его девушкой, давая ему возможность проявить себя.

Также принц был уверен, что Валькирия пыталась отомстить Кёну в первую очередь за то, что он одолел её парня, иначе бы сорвалась гораздо раньше. Получается, несмотря на колоссальное унижение, она всё ещё оставалась на его стороне… Но парень всё равно нервничал от перспективы встречи с госпожой Торресов.

Вдруг внизу завязался конфликт, грозящий перерасти в потасовку. Речь шла про патриархов и старейшин двух низкоранговых семей Вавилона. В любом другом месте они были бы невероятно авторитетными гостями, чего не скажешь про столицу Сатурна.

Кристофер спустился вниз и попытался потушить конфликт, но одна из сторон требовала извинения, а другая категорически отказывалась признавать свою вину. В итоге, даже несмотря на присутствие первого принца, конфликт продолжал разгораться.

В эту секунду Кристофер остро ощутил последствия своего поражения Кёну в виде потери авторитета. Если раньше все упали бы перед ним на колени, боясь доставить неприятности, то сейчас эти патриархи и старейшины относились к Вальдеру, как к обычному начальному властелину без какого-либо имени и положения!

Ярость поднялась из глубин души Кристофера, и он рявкнул: «НА КОЛЕНИ!»

Патриархи и старейшины замолкли и уставились на принца, заколебавшись.

— шлёп~

Судя по шлепку, кто-то всё-таки упал на колени… Но кто, если не они?

Кристофер повернул голову и застыл как громом поражённый: неподалёку от него стояли Торресы, в том числе Гарольд, Падма, Фалько и сама Валькирия… Прекрасная словно нимфа девушка стояла на коленях на глазах у тысячи людей! Она покорно подчинилась команде, словно какой-то питомец! Прямо как в тот раз на арене…

Гарольд оцепенел. Падма шлёпнула себя по лбу. Фалько разинул рот, чуть не свалившись с ног. Внебрачная дочь самого императора и его фиктивной жены рефлекторно выполняет команды, предназначенные для питомцев, кто бы их ни отдал⁈

Прекрасные глаза госпожи Торресов округлились и перекрасились в синеватый оттенок от волнения и тревоги. Она встала на колени рефлекторно, однако стояла на них, даже не пытаясь подняться. В это время её реакция была совершенно живой, как у нормальной девушки, которую заставляли унижаться, пользуясь её слабостью.

Подобное можно сравнить с тем, как если бы кто-то протянул голодной толстушке, зависимой от сладкого, вкусный тортик, а она съела бы его, запачкав рот и лицо, как свинка, потому что неспособна контролировать свой безумный аппетит.

«Ах, звёздочка, нет! Умоляю, поднимись!» — Гарольд с полным боли лицом пытался поднять внучку на ноги, но они подгибались, из-за чего она вновь падала на колени.

{«Немедленно верни свои слова назад!»} — Падма пронзила принца взглядом.

Кристофер вздрогнул и поспешил сказать: «Поднимись, пожалуйста, мисс Валькирия!»

Валькирия поднялась и отвернулась, пока её лицо стремительно краснело от стыда.

Гарольд обнял внучку, заодно спрятав от окружающих, и поспешили уйти. У него не было сил гневаться на принца, да и не виноват он в том, что произошло.

{«Не смей так больше делать! Никогда!»} — строго сказала телепатией Падма, хищно сощурившись, разве что не тыкнула принца пальцем в грудь, затем удалилась вслед за дочкой.

Кристофер безмолвно стоял, как истукан. Падма разговаривала с ним, словно строгая мать. Она отчитывала его, как провинившегося ребёнка, а он подсознательно не смел ей возразить! Неужели его авторитет настолько упал? Да какая сейчас к чёрту разница…

{Твою мать, что я натворил⁈ Да что за невезение такое⁈} — Кристофер сокрушённо схватился за голову. Не такой должна была быть его встреча с Валькирией. Вот как ему теперь наладить с ней отношения, когда он, можно сказать, унизил её перед всеми?

Вскоре верхушка Торресов подошла к огромному триграмму. Патриарх, он же брат Гарольда, сказал, что отправится позже, ведь он должен проконтролировать перемещение оставшихся членов семьи и заодно обеспечить им безопасность.

Валькирия заколебалась перед тем, как шагнуть в портал, посмотрела куда-то вдаль, а цвет её глаз мигнул, но вовсе не чёрным цветом, означающим конец судьбы. Пусть и на миг, но она увидела нечто, отчего её изящные брови поползли вверх.

«В чём дело, дочка? Нам надо поторапливаться. Мы не можем задерживать остальных.» — с заботой произнесла Падма, нежно погладив девушку по плечу.

«Я чувствую… Чувствую, что мне лучше остаться… Где-то там меня ждут…»

«НЕТ!» — рявкнул Гарольд, да столь оглушительно, что все вокруг перепугались до смерти. Проницательный взгляд Падмы заставил старика опомнился и с виноватой улыбкой покачать головой. — «П-прости, звёздочка… Ты только сегодня пришла в себя. Пожалуйста, не думай о нём. Всё, что связано с ним, лишь откроет твои раны. Я сделаю… Нет, я обязан сделать всё возможное, чтобы вы больше никогда не виделись.»

Печально вздохнув, Валькирия заставила себя отвернуться. Даже если там мелькает что-то очень важное для её линии судьбы, она не может пойти туда, сделав дедушке больно. Странно, что встреча с Кёном вообще сулит ей что-то хорошее, ведь после слияния трёх личностей одна лишь мысль о нём вызывала у девушки неконтролируемую дрожь.

Вскоре Торресы покинули умирающую планету.

Во взгляде Фалько, смотрящего на Валькирию, мелькал странный блеск.

Глава 886

С помощью посланника богини эвакуирующимся гражданам Розаррио удалось покинуть Дантес и территорию столицы, оторвавшись от мертвецов. Они следовали за парнем, как за мессией, ведущим их к спасению и новой жизни.

По правую руку от Кёна с выпяченной грудью шла Клементина. Её распирало от чувства гордости, что она в хороших отношениях с этим Человеком, которого, наверное, может называть другом. По крайней мере, она надеялась на это.

Слева с парнем поравнялась Марина, наконец-то, догнав его. Она встревоженно спросила: «Кён, пожалуйста, скажи, где Франц⁈ Где мой муж⁈»