Парнишка поднял на меня взгляд, в котором смешались гнев на моих похитителей и растерянность от осознания, что не может мне помочь.

- Раун, ты иди, пожалуйста, домой! И не спорь! Ты должен меня слушаться, как старшую сестру! Тебя дома ждет мама и младшая сестренка! Ты меня слышишь? Они без тебя не выживут, ты сам это знаешь! Ты в доме единственный кормилец, ты нужен им! За меня не беспокойся, если Великий Полоз посчитает нужным, он защитит меня! Раун!

Мальчик поднял на меня заплаканное чумазое лицо, и у меня просто сердце сжалось! Даже страх перед моей дальнейшей судьбой отступил, настолько мне было его жалко. То, что он нормально доберется до своих, я была уверена, но не хотела, чтобы он себя винил в том, что со мной произошло, и что он не смог мне помочь.

- Раун, ты меня услышал?

Он кивнул, мотнув рыжей вихрастой головой.

- Так, все поговорили, и довольно! – не выдержав, рявкнул верзила.

- Раун, уходи! - крикнула я, боясь, что главарь передумает.

Парнишка поднял на меня взгляд, полный тоски, и вдруг, вскочив на ноги, бросился бежать.

Я же с облегчением вздохнула, ведь заупрямься он, и мне бы не помог, и сам в плен угодил! А мне тогда, кроме себя, пришлось бы еще переживать не только за него, но и за оставшихся без помощи Гертруду и Селестию.

Проводив взглядом улепетывающего со всех ног мальчишку, мужчины принялись готовиться к ночлегу, что-то перебирая в кибитке, разводя костер, да занимаясь оставшимися лошадьми. Одна из них оказалась мертва. Сэм отрезал от ее ляжки большущий кусок мяса, а самый мелкий из них принялся его жарить прямо на угольях.

Пока суть да дело, уже почти стемнело. От сырой после дождя земли потянуло холодом, и я почувствовала, что начала замерзать. Ко мне, сидевшей со связанными руками у колеса кибитки, и к нему же привязанной, подошел Стэн и протянул одуряюще пахнущий кусок жаренного мяса.

Вспомнив, от кого его отрезали, к горлу подкатила тошнота, но голодный желудок все же не согласился с моими доводами, а сжался в болезненном спазме.

Взяв покрытый хлопьями пепла ужин, я еще раз осторожно его понюхала. Мясо как мясо! Жалко лошадку! Но я утешила себя тем, что она умерла быстро, и что специально на ужин ее никто не забивал. К тому же я не знала, когда еще раз мне придется нормально поесть, а силы мне нужны.

Хоть как-то очистив мясо от пепла, я осторожно откусила маленький кусочек. И тут рядом с собой услышала пыхтение. Подавив улыбку, я разломила кусок пополам и один из ломтей протянула вправо, в пустоту. Его буквально вырвали из моих пальцев, и пустота громко зачавкала.

- Потише! – зашептала я. – Если тебя не видно, то это не значит, что и не слышно.

Стало тихо. Я улыбнулась и принялась за еду. Мясо оказалось очень вкусным, но моя порция неожиданно быстро закончилась, и я, обнаглев, обратилась к сидевшим у потрескивавшего костра мужчинам:

- А можно еще кусочек?

- Ого! А малышка молотит будь здоров! – хохотнул пришедший после еды в благодушное настроение верзила.

- Давай дадим! Если завтра пропавших коней не найдем, девчонке придется ножками до города топать, а это путь не близкий! Мы же не хотим, чтобы товар измученным к концу пути оказался? – логичные доводы бородача вполне удовлетворили Сэма, и он кивнул, соглашаясь.

- Да пусть ест, пока есть, - хохотнул он, довольный своим каламбуром. – Тем более, кормежка девчонки скоро будет заботой ее хозяина.

Стен отрезал от большого куска еще одну порцию и принес мне. Поблагодарив его и дождавшись, когда он займет свое место у костра, я очистила как смогла и этот кусок, а затем также поделилась им с невидимым парнишкой.

Наевшись, я подтянула колени к груди и обняла себя за плечи, пытаясь согреться. Я за этот день сильно устала и перенервничала, поэтому меня ужасно тянуло в сон, и вскоре я почувствовала, как мои глаза слипаются.