"Согласен…" — вздохнул в свою очередь Денис.
Теперь старшему помощнику оставалось решить последнюю проблему, а именно — попасть в свою комнату. Ломиться в закрытую дверь было никак нельзя. Денис не хотел, чтобы Рафил был в курсе того, что эту ночь старший помощник провел вне стен его замечательной гостиницы. Нет, конечно же, отельер видел, как утром постоялец ее покинул и не видел, как он вернулся, но не мог же Рафил хоть разок за день не отлучиться от стойки регистрации — поесть, пописать, да мало ли еще зачем, следовательно теоретически мог не зафиксировать возвращения Дэна. На это старший помощник и решил сделать упор, если возникнет соответствующий разговор — когда вернулся, тебя на месте не было, а ужинать не пошел, потому что сытый был.
Допуская большую вероятность того, а если называть вещи своими именами, будучи совершенно уверенным в том, что вернуться, как нормальному, порядочному человеку через парадный вход не удастся, да и через черных ход, который наверняка будет заперт, тоже, Денис оставил окно номера приоткрытым. Воров он не боялся, потому что все свое носил с собой, уподобляясь в этом какому-то греческому мудрецу, да и польза от такого действа была очевидна — во-первых, всегда можно попасть в номер, не беспокоя гостиничный персонал, а во-вторых — комната проветривается, воздух будет свежий.
Стены "Старого карлика" были достаточно гладкими и несмотря на то, что он являлся не кем-нибудь, а красной Пчелой, заточенной на штурм всякого рода отвесных преград, старшему помощнику пришлось перед восхождением разуться — для форсирования гостиничной стены к стальным пальцам на руках нужно было добавить титановые на ногах. Еще раз порадовавшись наличию у себя Бездонного Колодца, Денис отправил туда сапоги и портянки и приступил к восхождению.
Оказавшись в номере, старший помощник первым делом содрал биомаску, чтобы случайно не показаться перед персоналом отеля в образе Жонглера, что объяснить было бы весьма затруднительно, быстренько разделся и завалился в кровать. Вот тут-то и дала о себе знать накопившая моральная и физическая усталость от этого длинного дня — заснул Денис не в тот момент, когда голова коснулась подушки, а еще на подлете, когда голова только собиралась выпустить шасси и закрылки для плавного приземления.
14 Глава
Умостив прелестную головку на могучей груди Гудмундуна, обвив его торс нежными ручками и забросив на него точеную ножку, Тарения была спокойна, умиротворена и даже, не побоимся этого слова — счастлива. Маг, в свою очередь, ласково поглаживал круглую попку Снежной Королевы, не забывая время от времени поигрывать пальчиком с ее средоточием женственности. Мягкая эротика да и только. Сцена из женского любовного романа, причем, не обязательно фантастического.
А начался этот амур, можно сказать, с трагедии. Ну-у… трагедии — не трагедии, но когда волшебник и освобожденная рабыня вернулись в дом Гудмундуна и Тарения увидела себя в зеркале без мерзкого ошейника, она безудержно разрыдалась. Снежная Королева была стойкой девушкой — весь ужас и невзгоды последних дней держала в себе, не давая врагам насладиться, кроме ее тела, еще и ее горем, но вот теперь и она не выдержала.
Вместе с плачем из Тарении уходила черная тоска по убитому отцу, оставляя вместо себя светлую скорбь. Уходил темный страх перед разбойниками, ворвавшимися в их гостиничный номер, убившими отца и продавшими ее в рабство. Страх сменялся ненавистью. Бандитами это чувство не ограничивалось. Не менее, а скорее даже более, Снежная Королева ненавидела работорговца Галида и артефактора Ишу.
Но и ими список не ограничивался — был еще один человек, заслуживший жгучую ненависть — мальчишка, с которым они вместе плыли на "Душе океана", который мог бы ее спасти, но не сделал этого, то ли из трусости, то ли из природной зловредности и безразличного отношения к чужой жизни. А может он даже получил удовольствие, наблюдая за ее страданиями.
Гудмундун, безо всяких поползновений подкатить яйца и попарить репку, единственно чтобы остановить рыдания, приобнял бедную девушку и начал ласково поглаживать ее по голове, нашептывая всякую хрень, способную успокоить разнервничавшихся домашних животных и женщин. Не помогло. Рыдания лишь усиливались. Пришлось прижать посильнее к себе и начать гладить по спинке. Никакого эффекта.
И лишь, когда он взялся за круглую попку, а Тарения подняла заплаканное лицо и попросила ее поцеловать, наметился позитивный сдвиг. Для закрепления положительной динамики, пришлось раздеть Снежную Королеву, уложить в постель и несколько раз трахнуть с демоническим усердием и лишь только после этого она окончательно успокоилась. Вот что секс животворящий творит!
— Ты мой герой! — прошептала девушка, глядя на мага сияющими влюбленными глазами. — Спас из лап этого ублюдка! Не то, что этот юный мерзавец! Ненавижу! — выдохнула она, яростно блеснув глазами.
Честно говоря, Гудмундун не понял, о каком мерзавце идет речь, но это и неважно, а важно то, что был он Человеком Чести, да и просто честным человеком. Приписывать себе чужие заслуги и позволять это делать другим, он не мог. Если бы маг промолчал и не расставил сразу все точки над i, то мог бы образоваться сюжетец для небольшого мексиканского сериала — серий этак на двести, или многосерийного индийского кино.
Дело происходило бы, примерно, так: ненавидящая Дэна Тарения встречает его серий через двадцать в образе Жонглера, влюбляется, он отвечает взаимностью — все пляшут и поют. Еще через пятьдесят серий тайна Дэна-Жонглера случайно открывается, Тарения в отчаянии, она хочет забыть коварного обманщика на протяжении еще ста серий, но не может — ЛЮБОВЬ сильнее! В течении последних семидесяти пяти серий происходит плавное примирение влюбленных, омрачаемое, разумеется, коварными соблазнителями и соблазнительницами, но в конце концов происходит финальное объяснение, Тарения понимает, как была неправа — старший помощник ее герой! Все пляшут и поют!
В реале же интрига была уничтожена не родившись.
— Один, без Дэна, я ничего бы не сделал, — честно признался маг.
— Его зовут так же, как этого юного мерзавца? — слегка удивилась девушка.
— Какого мерзавца? — полюбопытствовал Гудмундун.
— Молодой мальчишка, который плыл с нами на "Душе океана".
— Так это он и есть, — пожал плечами маг. — Дэн увидел тебя на помосте и тут же примчался ко мне. Потом мы придумали, как тебя спасти и пришли за тобой. Так что никакой он не юный мерзавец. Да и вообще — это он убил Визара. Я тебе уже говорил.
Сказать, что Снежная Королева была шокирована — значит ничего не сказать. Ей потребовалось определенное время, чтобы собраться с мыслями.
— А почему он сразу не заявил, что меня продали в рабство незаконно!?! Меня освободили бы прямо там и я не подверглась бы насилию! — гневно озвучила свои претензии девушка.
— Милая, — грустно улыбнулся Гудмундун. — Если бы Дэн открыл рот на рынке рабов, его бы там же и похоронили, я никогда бы не узнал о твоем несчастии, а ты бы навсегда осталась рабыней.
Тарения долго думала прежде чем ответить. Ее ответ был по своему логичен, правда логика эта была… скажем так — не совсем обычной, не бинарной, а женской.
— И все равно, мой герой — ты! — воскликнула она, впиваясь в уста Гудмундуна жарким поцелуем.
*****
В глазах Рафила, когда он утром увидел беззаботно спустившегося на завтрак юного постояльца, на миг промелькнуло удивление, но этим любознательность отельера и ограничилась, никаких вопросов он задавать не стал. Видимо хозяин "Старого карлика", как человек поживший, тертый жизнь, знающий ее и с лицевой стороны и с изнанки, хорошо знал, что чем меньше интересуешься чужими делами, тем дольше живешь без проблем. Ну, или по крайней мере, просто живешь.
А старший помощник, в свою очередь, не менее талантливо исполнил свою часть безмолвной пантомимы, изображавшей утреннюю встречу отельера с постояльцем, мирно проспавшим всю ночь в своем номере. Отыграв этюд на пять с плюсом и даже слегка пошатнув тем самым непоколебимую уверенность Рафила в том, что клиент не мог мимо него просочиться незамеченным, Денис зашел в ресторан и плотно, ни в чем себе не отказывая, позавтракал, после чего двинулся в направлении городского рынка, а точнее говоря — рынка рабов, чтобы понаблюдать за артефактором Ишу в его естественной среде обитания.
