После того, как короткий предоперационный инструктаж закончился, старшего помощника зафиксировали на операционном столе, как препарируемую лягушку — руки, ноги, туловище, шею, голову, в рот вставили мягкий кляп — короче говоря, в предварительных ласках хорошо зафиксированный Денис не нуждался. Тира и Лира встали в ногах, а Кира произнесла:

— Приготовься! Мы начинаем! — и понеслось.

В пятки старшего помощника вонзились огненные спицы, которые стали медленно продвигаться вверх по его ногам, стремясь к финишу, который находился, судя по всему, в паху. Было очень больно… нет, не так — было ОЧЕНЬ БОЛЬНО! На краткий миг Денису даже показалось, что так больно ему еще никогда не было, даже, когда его пытали и что хуже быть уже не может, однако жизнь быстро опровергла маловера, доказав, что еще как может! Через мгновение после начала экзекуции… пардон — манипуляции, стало понятно, что первое впечатление Дениса, будто его пронзают раскаленными спицами было ошибочным. На самом деле его прожигали деревьями!

От основного ствола, который старший помощник поначалу принял за тонкую спицу, стали расти боковые огненные ветви, от них веточки поменьше, листики и прочая ботва. В результате этих действий, огненная субстанция полностью заполнила весь объем нижних конечностей старшего помощника. Вся эта огнедышащая лава медленно, но неотвратимо с двух сторон двигалась к промежности Дениса, где и должна была воссоединиться. В голове старшего помощника самопроизвольно, четко и со всеми деталями возникла вдруг картина Карла Павловича Брюллова "Последний день Помпеи" с огненным валом, накатывающимся на беззащитный город. Интересно — с чего бы это?

Денису казалось, что во всем мире остались только он и его боль. Личное время старшего помощника остановилось, хотя за пределами его кокона промелькнули эоны лет, Вселенная расширилась и снова сжалась в точку, произошел новый Большой Взрыв, начался разлет галактик, а его пытка все не кончалась. Но, как уже неоднократно упоминалось — все на свете имеет свое начало и все на свете имеет свой конец. Завершились и процессы стартовавшие с пяток старшего помощника и в паху Дениса встретились два лавовых потока. Дальнейший путь объединенной армии пролегал уже вдоль позвоночника старшего помощника.

Денис этого не видел, потому что зафиксированная голова позволяла смотреть только строго вверх, да и глаза его были закрыты, но если бы мог, он увидел, как завершив свою часть работы, осунувшиеся от боли и усталости Тира с Лирой отошли от операционного стола и вернулись в кабинет, где на столике их дожидались заранее приготовленные высокие стаканы с чуть опалесцирующей зеленой жидкостью. Девушки стали медленно потягивать восстанавливающий эликсир, а их место у стола заняла Кира, которая и погнала целительную энергию от копчика старшего помощника к его голове.

Немного отдохнув, брюнетка и блондинка снова вернулись в операционную. По их сияющему силой, молодостью и красотой внешнему виду никак нельзя было предположить, что буквально пятнадцать минут назад они сильно смахивали на высохшие египетские мумии, но что было, то было. И можно только поразиться и позавидовать силе их Дара, позволяющей вытворять такое! Ну-у… или силе опалесцирующего зеленого эликсира. Хрен знает, что было главной составляющей в деле восстановления их работоспособности.

Отдохнувшие Тира и Лира взялись за обработку верхних конечностей Дениса. Иногда на роялях и прочих пианино играют вдвоем в четыре руки, если продолжить ассоциативный ряд и представить старшего помощника, как музыкальный инструмент, то можно смело сказать, что на нем играли в шесть рук. Завершив "концерт", девушки с трудом, негнущимися пальцами, расстегнули "крепеж", удерживавший Дениса на операционном столе и медленно побрели к столу с бокалами зеленого эликсира. Старший же помощник, со своей стороны, никак не отреагировал на завершение операции "Багратион" и как лежал, так и продолжил лежать там, где его оставили.

24 Глава

В себя Денис пришел далеко не сразу после завершения операции по коррекции энергетических каналов. Точнее говоря не то, чтобы он был без сознания, а потом очнулся, нет — в спасительное забытье, где бы не было боли он не проваливался — помнил о запрете, так что и выныривать было неоткуда, но вот понять, что все кончено, что боли нет, что он скорее жив, чем мертв, старший помощник смог лишь минут через пять после того, как прекрасные целительницы закончили манипуляции с его зафиксированной тушкой.

Мимо дремлющего сознания Дениса прошло, как сильные лопатообразные ладони сначала посадили его на операционном столе, затем забросили на крепкое плечо, после чего владелец плеча и ладоней отволок беспомощно свисающую тушку старшего помощника в ванну с горячей водой и принялся намыливать.

В себя Денис пришел в тот роковой момент, когда огромная шершавая ладонь принялась омывать его нефритовый жезл — это, если по-простому, выражаясь же по-научному можно сказать, что кто-то принялся надраивать яйца старшего помощника. Назвать ощущения, возникшие во время этого процесса, приятными можно было бы только с очень большой натяжкой, что и заставило Дениса окончательно очнуться и открыть глаза.

Первое, что увидел старший помощник после возвращения в мир живых, была "шпалоукладчица" в огромном мокром фартуке, нависшая над ним, как богиня мщения над нераскаявшимся грешником. Такое зрелище могло подействовать на неокрепшие умы самым пагубным образом — вплоть до паралича всех мышц с последующим утоплением, окрепшие же умы лишь подвигло на подвиги.

Неординарная картина, открывшаяся взору Дениса, прочистила мозги старшего помощника быстрее, чем бидон нашатырного спирта. Он выскочил из ванны словно цирковой дельфин из бассейна, смущаясь, краснея и прикрываясь при этом, как голая монашка случайно забредшая в мужскую баню.

— Ну, теперь сам домоешься, — хмыкнула "шпалоукладчица" и покинула ванную комнату.

Самое страшное в произошедшем было то, что женщина была голой, прикрытой лишь вышеупомянутым фартуком! Старший помощник, обладавший развитым и извращенным воображением, на миг представил, что могло произойти, не приди он в себя, и ужаснулся. Но, к счастью, история не знает сослагательного наклонения и Денис приступил к самостоятельной помывке.

В процессе домывания, Денис в очередной раз посетовал в душе на отсутствие душа — каламбур, однако! Он даже подумывал не попрогрессорствовать ли малехо и не "изобрести" сей суперценный девайс, как взгляд его уперся в кран со смесителем, торчащий из стены на довольно приличной высоте, позволяющей вымыть голову не садясь на корточки.

Отсутствие форсунки старшего помощника, разумеется, несколько смутило, но не настолько, чтобы не попытаться испытать данное устройство в качестве паллиатива душа. Натурные испытания показали, что эта хреновина (опять хрен) нормальному душу с гибким шлангом, позволяющем направить водный поток со всеми удобствами туда, куда Макар телят на гонял, конечно же уступает, но насколько уступает, настолько же и превосходит барахтанье в большом корыте, называемом ванной. В ванне хорошо лежать и отмокать, а вот мыться — так себе.

Убедившись в приемлемом напоре и возможности тонкой регулировки температуры воды, вытекающей из этого псевдодуша, помывку Денис продолжил уже под ним. Само собой, дело пошло быстрее, веселее и качественнее, чем в ванне, результатом чего стало то, что старший помощник сумел добиться хирургической чистоты своей тушки, после чего процесс помывки завершил.

Большое махровое полотенце Денис обнаружил в предбаннике, а вот свою одежду — нет. Логично было бы предположить, что она осталась там, где он раздевался, а именно в процедурной, перед клизмированием (богатое словечко, надо честно признать!), но где находится эта процедурная был большой вопрос, потому что из предбанника выходили три двери. Ну, одна ясно куда вела — в ванную комнату, а вот куда две других? Если сунешься не туда, то можно начать изображать из себя Тесея, блуждающего по лабиринту, причем без нити Аридны. Не хотелось бы шастать в поисках своей одежды по "Вечернему бризу" завернувшись в полотенце, а то можно и на Минотавра наткнуться… в смысле — на "шпалоукладчицу".