Просидев в кабаке ещё пару часов, старательно отбирая у Даны бокал за бокалом чтобы та не потеряла человеческий вид и состояние, мы навеселе пошли на выход, попутно узнав у оставшегося бухать дальше Ульриха — где здесь ближайшая гостиница?
В номер мы ввалились уже полураздетые, начав скидывать с себя одежду ещё в начале длинного коридора, попутно целуясь так жадно, будто от этого зависела наша жизнь. Свет нам был не нужен, а номер оказался совсем крохотным, так что на кровати мы оказались раньше, чем сняли обувь.
Никаких предварительных ласк не было, да и оральных прелюдий, тоже. Нами овладела поистине животная похоть, так что едва с нас слетели плотные штаны, выпуская наволю раскрасневшиеся от бешеного притока крови гениталии, я поставил Дану на четвереньки и с силой сжав её небольшие полушария, вошёл в неё на всю глубину.
— М-м-д-а-а-х-а! — тут же простонала она на всю комнату, смешав свой голос с громкими шлепками моего таза об её задницу и влажное хлюпанье своей же киски.
Я не мог сдержать рвущуюся из себя похотливую ярость, поэтому несколько раз от души шлёпнул «Катерину» по круглому заду, не останавливаясь входя в неё рывками. Но и этого мне было мало, так что через пару минут бешеной долбёжки, я поднял её с кровати, поставил к стене, одной рукой слегка заломил руки за спину, а второй взялся за волосы, натянув их на себя.
— Да! Да-да-да! — в такт моим рывкам кричала она, в то же время роняя на пол обильно выходящий из неё густой сок нашей страсти, — ещё! Ещё! А-а-х-х-а!
Отпустив волосы и руки, перехватился за небольшую грудь, с силой сжав пальцам твердые соски, а взамен получил очередную порцию криков, стонов и страстных призывов не останавливаться. Да я и не собирался — после выпитого алкоголя, я мог продолжать хоть до утра, а вот она так сможет?
Спустя ещё пару минут, пунцово-красное лицо любовницы оказалось передо мной нависнув сверху, после чего в мою шею впились её пылающие жаром губы, а потом и зубы.
Задом, как оказалось, работать она умела и в скорости почти ничем мне не уступала. Держась за упругую попку и уже рыча от жгучих укусов любовницы, я вдруг ощутил, как всё пространство внутри её киски начало сжиматься. Движения стали более дёрганными и я понял что пришло время показать ей, что и будучи снизу я на многое способен. Обняв за талию и с силой прижав её к себе, я согнул колени и с ходу набрал такую скорость, что если бы не естественная смазка её организма, комнату должен был заполнить неприглядный дым.
— Да! Да-да-да! О-О-Д-А-А! — кричала она мне в шею, всё сильнее сжимая в себе мой хер, от чего я вдруг осознал, что работать до утра и у меня уже не получится.
— Р-р-А! — взревел я впиваясь в её губы, в то же мгновения выпуская из себя все накопленные за этот день злость и отчаяние, перемешанные с искренним мимолётным счастьем.
Смакуя мгновение наивысшего удовольствия, я ещё несколько раз вошёл в сжавшуюся почти до эффекта вакуума мокрющую киску, после чего облегчённо откинулся на влажную от пота подушку и наконец разомкнул стальные объятия, которыми до сих пор прижимал к себе девушку.
— Поверить не могу, что столько раз отказывалась от подобного, — прошептала она, лёжа на моей груди, — в следующий раз, если я начну вредничать — просто сделай это, хорошо?
— Дура, — улыбнулся я погладив её волосы, — я ведь не насильник. Если откажешься — я просто напомню как громко ты тут стонала и кричала. Не передумаешь — будешь сама виновата что просрала такой шанс.
Я вдруг почувствовал, что она улыбнулась и тоже не смог сдержать улыбки. Мрак — обожаю это состояние! Так хорошо и спокойно на душе, что совсем не верится что ещё несколько часов назад загонялся на тему скорой и неотвратимой гибели. М-да… А ведь завтра должен начаться второй акт нашего представления — поиски связного в городе, заполненном смертельными врагами, это тебе не поход в магазин — одно неверное слово не тому человеку и на нас откроется настоящая охота, итог которой я видел сегодня, за небольшим домом на окраине этого района…
— Нам нужно поспать, Сэт, — сонно сказала Дана, сползая с моего тела на матрас, оставив на мне только липкую от вытекающей из неё любви ногу, — завтра помоемся, хорошо?..
Глава 31
Плавная лестница с широкими ступенями ведущая вниз, небольшой участок тротуара зажатый между каменной дорогой и металлическим ограждением за которым красовался обрыв, а потом снова лестница… И так их дофига было в этом городе, что я уже был готов добровольно вернуться к тренировкам с сукой Аидрой, лишь бы никогда больше не качаться на этих сраных волнах местного городского ландшафта. Лестницы — были первым бичом столицы, а вторым — грёбаные мосты!
И первый и второй пункты были мной замечены и отмечены ещё на подходе к городу, но тогда, эти детали показались мне весьма красивыми элементами урбана, и даже минувшая вечерняя прогулка оставила в воспоминаниях исключительно приятное послевкусие. А вот сегодня…
— Фья-А-а, — задрав голову к безоблачному небу, простонала Дана, — там ещё одна!
— Затрахали… — устало выдохнул я и остановился возле одного из участков ограждения, что не давало людям падать в пропасть за ним. Точнее, не совсем «пропасть» — дно там было видно, причем очень хорошо, даже не смотря на толстый слой прозрачной воды что его прикрывала, — погоди, Дан!.. Катерина! Да блин, погоди… Дай воздухом подышать…
Закинул в зубы сигарету, поджёг, затянулся… Выдохнул. Вроде отпускает…
Нервы мои были расшатаны уже с момента пробуждения, а всё что происходило дальше, только ухудшало их плачевное состояние.
Началось всё с того, что сползая с кровати, я наступил на тонкую швейную иглу торчавшую из стыков напольных досок, которая засела так глубоко в мою плоть, что если бы не регенерация от руки-мутанта, пришлось бы искать лекаря, а скорее уж резать самому и потом ещё хромать, примерно так, с неделю.
После этого, на завтраке, мне подали подгорелую запеканку, а Дане пересолённый салат, при этом, когда я начал возмущаться, рожа официантки была такой кривой, что хоть картину с неё рисуй. Прям, показательная и образцовая такая мразь!
На выходе с нас ещё и неустойку потребовали, в три десятка унций пыли — за «ночной шум в номере», ага. Что было не так с этими людьми, мы сначала и не поняли, пока не нарвались на торговку табаком, которая прямо передо мной продала какому-то типу пачку сигарет всего за две унции, а с меня потребовала шесть. Воспоминания из первых дней пребывания в этом мире тут же ударили в голову и я вдруг понял, что эти сукины дети чуют в нас ночных!
Живя уже много месяцев то в дикой природе, то среди нелюдей, а последнее время исключительно рядом с людьми ночного Лица Мира, мы совсем забыли основные законы, повлиять на которые при помощи линз и вежливости было просто невозможно.
Странно, что до сих пор никто из встреченных людей не потребовал с нас клятву по всем правилам, но мы вдруг осознали, что бесконечно продолжаться такое везение не может. А значит, вступать с кем-то в диалоги и просто отсвечивать на улице, для нас было смертельно опасно. По крайней мере, пока светит солнце.
Как итог, мы перекинулись парой фраз и совместно решили где-нибудь схорониться до наступления темноты. Но проблема была в том, что утро только наступило, а летние дни были офигеть какие долгие, так что сидеть нам в схроне придется долго, что сильно отдалит нас от главной цели визита в столицу.
Но это было лучше, чем нарвавшись на стражу или дикого от вседозволенности искателя, полететь на респ в рандомный мир…
