Ситуация развивалась почти непредсказуемо, и Лянь Шэн чувствовала себя беспомощной.

Свадебное платье, которое она надела, больше не годилось для использования. По традиции Шацзи, когда правитель города женится, он должен отпраздновать это событие вместе с народом. Это означало, что на следующий день И Цяньчэн приведёт её в родовой зал семьи И для проведения великой церемонии, а не обычных свадебных обрядов, как у обычных семей. Только после завершения церемонии она официально станет женой семьи И.

В комнату непрерывно приходили и уходили служанки, и вскоре она наполнилась различными предметами.

— Генерал сказал, госпожа, вам следует надеть это, — произнесла одна из них.

Это было ослепительно красное свадебное платье, искусно украшенное вышивкой золотых фениксов на манжетах и воротнике, с плиссированной юбкой, расходящейся во все стороны. Платье застёгивалось спереди несколькими драгоценными камнями, а на талии болталась кисть, покачивающаяся при каждом шаге. Феникс на платье казался живым, словно готовым взлететь.

Лянь Шэн примерила платье, которое ей помогли надеть служанки. Хотя оно оказалось немного велико, она не стала жаловаться, потому что такой красивый наряд был редкостью, а времени оставалось совсем мало. Поэтому она позволила служанкам подогнать платье по её фигуре.

На следующее утро Лянь Шэн разбудили рано, чтобы она оделась и подготовилась к церемонии.

Хотя это был её свадебный день, из-за того, что всё произошло так внезапно, она ощущала нереальное чувство дезориентации.

Стать женой правителя города было нелёгким делом. Её одевали в течение полутора часов, прежде чем она смогла выйти из комнаты.

В каждом городе существовали свои традиции. Перед свадьбой правитель и его будущая супруга проезжали через город в великолепном красном паланкине, который везли шестнадцать лошадей. Они делали полукруг вокруг города, прежде чем прибыть в родовой зал для проведения свадебной церемонии.

Лянь Шэн узнала об этом во время своего путешествия в Шацзи. Говорили, что этот ритуал позволял народу сначала принять будущую госпожу города, прежде чем предки признают её своей.

Этот сложный процесс занял целый день. Когда небо начало светлеть, Лянь Шэн вывели за дверь. На её лице была красная вуаль, и она сразу же увидела И Цяньчэна, который стоял перед паланкином, запряжённым шестнадцатью лошадьми.

На мгновение у неё снова возникло жуткое чувство, словно она вернулась к странной, леденящей душу сцене прошлой ночи. Но он ничего не сделал. Когда она медленно приблизилась, он протянул руку.

Лянь Шэн не колебалась и вложила свою руку в его. Его ладонь была большой и сухой, с лёгкой прохладой. Лянь Шэн одевали и хлопотали вокруг неё полдня, и всё её тело было тёплым, её маленькая рука тоже была тёплой. Она почувствовала холод его руки и, подумав мгновение, сжала её в ответ.

И Цяньчэн на мгновение замер, затем ускорил шаг. Лянь Шэн споткнулась, когда он повёл её вперёд.

Они подошли к паланкину, и И Цяньчэн жестом показал, чтобы она вошла первой. С небольшой помощью он помог ей подняться в паланкин. Всё прошло гладко, и Лянь Шэн не могла не чувствовать себя недоверчиво. Неужели она действительно сходит с ума от постоянных перемен И Цяньчэна? Когда он ведёт себя нормально, почему это кажется таким странным?

И Цяньчэн сидел рядом с ней, ни разу не взглянув на неё. Его глаза были спокойны и безразличны, и он больше не брал её за руку.

Шестнадцать прекрасных лошадей тянули паланкин вперёд, а солдаты впереди и сзади расчищали путь. Горожанам Шацзи накануне сообщили о свадьбе генерала, и улицы были пусты, так как все собрались посмотреть. Когда паланкин свернул от резиденции правителя города, люди вдоль дороги встали на колени в унисон, кланяясь, когда он проезжал мимо.

Однако на лицах людей читалось любопытство, сомнение, гнев и неодобрение, но не было слышно ни одного благословения. По всей дороге слышались шёпоты, и ни один из них не был добрым словом о личности Лянь Шэн.

И Цяньчэн вызывал уважение, но Лянь Шэн вызывала жесткое неприятие.

Лянь Шэн сжала кулак.

Лицо И Цяньчэна было строгим, но не слишком суровым. Под восхищёнными взглядами людей его острый взгляд смягчился, придавая ему более нежный вид.

Лянь Шэн опустила взгляд, больше не желая встречаться с недружелюбными взорами.

— Почему больше не смотришь? Боишься? — голос И Цяньчэна был тихим, но слова чёткими, пока он сидел рядом с ней.

— Я не боюсь, когда мой муж рядом со мной, — ответила она спокойно.

— О? Это хорошо. Платье матери на тебе сидит не очень хорошо.

— Платье твоей матери? — Лянь Шэн была ошеломлена внезапной сменой темы и украдкой взглянула на него.

— Это платье моя мать надела, когда выходила замуж за моего отца. Мой отец заказал его у лучшего портного в городе как часть её приданого. Позже она надела это платье, когда последовала за моим отцом в смерть, спрыгнув с городской стены, и её кровь пропитала ткань. Красный от её крови стал ещё ярче. Тебе нравится? — он усмехнулся, и его глаза, как у ядовитой змеи, встретились с её вопрошающим взглядом.

Лицо Лянь Шэн побледнело. Мать И Цяньчэна умерла в этом свадебном платье, и теперь она носила его.

Холод поднялся от её ног, и она поняла, что И Цяньчэн никогда не отпустит её так легко.

Поздравительная церемония едва началась, а он уже заставил её надеть такое платье. Предстоящие ритуалы и великая церемония вызывали у неё ещё большее беспокойство.

Теперь, каждый раз, когда она вспоминала о платье, которое было на ней надето, и о том, что оно пропиталось кровью её свекрови перед тем, как его обработали и вшили в красную ткань, она ощущала, как тошнота поднимается в её желудке.

Лянь Шэн сидела прямо, сохраняя безупречную осанку, благодаря вуали, которая скрывала её бледное лицо. Она старалась игнорировать дискомфорт, повторяя себе: «Не думай об этом, просто считай, что это обычное свадебное платье!»

И Цяньчэн отвел взгляд от неё, но лёгкая, холодная улыбка в уголках его губ не исчезла.

— Лянь Шэн, я надеюсь, ты сможешь сохранять такое самообладание и дальше.

Глава 6

Лянь Шэн осознавала, что И Цяньчэн скрывал свои истинные намерения, но не могла точно определить, что именно он задумал.

Они сидели в паланкине, погруженные в свои мысли. Лянь Шэн украдкой бросала взгляды на мужчину, сидящего рядом. Когда он не произносил своих странных слов, он выглядел вполне галантным.

Сжав зубы, Лянь Шэн схватила его руку под своим свадебным нарядом. Выражение лица И Цяньчэна дрогнуло, но он попытался сохранить самообладание, понизив голос:

— Что ты делаешь? Отпусти меня. — Он незаметно пытался высвободиться.

— Муженёк, нам стоит проявить немного больше нежности, — с улыбкой произнесла Лянь Шэн, не отпуская его пальцы. На улице было столько глаз, что он не мог просто оттолкнуть её. Если он использовал свадебное платье, чтобы мучить её, она должна как-то ответить ему тем же. В любом случае, неизбежное было близко. Если И Цяньчэн не хотел, чтобы ей было легко, даже дрожа от страха, она не проявит к нему ни капли милосердия.

— Не нужно, отпусти.

— Не отпущу. Мне холодно. Муженёк, можешь согреть меня? — Лянь Шэн понизила голос, и её рука медленно скользнула в его ладонь.

Утром она была в тепле, но, узнав происхождение свадебного платья, её тело словно оледенело, а руки стали ледяными, не в силах сравниться с теплом руки И Цяньчэна.

И Цяньчэн испытывал сильный дискомфорт. Её рука была маленькой и мягкой, но ледяной и крепко сжимала его ладонь. Это было трудно игнорировать. Странная злоба поднялась в нём, и он почувствовал желание сжать её так сильно, чтобы она вскрикнула. Но сейчас Лянь Шэн не казалась лёгкой мишенью. Если в городе начнётся переполох, пострадает не только её репутация.

И Цяньчэн подавил желание оттолкнуть её, тайно скрипя зубами.

Наконец они достигли места назначения.

И Цяньчэн больше не сохранял дружелюбный облик правителя города. Он грубо стряхнул руку Лянь Шэн, выходя из паланкина. Лянь Шэн, казалось, не обращая внимания, улыбнулась ему, её глаза превратились в полумесяцы.