Так что мне пришлось подзадержаться, чтобы создать рабочую администрацию. Первым делом я разбил мастерские на кластеры, что бы родственные производства не только конкурировали, но и дополняли друг друга. Я не пытался заставить мастеров делится между собой секретами, а упирал на то, что если у одних мастеров лучше получаются сковородки, а у других мясорубки, то не надо повторять друг друга и сбивать цены на рынке, а вот прибыль тогда подымется у обоих. Слово прибыль тут было для всех основополагающим и все гномы сразу поняли, что князь у них правильный.
Ну и ещё я ввел всеобщую воинскую повинность, аргументируя это тем, что времена меняются и сильная армия княжеству не помешает, и обещал содержать войска за счёт казны (частично конечно, а то знаю я гномов). так что хирды стали теперь не отдельными дружинами, а подразделениями Стального корпуса.
Железнодорожникам,я приказал создать нечто вроде бронедрезин и задействовать их на старой железной дороге ведущей к заброшенным рудникам и идущей параллельно границам моих новых земель. На крыше дрезины в открытой башне стоял тяжёлый спаренный арбалет и внутри экипаж из четырех гномов арбалетчиков.
Припомнив реакцию народа на Почетные знаки, я ввел для армии единый шлем (на доспехи и оружие я естественно не замахивался ибо тут точно не поймут, тем более, что доспехи у всех хирдов были достаточно однообразны). Шлем был чёрен, рогат, с личиной-зерцалом в виде черепа, серебряной кокардой черепом и защитными очками из черной горной слюды (очки одевались только в бою ибо стоили, как доспех и будучи непробиваемыми имели режим ночного видения. Это был взнос одного из хирдов поселившегося своим родовым секретом). Допускалась лёгкая стилизация дизайна шлема (всё-таки гномы жуткие индивидуалисты, но в не нарушение общей концепции.
Первый смотр-парад произвел на общественность потрясающее впечатление, строевая конечно далека была от идеала, но для этих мест это был все равно прорыв (хождение в ногу тут было безусловной новацией). Так же я приказал срочно начать производство артиллерии, в виде катапульт и аркбаллист. Каждый хирд должен был представить по батарее этих карамультуков , с расчетами и постоянным обеспечением.
А ещё я создал лейб-гвардии платунг Горного Князя, куда собрал младших сыновей и ронинов принесших мне клятву на крови и вооруженных арбалетами, типа тех, которые подарили моим девчонкам.
Кстати Ван и Ли я пользуясь правами Обер-Легата, присвоил звания действительных Рейтар и назначил их надзирать за Черными горами и придал им свой лейб-платунг, в качестве вспомогательных частей с соответствующим статусом. Не нужны мне были случайности в моем отсутствии.
Перед отъездом я вручил вновьиспеченым Рейтарам браслеты из своих снежных трофеев. Благодаря этим браслетам у нас теперь была своя магосвязь независимая от центра. И девчонки, и Санча Панса просились со мной в новый поход, но я оставил их блюсти Княжество, оставив им наместнические пайцзы. Одному мне было сподручнее рисковать.
Ну а мой путь лежал в Мильх, во первых там ждали Легата, а во вторых там была очередная жемчужная точка, ну и казачков по дороге надо было навестить.
А дороги резко изменились ибо в связи с отъездом Рейтар в зону конфликта, разбойники резко осмелели. Не зря я всё-таки хорошо пополнил боезапас 7,62 мм Мосинских патронов, гномам очень понравилось их клепать, причем я недооценил техническую смекалку гномов, капсюли были уже с гремучкой. Изучив химсостав остатков вещества в капсюле, гномские химики сделали соответствующий состав. Ну а в моей личной мастерской на базе моей ручной машинки, для снаряжения патронов был создан автомат снаряжения , порох тоже местные химики мне сделали. И наклепали гномы аж сотню тысяч патронов.
На одной из Купецких дорог, я стратил три десятка обойм спасая купеческие караваны от грабителей, и очен радовался тому, что придумал практически автоматическую подачу обойм в карабин из хранилища. И прощальный подарок Герды тут был в самую плепорцию... Это было неброское колечко, которое восстанавливало любое оружие, которым я пользовался,так что теперь я мог не беспокоится за целостность и износ нарезов в стволах Наганов и карабина. Я хорошо проредил попавшихся под руку разбойников, чем сильно поднял настроение окрестным купцам и добрался наконец до станичников.
Казаки были на высоте и на уровне. Как только начались геополитические подвижки, по страницам и сотням было объявлено военное положение и были усилены посты и заставы. Караваны стали встречать заранее и окрестные дорого украсились повешенными разбойниками. Максимов у казаков оказалось четыре (распотрошили они свои заначки) и мой подарок, пол сотни тысяч патронов, был принят на совсем громкое ура. Ведь как говорил вахмистр Буденный, в бою прав тот, у кого больше пулеметов. Учитывая наличие у казаков нашего огнестрельного оружия они представляли гораздо большую опасность для местных властей, ибо пули из нашего оружия, в отличии от арбалетных болтов и стрел луков, пробивали магозащиту Ликторов. Но я не стал никому раскрывать эту тайну, которую узнал в процессе покушения на меня любимого на одной из лесных дорог. Меня догнал неизвестный всадник (причем амбидекстер) и размахивая двумя клинками попытался меня зарубить, а я чисто рефлекторно открыл огонь из Наганов и тяжело ранил его самого. А потом оказалось , что это Рейтар, которому я нарушил личный гешефт своей борьбой с бандитизмом и коррупцией. И он до самого своего трагического финала, так и не смог понять, чем я пробил его магозащиту. И ещё был один повод не светить эту информацию... Казачки поздравили меня Атаманом.
Глава 21
Я добрался до ближайшей железнодорожной станции и с удовольствием разместился в купе. Свободных мест было много и я был в купе один, война в Мильхе, явно сказалась на пассажирских перевозках в ту сторону. Стучали колеса, навевая определенное дорожное настроение, не хватало только паровозного дымка за окном и чая с лимоном в тяжёлых подстаканниках.
Я думал о том, как попасть в осажденный город, когда состав остановился в долине, (для подпряжки дополнительных битюгов перед подъемом), как вдруг со склона поросшего лесом холма, в нашу сторону покатились какие-то дикие телеги набитые орущими лесными троллями, что меня поразило, так это то, что телеги были без лошадей. Я честно говоря даже немного обалдел от такого тактического решения, по гениальности напоминавшего махновские тачанки, пустить телеги в атаку накатом под горку, это было нечто. Но раздумывать было некогда... Я вылез на крышу вагона, извлёк из хранилища Орлика, который моментально превратил свои копыта в широкие присоски наглухо присосавшиеся к крыше и дав верному "Стальному кентавру" целеуказание и достав свой верный карабин, я скомандовал нам с Орликом - "Огонь".
Разбираясь с устройством своего стального скакуна, я кстати понял почему его назвали кентавром... Оказывается у него в туловище была выдвижная башенка с блоком лёгких автоматических арбалетов, (типа оружия ближней обороны), ну или последнего шанса, ну короче как кому нравится.
Тролли были на четырех телегах и ни одна из них не доехала до поезда. После окончания скоротечного боя, я даже взял пленного и при допросе выяснил, что хохму с телегами выдумал Бесноватый Брумс, бастард вождя,набравший банду таких же бездельников и лоботрясов, каки он и решивших под шумок грабить поезда. Этот Брумс погиб от первого залпа Орлика ибо ехал в авангарде. Тут как всегда "во время" подоспела железнодорожная охрана и пока шла перезапряжка, провела опрос пассажиров и среди прочих вопросов был: "Не видел ли кто лошади на крыше вагона". Когда охранители, со всем уважением обратились к господину Легату с данным вопросом, я вспомнил анекдот*, который рассказывал наш батальонный фельдшер Балакин, весьма странный в своей философичность и едком абстрактном юморе тип, но гениальный медик, который мог провести в полевых условиях любую операцию и спасший этим не мало жизней в нашем отряде. Так вот, вспомнив один из его анекдотов, я поманил пальцем сержанта и шепотом сказал ему на ухо: "Не видел" - а на его опасливый вопрос, а почему мол шепотом, я строго ответил: "А чтобы лошадь не услышала". Альгвазил отошёл от меня на цыпочках.
