И под звук упавших на пол челюстей, удалился в опочивальню.

Кару он не дождался, да и глупо было надеяться, что кто-то вспомнит о бедном Дене. Как там у Пушкина: «Мавр сделал свое дело, Мавр может умереть», или это было у Есенина? Нет, точно, у Достоевского.

- Не звезди, ты Достоевского ни строчки не прочитал.

- Ни капли не жалею, мне хватает само копания во мне, со стороны тебя, - по-научному, изрек Ден.

Почему по-научному, спросите вы? Да потому что. Непонятно он сказал, не по-нашенски.

Заснул то Ден один, а вот проснулся от того, что рядом пахло полынью.

Ден мгновенно скользнул на пол и огляделся. На полу никто не стоял. Парень слышал размеренное дыхание спящего человека и медленный стук сердца. Глянул: на кровати, разметав волосы по подушке, спала Кара. Ден склонился над ней и провел анализ состава атмосферы путем забора проб воздуха. Понюхал, если говорить одним словом.

- Полынь, озон, ментол и, - Ден задумался, - Что-то знакомое, но ускользающее.

- Тут я тебе не помощник, спектрального анализа запахов в твоем сознании нет, - по латыни зажег Эд.

- Эд, мы чего вчера такого съели, что ты сегодня так заговорил? – испугался Ден.

При слове «съели», Дена тригернуло:

- Сирень.

- Что сирень? – не понял Эд.

- Нотки сирени, - заумно высказался Ден, и начал обыскивать комнату.

Артефактов не было. На Каре, тоже не было. Не только артефактов, на ней вообще ничего не было. Следов проникновения, не нашел, но мог работать спец.

- Звать Аню? – спросил Эда.

- С каких пор ты стал такой стеснительный, - удивился Эд.

Ден натянул штаны, и заглянул в комнату Ани. Пусто. Подружки спали в соседней. Ден извлек, шоколадного цвета тело из кроватки, и на руках отнес к себе. Положил на кровать. Тело, на призывы «о помощи» не реагировало. Ден оставив все как есть, пошел проверять дом. Но все было нормально. Ванда спала одетой и поперек кровати. Ей явно было неудобно так спать, развернул девушку в кровати согласно инструкции, но раздевать не стал. Опасался последствий. Вдруг проснется и застанет его за этим занятием, потом не вырвешься. Раз опасности не нашел, решил вернулся к себе. Аня в позе звезды спала на его половине. Пожелав спокойной ночи, а себе еще и матерно, пошел в другую комнату. Заправлять постель, в свободной комнате, было в лом, завалился спать в кровать к Ведьме.

Проснулся от тревожного чувства.

- Не нравится мне начало дня, - веско обронил Эд.

Злата прилипла к нему как к родному, и сопела в грудь. На попытки Дена выпутаться, организм девушки сопротивлялся. Организм уже поймал добычу и не желал с ней расставаться.

- Ты так просто не уйдешь, - начало запугивать Дена, глубокое контральто.

- Это была вынужденная мера, - не точно что-то вчера съели, так умно разговаривать сами бы не смогли.

И тут Ведьма атаковала.

- Злата, - сурово сказало «облико морале»

- Что? – расстроилась Злата.

- Не усложняй, - Ден рассказал, историю утреннего попадания в кровать Ведьмы, - Я Шоколадку отнес в свою комнату. Хотел, чтобы она на артефакты проверила, но разбудить не смог. Теперь она там спит, не носить же ее туда-сюда .

Девушка совсем поникла:

- Я думала, это ты, так для меня сделал.

Ден поднял бровь.

- Ладно, поняла, но все равно мне понравилось, было круто. Просыпаюсь, ты рядом. Я как обрадовалась, - довольно заметила Злата.

Ден сел в кресло, задумчиво крутя в голове ситуацию с утренним запахом от Кары. Мысль была проста как его единственная извилина: Кара не так проста, и многое от него скрывает. Нет, не так. От всех скрывает.

- Когда вчера легли? – Ден понял, в чем причина массового анабиоза.

- Не знаю, - Злата широко зевнула, - Я ушла почти сразу за тобой. Аня загорелась идеей доработать декольте и спину у «твоего» фасона. Ну и решали с платьем для Ванды.

Ден кивнул, ответ на вопрос он услышал, про платье было не интересно.

- Эд, тебя правда интересует наша жизнь? – неожиданно свернула с темы Злата, и сама себе ответила, - Интересует. Ты заботишься, и думаешь о нашем будущем. Выслушиваешь нас, даже весь этот бред про платья. И помогаешь.

Злата задумчиво смотрела на парня:

- Пытаешься воспитывать, в меру своих способностей и понимания.

Девушка усмехнулась. Ден смотрел и ждал продолжения.

- Почему? – Ведьма непонимающе смотрела в глаза, - Я точно не заслуживаю такого отношения.

- Потому, что считаю это правильным, - просто другого ответа не нашлось.

Злата сползла с кровати и как маленькая умостилась у Дена на коленях.

- Не реви, - предупредил заранее Ден.

Злата рассмеялась:

- Хорошо не буду.

Девушка так и уснула у него на коленях. Ден переложил ее на кровать и лег досыпать. Вряд ли кто-то встанет раньше обеда.

Вы таки думали, что дали поспать до обеда. Нет, такого не произошло. Дена разбудил стук в дверь. Вернее шаги Водилы в коридоре. Ден выглянул, когда тот пытался постучать в первую справа.

- Там тебя ждут, - Водила показал в низ, - Я впустил, а сам пошел искать хозяев.

Ден кивнул и пошел приводить себя в порядок. Ключ от дома, и разрешение входить без хозяев, у Водилы было. Парню такое доверие льстило, по многим причинам. Вид он имел не представительный, в отличии от Ивана. Был он похож на Одесского цыгана, мелкого, верткого, прожжённого и фартового парня. Но на самом деле, далеко не глупого и наблюдательного. Он тогда увязался за Деном и не прогадал. На него свалилось много плюшек, и везения, тут никакого нет. Водила заметил местную шпану, вертящуюся рядом и следившую за домом Дена. Ну и перетер с пацанами. Ничего ему особо не рассказали, но выводы он сделал верные. И теперь крутил баранку, или что там крутит кучер, «на хозяина». По местным меркам - карьерный взлет. И я вам скажу, совсем таки не зря. Еще она причина, у парня был практически мистический дар… оказываться не там где надо. Но в случае работы на Дена, это был плюс. Вот так и нашли друг друга две родственные души, ну, или два одиночества.

Выглянула Злата.

- Встаем. Форс мажор, - и таки так и оказалось, Ден как в воду поглядел.

Внизу ждал граф Корн. Виктор Корн. Ден его пригласил в гостиную, и пока гость располагался, заварил чайку из самовара. Шутка. Артефакт, готовящий чай, выглядящий как крутой «стимпанковский» прибор и стоящий кучу золота, бесил Дена тем, что эти деньги отрабатывал. Но денег все равно жалко, а претензий не выкатишь. Граф был удивлен утренним приемом. Сильно. Где изящная гостиная с миниатюрными чашечками кофе на блюдцах, манерный разговор о погоде, привычные фразы и позы. Где нежное суфле и тосты с джемом.

Ден налил в кружки, из экипировки бойцов, он с такими на «выходы» ходил. И это была важная часть снаряжения. Кружка в отличии от фарфоровых чашек, была артефактной, не нагревалась снаружи, а тепло держала намного дольше. С ней было хорошо посидеть, помедитировать.

Насыпав в пиалу сухарей и достав банку местной сгущенки, хранимую здесь для Дена, быстро вскрыл ее, и прямо в банке поставил на стол. Сам сел напротив. Граф осмотрев натюрморт, проникся. Поправил несуществующий арбалет, и впервые в жизни попробовал армейскую сгущенку. Как Ден узнал, что впервые в жизни? Да легко. По лицу графа, после первой пробной порции. Местная сгущенка только видом и консистенцией напоминала Земную. А вот вкус был специфический. Больше всего эта масса походила на кумыс. Перебродивший и настоявшийся. Дена угощали таким на каком-то этническом празднике.

Граф оказался молодцом. Его даже не стошнило. И глядя как Ден, вполне уверенно наворачивает из одной с ним банки, посчитал нескромным отказаться. Ел и не морщился.

- Привет граф. Как вы ее едите, меня от нее… - Ведьма не стала говорить, что с ней происходит при употреблении данного продукта.

- Мадам, вы это ели? – удивленно задрав брови, поинтересовался Корн.

Злата положительно кивнула графу, и полезла в шкаф за печеньем. Не нашла. Девушки вчера слишком увлеченно обсуждали фасоны, и печенье таинственно исчезло. Тяжело вздохнув, взяла сухарь и привычно ткнула им в банку со сгущенкой, игнорируя лежавшую рядом ложку. Граф осмотрел красивую маленькую ложечку в своей руке.