Карта 2.1. Восточное Средиземноморье и Причерноморье: сфера влияния Митридата. (Автор карты — Мишель Энджел)
Рис. 2.2. Монета Тиграна II, царя Армении: большая серебряная тетрадрахма 83–69 гг. до н. э. Тиара Тиграна украшена кометой с изогнутым хвостом; это связывает царя с редкими кометами 135 и 119 гг. до н. э. — эмблемами сторонников Митридата. (Изображение предоставлено Spink of London, рисунок — Мишель Энджел)
Монеты Древней Армении обычно изображали царей в традиционной тиаре, украшенной двумя орлами и восьмиконечной звездой. Однако на этих необычных монетах показан Тигран II, увенчанный тиарой, которая украшена кометой с длинным, изогнутым хвостом. Армянские ученые пришли к выводу, что комета на монете — одно из древнейших художественных изображений кометы Галлея, которая появлялась в 87 г., во время царствования Тиграна[56].
Но кто такой Тигран и почему именно он — из всех древних правителей его времени — также решил показать комету на своих монетах? Тигран Великий, царь персидско-аланского происхождения, правил Армянским царством. Он был самым верным союзником Митридата; его супруга-царица была любимой дочерью Митридата. Тигран распространил свои обширные владения от Кавказских гордо Месопотамии. Эти два могущественных царя были близкими друзьями, и по ходу нашей истории мы узнаем об их отважных совместных подвигах в кампаниях против римлян.
Если посмотреть на данные с персидской — а не с римской или греческой — точки зрения, то мы можем разгадать «тайну» удивительных монет с кометой, которые выпускали и Тигран, и Митридат. Кометы ужасали греков и римлян, но на Ближнем Востоке великое сияние в небе было знаком надежды. предвестником появления могущественного вождя. Когда в 87 г. явилась комета Галлея (это было через год после целиком резни римлян союзниками Митридата), вся Италия тряслась от ужаса: здесь кометы были предзнаменованием зла. Но на Ближнем Востоке величественная пара комет 135 и 119 гг. уже была интерпретирована как благоприятное явление, связанное с рождением Митридата и его приходом к власти. Итак, когда в 87 г. до н. э. явилась третья комета, ее посчитали еще одной гарантией великой судьбы Митридата. На Востоке комета Галлея, как казалось, возвещала божественное одобрение побед Митридата и Тиграна, одержанных до сих пор.
Комета на тиаре Тиграна — с явственно изогнутым хвостом. Этот изгиб — редкая черта, которая очевидным образом присутствовала в кометах-«знаменах» 135 и 119 гг. до н. э. По контрасту с ними хвост кометы Галлея всегда был прямым. Эти факты заставляют предполагать, что тиара Тиграна и его монеты намекали на две отдельные кометы с изогнутыми хвостами, появившиеся в 135 и 119 гг., — кометы, связанные с Митридатом, а не на комету Галлея. Комета, которую повелел изобразить Тигран, не только подтверждает положительное значение комет на Востоке, но может быть и публичным изъявлением преданности Тиграна делу Митридата[57].
Кометы Митридата 135 и 119 гг. появились в созвездии Пегаса. Такое положение их на небе помогает понять, почему он выбрал этого крылатого коня своей личной эмблемой. Пегас был символом, объединяющим Восток и Запад, как и сам Митридат. В греческих мифах Пегас был носителем молнии Зевса, но бессмертная крылатая лошадь пришла из месопотамской мифологии. Более того, комета в «лошадином» созвездии имела еще более глубокое значение для Митридата и его последователей, находившихся под влиянием персидской культуры. Солнечный бог Митра всегда признавал нового царя, посылая ему знамение через свое священное животное — коня[58].
Изогнутая форма хвостов двух комет также имела особое значение. В Анатолии такие хвосты-«полумесяцы» у новых звезд могли напоминать полумесяц и звезду — символ Понта. Но еще более внушало ужас сходство с определенным оружием. В мире Митридата кометы ассоциировались с войной потому, что они были похожи на огромные мечи, подвешенные в небе. У редких комет 135 и 119 гг. были изогнутые хвосты; китайцам они напоминали военные знамена. Но на Ближнем Востоке очертание полумесяца напоминало особенный меч — harpe в форме серпа, персидскую саблю-скимитар, особое оружие самого Митры[59].
Местное население Анатолии, Армении, Мидии, Сирии, Скифии и других земель древней Персидской империи (в отличие от римлян, которые комет боялись) — толковали кометы как знаки надежды, а не повод для отчаяния. Монеты с изображением комет Митридата и Тиграна обещали, что пришел великий царь, дабы исполнить древние предсказания о новой звезде на Востоке и спасти людей от тирании. С восточной точки зрения монеты указывали на поразительный и никем не замеченный факт. Еще за 130 лет до того, как Вифлеемская звезда привела волхвов, дабы они признали Спасителя в другом новорожденном, надежды на спасение сосредоточились на Митридате.
Пророчества
Мистические пророчества о разрушении последней в мире империи циркулировали задолго до рождения Митридата. В древности оракулы, сны, знамения и «продигии» (удивительные и пугающие события) зачастую интерпретировали как несущие в себе политическое значение, особенно во времена кризиса. По мере того как возрастали мощь и жестокость Рима, также росло и чувство грядущего краха. Многие оракулы и римляне, и неримляне трактовали так предсказание о конечной гибели республики. Некоторые поэтические версии включали в себя образы священного символа Рима — волчицы, вскормившей младенцев, близнецов-основателей Ромула и Рема. Кое-кто предупреждал, что потомство дикого хищника некогда разорвет свою собственную родину-мать на куски[60].
После поражения великого врага Рима Ганнибала во Второй Пунической войне (202 г. до н. э.) римляне захватили территории в Испании, Северной Африке, Греции и на Ближнем Востоке. Эта ранняя римская экспансия осуществлялась отнюдь нс по имперскому генеральному плану. Вместо этого сенат давал свое одобрение амбициозным полководцам, которые жаждали славы и богатств лично для себя, завоевывая чужие страны. В тех странах, которые римляне завоевали или которым это завоевание угрожало, римлян боялись, считая их кровожадными, жаждущими золота и триумфов. Историк Полибий рассказывал, что римские воины лаже гордились тем, что воюют аморально. По его словам, римлянам приказывали систематически убивать все живые существа перед тем, как начать грабить. Легионы, писал Полибий, оставляли за собой дымящиеся поля сражений и опустошенные города, улицы и поля, усеянные трупами убитых мужчин, женщин и детей и даже собак, овец и коров, порубленных на куски[61].
На Востоке надежды на спасение все возрастали. Самым знаменитым апокалипсическим откровением стало древнее иранское пророчество, известное как «Оракул Гистаспа» — персидско-вавилонского мудреца. Этот оракул предсказывал разрушение Рима огнем и мечом и приход царя-спасителя с Востока: о его рождении возвестит яркий свет с небес. Другое пророчество, зороастрийское апокалиптическое сочинение lll в. до н. э. под названием «Бахман Яшт», говорило о мстителе, князе-спасителе, который родится под знаком кометы; этот князь изгонит чужеземных тиранов из Азии. Древний египетский оракул обещал, что боги пошлют великого царя с Востока. Иудейское предсказание (Дан., 2: 7) о падении «последней великой империи» было написано в 165 г. до н. э. — всего за тридцать лет до рождения Митридата. Во время царствования Митридата пользовалась популярностью египетская книга о предсказаниях по звездам: кометы означали огромные военные потери для Рима в Азии[62].
